Жестокие наследники - Ана Уэст

Эта мысль почти заставила меня улыбнуться, пока я не вспомнил, почему. Моё тело напряглось рядом с Сиеной, когда я почувствовал, как её бедро прижалось к моему. Несомненно, до неё дошли слухи, но сегодня вечером она сама увидела, что было сделано. Что я сделал. Я не мог сказать, испытывал ли я отвращение к самому себе или к тому факту, что она увидела монстра, которого я так старался держать на поводке.

За это я должен был благодарить своего отца. Все эти годы, что я провёл в бегах, я не сидел сложа руки. Отец отправлял меня на задания неделю за неделей, месяц за месяцем, чтобы я пытал и убивал наших врагов, угрожал тем, кто отказывался платить или соблюдать правила на наших территориях. Он тщательно взращивал послушную собаку. По крайней мере, он так думал. Очевидно, прошлая неделя показала ему, что он не может меня контролировать. И я не знал, поставил ли он меня на первое место в своём списке на уничтожение. Однако, окажись я на его месте, я бы знал, что бешеную собаку рано или поздно придётся усыпить.

Сиена, вероятно, думала о том же. Я понял это по тому, как она в страхе прикусила нижнюю губу и как побелели её костяшки, когда она всё ещё сжимала мокрый зонт. Я смотрел, как капли дождя одна за другой стекают по ткани и исчезают на чёрном полу машины. Напряжение в машине нарастало, становясь почти невыносимым.

Никто не проронил ни слова, пока Винсент наконец не припарковался в подземном гараже. Сиена молчала в лифте, а я смотрел, как меняются цифры над дверью. Когда двери наконец открылись, я последовал за ней в её квартиру и ждал, пока она повернёт ключ. Дождь почти не приглушил аромат её духов. Я закрыл глаза, как только дверь открылась, и вдохнул её запах.

Когда дверь наконец закрылась, Сиена повернулась ко мне. Зонт со стуком упал на пол, она не сводила с меня глаз.

— Я знаю, тебе всё ещё больно. — Её голос был мягким, как будто она пыталась успокоить дикое животное. Возможно, именно таким я был для неё сейчас. Это меня... разозлило. — Но если тебе нужно выплеснуть это, вымещай это на мне.

— Ты не знаешь, о чём просишь, — прорычал я.

На секунду в её глазах мелькнул страх, и она отступила, но потом вспомнила свои слова. Я подошёл ближе, но Сиена не испугалась. Монстру внутри это понравилось. Он хотел, чтобы она не боялась, чтобы он мог показать ей, что такое настоящий страх.

Мои пальцы скользнули по её шее, притягивая её ближе.

— Чего ты хочешь, Данте?

Её кожа была тёплой, когда я коснулся губами её шеи.

— Я хочу то, что принадлежит мне, — просто сказал я. — То, что всегда принадлежало мне с тех пор, как я впервые увидел тебя.

Я хотел так много всего. Я хотел целовать её до тех пор, пока она не сможет дышать. Трахать её до тех пор, пока она не будет выкрикивать моё имя. Я хотел, чтобы каждый сантиметр её кожи был отмечен мной, чтобы все знали, кому она на самом деле принадлежит.

— Тогда возьми меня.

Я вопросительно вглядывался в неё. Её ответ был твёрдым, искрящимся, когда наши взгляды встретились. Её нижняя губа задрожала, но это был единственный признак страха, который она позволила себе показать. Я провёл по ней большим пальцем, останавливая дрожь. Страх ей не шёл.

— И снова ты не знаешь, о чём просишь, любовь моя.

Она вздёргивает подбородок.

— Я тебя не боюсь.

От её слов в моей груди расцвела тень.

— Ты должна бы.

Рука, сжимавшая её горло, сжалась, заставляя её судорожно вздохнуть. Я поймал это, ощущая её вкус на своём языке, когда целовал её. Сначала она сопротивлялась, руководствуясь инстинктом самосохранения. А потом, прижавшись к моим губам, вздохнула, уступая.

Но я не хотел, чтобы она уступала. Я хотел, чтобы она боролась.

Мои руки рвали на ней одежду, разрывая мягкую ткань свитера на куски. Её тело дёрнулось от моих прикосновений, задрожав, когда нитки порвались. Грубые пальцы скользнули между её бёдер, ощутив густую влагу, которая, как я знал, была не от дождя. Её щёки вспыхнули, когда она опустила глаза.

— Посмотри на меня, — потребовал я грубым голосом. Её ресницы нерешительно затрепетали, прежде чем она подняла глаза и встретилась со мной взглядом. — Ты смущена? — Мой палец скользнул по влажной подкладке её леггинсов.

Губы Сиены приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но вместо этого издала тихий стон. Её ногти впились мне в плечи. Этот жест стал последней каплей для зверя внутри меня.

Развернув её, я перекинул её через спинку дивана. Я стянул с неё леггинсы до лодыжек, а затем сорвал их и швырнул на пол. Если раньше мой член не был твёрдым, то теперь он стал камнем. Из-за тесноты в штанах было неудобно. Я повозился со штанами и сбросил их, когда моя эрекция вырвалась наружу.

Увидев её в таком состоянии, с выпяченной задницей, когда она пыталась приподняться под моей рукой, этого было достаточно, чтобы я тут же сорвался с катушек. Но я хотел от неё гораздо большего.

Боль, которая преследовала меня последние несколько недель, ослабевала с каждым убийством. Но теперь она вернулось в полную силу, выбив воздух из моих лёгких. Было больно. Было чертовски больно. И я хотел, чтобы она почувствовала ту же боль, что и я.

Услышав мой рык, Сиена замерла. Она слегка повернула голову и посмотрела на меня через плечо.

— Что бы тебе ни было нужно, Данте, я здесь.

Я усмехнулся, всё ещё пытаясь сдержаться, сохранить эту сторону себя в тайне от неё.

— Ты сейчас слишком мне доверяешь.

— Меня учили не убегать от монстров, — тихо сказала она. — Это только заставляет их терять контроль.

— Ты этого хочешь? — Спрашиваю я, заставляя её откинуться на спинку дивана. — Ты хочешь, чтобы я потерял контроль?

— Я хочу, чтобы ты выпустил это наружу, Данте. — Она стиснула зубы и продолжила сквозь них: — я хочу, чтобы ты снова стал прежним.

Я не смог сдержаться. Я рассмеялся.

— Кто? Кто из нас, Сиена? Тот, кто улыбался и очаровывал всех подряд? Тот, кто хотел помочь тебе найти убийцу твоего отца? —