Обещай любить меня - Беллами Розвелл

Боль в ее тоне не имеет себе равных, и моя грудь разрывается от осознания того, что я ее вызвал. Что я продолжаю ее вызывать.

— Я не пробуду здесь долго, Би. Ты скоро от меня избавишься.

Ее глаза широко открываются, ее тело перемещается, пока она почти не садится, откинувшись на локти.

— А что, если я не хочу, чтобы ты уходил? — Тишина в комнате оглушительная. Ничего, кроме звука нашего неровного дыхания в идеальном ритме. — Останься, Нэш.

Она протягивает мне руку, и я хочу ее взять. Я так сильно хочу взять ее руку в свою и позволить ей убедить меня остаться, но это не принесет нам ничего хорошего.

— Ты не хочешь, чтобы я оставался, Ангел. Ты никогда этого не хотела. Ты хотела, чтобы мой образ был выжжен в твоей памяти, выжжен на твоей коже. Но не реальный я. Нет, если бы ты знала его, ты бы не просила его остаться... — Я замолкаю, не уверенный, понимает ли она вообще, что я говорю, но ее взгляд остается сосредоточенным на мне, прикованным к моему, как будто я единственный, что она видит в комнате. — Ты бы умоляла его уйти, если бы знала, что для тебя хорошо.

Желание вспыхивает в ее глазах, когда она смотрит на меня, надеясь, что я сделаю что-нибудь, чтобы успокоить ее, но когда я этого не делаю, она поднимает ногу, показывая мне обмотанную на ней повязку.

— Я никогда не знала, что хорошо для меня. Давай, Нэш, только сегодня. Останься со мной сегодня ночью и завтра... — Ее голос замирает на губах, и мои ноги движутся сами по себе, заставляя меня встать на край ее кровати без моего разрешения. Я как будто парю в воздухе, мое тело тянется к ней какими-то чарами. — Завтра ты можешь решить, куда пойти. В прошлый раз ты сам сделал выбор. Позволь мне воспользоваться этим единственным шансом. Даже если это ошибка, о которой я буду сожалеть.

ГЛАВА 18

Бейли

Двенадцать лет назад

Безответная любовь. Не так я представляла свое будущее, когда была младше. Хотя и альтернатива не была лучшим вариантом. Безусловная и вечная любовь.

Я не мечтала о большом доме на сотни акров земли с белым забором, большой кухней и столовой для развлечений, и семейной гостиной, чтобы проводить как можно больше времени с мужем и пятью детьми. Не об огромной веранде, которая простиралось бы на всю территорию, где мы могли бы сидеть и смотреть на амбар и на животных, пасущихся на открытом пастбище. Крупном рогатом скоте, пасущимся на самом зелёном пастбище. Стаде лошадей в конюшнях, на которых дети могли бы учиться ездить верхом. Даже не о целом курятнике с курами.

Я не мечтала сидеть дома и заботиться о детях, пока мой муж присматривает за нашим семейным ранчо, а потом вернется в чистый дом и к свежеприготовленной еде, которую я готовила весь день. Такой была жизнь моей мамы и каждой женщины до нее. Жизнь, о которой мечтала моя младшая сестра Бринн и большинство девочек нашего возраста, но я всегда чувствовала себя по-другому.

Я хотела мужа, партнера, с которым я могла бы прожить всю жизнь. Мы бы встречались несколько лет, узнавали друг друга, прежде чем посвятить себя совместной жизни. Мы бы путешествовали, проводили бы столько же времени только друг с другом, прежде чем завести семью, максимум двоих детей. Надеясь, что какую бы карьеру мы ни выбрали, мы купим хороший дом, много земли и, может быть, несколько козлят, чтобы дети могли играть. Потом они вырастут, у них будет своя жизнь, и будут желать следовать велению своего сердца.

Однако в тот день, когда я встретила Нэша Бишопа, все изменилось. Я хотела всего с ним, всего, что я могла бы получить. Если бы он хотел покинуть Кроссроудс и провести всю нашу жизнь только вдвоем, я бы согласилась. Лишь бы провести с ним вечность. И вскоре, когда я узнала его поближе, это показалось мне самым реалистичным вариантом.

Нэш не был тем, кто хотел бы всего этого. Ни жены, ни детей, ни рутинной работы с девяти до пяти, ни жизни, посвященной уходу за ранчо. В отличие от своих братьев, ковбойской лошадью Нэша был мотоцикл, а его одежда была сделана из кожи, а не из денима.

Я была готова пойти на жертву, большую или малую, лишь бы прожить с ним жизнь.

Было время, когда все это казалось возможным. Мне было шестнадцать, а Нэшу было чуть меньше восемнадцати. Это было знойное лето, вскоре после того, как мы провели некоторое время вместе на колесе обозрения на окружной ярмарке. Он все утро был с Джейсом, и когда они вернулись, мама предложила ему остаться на ужин. Хотя к тому моменту он уже несколько лет дружил с Джейсом, мама ни разу не предлагала ему остаться, не говоря уже о том, чтобы накормить его. Она была известна своим южным гостеприимством, хорошей готовкой и потребностью в том, чтобы все ели, хотя эта любезность никогда не распространялась на Бишопов. С первого дня, как он появился.

Может быть, это было потому, что папы не должно было быть дома, хотя он, в конце концов, появился. Я слышала, как они спорили на кухне позже тем вечером, поэтому я решила улизнуть. Я была так зла на их ненависть к Нэшу, потому что для меня это означало, что они никогда не примут ничего между нами. Не то чтобы Нэш когда-либо давал мне хоть какой-то намек на влечение ко мне, по крайней мере, до той ночи, когда он почти поцеловал меня на заднем сиденье своего мотоцикла.

Было почти два часа ночи, когда я услышала, как закрылась задняя дверь, и Джейс тихонько прокрался вверх по лестнице, чтобы не попасться, когда они снова убегут. Они снова ушли вскоре после ужина, на этот раз на музыкальный фестиваль недалеко от нашего соседнего города Риверс-Бенд. Я не спала уже несколько часов, зная, куда они оба улизнули, и не могла заснуть.

Во-первых, я была взбешена, потому что они отказались позволить мне присоединиться к ним. Я быстро переоделась из своего пижамного комплекта, на котором были маленькие красные сердечки, в пару джинсовых шорт и тонкую белую майку, которая была настолько тонкой, что под ней можно было увидеть мой бюстгальтер, если бы я его носила.

Я хотела, чтобы Нэш меня заметил, и подумала, что это