Хозяйка замка на скале - Анастасия Пенкина

Дейн вел Агату по тропинке... Не вел, а тащил. Его рука все еще впивалась ей в бок, пальцы белели от напряжения. Она попыталась вырваться, но он только сильнее прижал ее к себе. Чувствовалось напряжение в ее хрупкой фигурке, голова опущена, плечи слишком прямые. От этой картины в груди разрасталась обжигающая ярость. Она поднялась к самому горлу, стало нечем дышать.

Не моя.

Я повторял это мысленно уже в сотый раз, стискивая челюсти так, что хрустели кости. Не моя.

Отпусти.

По древним законам, по мерзкой логике этих проклятых ритуалов, она принадлежала Дейну. И навсегда связана с нашим родом. Брачный союз с первородной, это не просто брак. Это особая магическая связь. Кровь Агаты, ее сущность теперь навеки связаны с нашим Источником. Развод ничего не менял. Он лишь разорвал ее связь с Дейном, но не с Дракстонами. Наоборот, эта связь лишь закрепилась магическим соглашением, подписанным кровью.

Агату держат здесь не из милости. Ее присутствие, ее магия должны подпитывать наш угасающий Источник. Бросить ее, позволить уйти, значило бы добровольно ослабить род. А забрать ее себе... Это было бы попранием всех правил, ударом по чести, которого ни один дракон не простил бы брату.

Я мог бы разорвать Дейна пополам. Я был сильнее. Но я не мог так поступить с братом. Мне оставалось только смотреть, чувствуя, как когти готовы прорезаться из пальцев и впиться в ладони.

Если бы я знал. Камни и пламя, если бы я знал, что он задумал эту подлую аферу. Жениться, чтобы усилить себя, а потом выбросить жену как ненужную вещь... Я бы не позволил. Из-за элементарной порядочности, которой Дейн, видимо, лишен. Участь разведенной первородной – унизительное прозябание на задворках чужой семьи. На них больше не женятся. Их считают... использованными. Испорченными. И я, наблюдая за Агатой, за ее упрямой, не сломленной силой, впервые задумался: а почему? Почему эта традиция так бесчеловечна? Разве они стали хуже от того, что подарили нам часть своей силы? Разве они бракованные? На этот вопрос у меня не было ответа. Только горечь и стыд. ИИ ярость, распирающая изнутри.

Дейн крепко держал Агату, будто она и впрямь его собственность. А я мог только смотреть, скованный традициями и проклятым долгом перед родом.

Возвращаться в зал в таком состоянии было нельзя. Я и не хотел. Возвращаться туда, где музыка и смех, где эта рыжая дура будет строить из себя хозяйку, а Эшвуды станут совать мне под нос свою надушенную племянницу. которую мне теперь, по всем канонам, и следует выбрать... Нет уж, спасибо.

Мне нужно было… Мне нужно было куда-то деть эту ярость. Иначе я просто взорвусь.

Я отступил глубже в темноту, прочь от сарая и тропинки, туда, где за фермой начиналось открытое поле. Дождь снова начал моросить, холодные капли падали на кожу, но я их почти не чувствовал.

Мне было тесно. Невыносимо тесно в этой коже, в этих одеждах, в этих проклятых правилах, которые связывали мне руки.

Я схватился за ворот мокрой рубашки и с силой дернул. Ткань с треском разошлась по швам, пуговицы отлетели куда-то в темноту. Я скинул ее с плеч и швырнул в грязь. Воздух обжег кожу, но облегчения это не принесло. Ярость клокотала внутри, требуя выхода.

Избавиться от нее можно было только одним способом.

Драконья сущность все время дремала где-то в глубине, огромная и дикая. Она легко отозвалась чуя мои эмоции. Этот оборот был грубый и стремительный, пожалуй, я еще никогда так легко не обращался в дракона. Кожа на плечах и спине затвердела, потемнела, покрылась мелкими, плотными чешуйками цвета обсидиана, отливающими в слабом свете синевой. Позвоночник вытянулся. Со спины, из лопаток, вырвались тяжелые, перепончатые крылья. Они расправились в стороны, и вода с травы разметалась во все стороны.

Из моей драконьей глотки вырвался низкий, сдавленный рык. В нем была вся ярость, все бессилие и вся горечь, которые скопились во мне.

Я больше не думал. Оттолкнулся от размокшей земли одним толчком задних лап. Земля ушла из-под ног. Мокрые и тяжелые крылья с силой разрезали воздух, поднимая вихрь.

Я взмыл вверх, прочь от фермы, от сарая, от тропинки, по которой Дейн вел Агату. Прямо навстречу низко нависшим грозовым тучам. Мне было плевать на дождь, на ветер, на молнии, мерцавшие вдалеке. Пусть стихия бушует. Она все равно была тише, чем буря внутри меня.

АГАТА ВАЙТФОЛ

Дейн тащил меня по тропинке и так крепко держал, что у меня в боку начало ныть.

Я попыталась вырваться в очередной раз, рывком повернувшись, и в этот момент увидела как над фермой между тучами мелькнула огромная черная тень. Она отделилась от земли и ринулась ввысь, прямо в самую гущу чернильных грозовый туч. Мне удалось разглядеть только мощный и стремительный силуэт. А затем ощутила ровный, теплый порыв ветра. Он ударил нам в спины, заставив Дейна на мгновение замедлить шаг и обернуться через плечо.

Он тоже увидел как его брат обернулся в дракона и улетел, скрывшись за бушующей стихией. Я почувствовала, как пальцы бывшего мужа на моем боку сжались еще сильнее, до боли. Он тихо хмыкнул, и в этом звуке отчетливо слышалась ядовитая усмешка.

— Братец не в духе, — процедил он сквозь зубы.

Я промолчала, не собираясь поддерживать с этим гадом чешуйчатым хоть какой-то диалог.

Куда больше меня волновал его брат. Он ушел, превратился в дракона. Потому что не мог остаться и смотреть?

На душе стало чуточку теплее, потому что Кайден точно не был равнодушен ко мне.

И в тоже время я злилась, на себя и на него. Часть меня хотела, чтобы Кайден наплевал на кровные узы и попросту набил морду Дейну. За все хорошее, и чтобы не трогал меня. И я злилась на себя из-за этих глупых мыслей. Ведь Кайден мне ничего не должен. Нас ничего с ним не связывает. А Дейн все-таки его брат, одна кровь. Но отогнать прочь эти глупые мысли не выходила и я злилась… На Кайдена и его выдержку. Что ему стоит приструнить Дейна?

Плевать. Я вообще не должна думать ни об одном из Дракстонов. Я уйду отсюда как только заработаю деньги. И не буду ломать голову пытаясь