Тестовая невеста для Владыки ночей - Ксения О

Сегодня он был в официальном облачении, золотое сияние, от которого слезились глаза, слепило. Борода его сверкала, словно её припудрили звёздной пылью, что, на мой взгляд, было явно перебором со стороны старика.

— Ну наконец-то! — голос Императора прогремел на весь зал, заставив красные фонарики задрожать. — Я уж думал, один из вас сбежит. Честно сказать, я сделал ставки с придворными.

«Тут кто поспорит, легко делать ставки на свои собственные указы!»

Шан Лань склонился в поклоне. Я попыталась сделать то же самое, но пышные наряды удерживали меня, не давая наклониться достаточно низко. Я немного вспотела, пытаясь, но тем временем старик уже поднял руку, позволяя подняться.

— Ваше Величество, — сказал Владыка с каменным лицом, под которым я учуяла лёгкую нервозность. — Мы прибыли.

— Вижу, — Император поднялся с трона. — Вижу твою… как там её… тестовую фею сна. Я-то сразу указал на то, что ей больше бы подошла роль законной жены.

Небесные чиновники вокруг засмеялись, но быстро замолкли, заметив взгляд Шан Ланя. А взгляд у него был такой, что даже я захотела спрятаться. Хотя прятаться в моём положении было уже довольно поздно.

Жрец в длинных одеждах, не поверите, я узнала в нём того самого посланника, который забрал меня из храма Сладких снов и которому я перетянула шею потуже. Он, несмотря на церемонию, старательно избегал смотреть в мою сторону и держался на почтительном расстоянии, всё же провозгласил:

— Первый поклон Небесам! — его голос звенел, как натянутая струна.

Мы развернулись к Императору. Потому что на Небесах небеса — это он. Поклонились.

— Да благословят Небеса ваш союз! — провозгласил посланник.

Император кивнул и, к моему ужасу, тоже поклонился в ответ. Мне показалось, или он сделал это с каким-то особым удовольствием? Мол, я же говорил, что найду тебе жену, племянник. А ты не верил.

— Ты видел? — прошептала я Шань Ланю, не поднимая головы. — Он нам поклонился!

— Это традиция. Не тараторь.

— Но он же Император!

— Он мой дядя, и он рад, что я наконец-то женился.

— Видимо, жутко надоел ему со своей бессонницей.

— Второй поклон — родителям!

Мы повернулись к отцу. Он стоял справа от алтаря, и на его грозовом лице сияла такая улыбка, что молнии не должны появиться на небе в ближайший год. Отец украдкой вытирал глаза рукавом и делал вид, что у него просто аллергия на цвет пионов, которыми полнился зал.

Мы поклонились отцу. Я чувствовала, как слёзы подступают к глазам.

— Дочь моя, — сказал он, и голос его дрогнул. — Я так рад, что ты нашла… — он запнулся, посмотрел на Шан Ланя, — …понимание и терпение. Мужа, который не убил тебя в первую неделю. Это многого стоит.

— Спасибо, папа, — прошептала я.

— А ты, Шан Лань, — отец повернулся к Владыке, и в его глазах сверкнула настоящая гроза. — Если обидишь её, пеняй на себя.

Шан Лань выпрямился и посмотрел на отца с полной серьёзностью.

— Принимаю.

— Третий поклон — друг другу! — провозгласил посланник.

Мы развернулись лицом к лицу. Я опустила веер, строя ему глазки.

Шан Лань смотрел на меня в ответ темнотой своих непонятных намерений. От азарта у меня внутри всё переворачивало.

— Женишься на мне ради приличий? — подтрунивала я шёпотом.

— И из-за того, что без тебя не сплю, — ответил он так же тихо.

— И мне не дашь? — теперь я сама опустила глаза, поняв, что сказала лишнего.

И мы поклонились друг другу низко, почти касаясь лбами. Я чувствовала, как его дыхание смешивается с моим, как от его волос пахнет ночным ветром и сандалом. И как моё сердце колотится где-то в горле, мешая дышать.

«Всё. Теперь мы муж и жена. Обратного пути нет. Если он меня разлюбит, придётся его усыпить навсегда. А если я его разлюблю? Нет, не должна… но решение по сути то же».

Жрец связал наши руки красной лентой, той что Шан Лань принёс утром. Узел затянулся так крепко, что я вдруг поняла: Это навсегда.

— Объявляю вас мужем и женой! — провозгласил Император, и зал взорвался аплодисментами, музыкой и чьим-то счастливым рёвом. Оказалось, это Цзоу-юй не сдержался и зарычал так, что фонарики закачались.

Глава 58

Император спустился с трона и подошёл к нам.

— Ну-ка, ну-ка, — сказал он, разводя руки. — Дайте я обниму своих уточек-мандаринок.

Он обнял сначала Шан Ланя крепко.

— Я так за тебя рад, племянник, — прошептал Император, и в его голосе вдруг не осталось императорского величия — только родственное тепло. — Ты тысячу лет был один. Я уж думал, ты так и умрёшь невыспавшимся холостяком. А ты нашёл себе… — он посмотрел на меня, подбирая слово.

— Фею сладких снов, — подсказала я.

— Сокровище, — сказал Император. — Настоящее сокровище, способное разбудить твои чувства.

— Спасибо, дядя, — сказал Шан Лань, и я заметила, как его каменное лицо просветлело.

Потом Император обнял меня. Осторожно, будто боялся сломать.

— А ты, Жувань, — сказал он. — Ты сделала то, что никто не мог.

— А теперь — наказание виновных! — вдруг провозгласил Император, и в его голосе снова загремел гром.

Я вытаращила глаза.

«Наказание? Оооо, возможно, я в списке».

Из толпы вывели двух женщин, раскрасневшихся, злых и явно недовольных жизнью. Лохань и Луань. Одна — та самая красавица с круглым лицом, которая каждую неделю появлялась на обложке «Вестника», вторая — та самая фея, что дразнила меня нищенкой каждый раз, когда я приходила за персиковой похлёбкой с Цзоу-юем.

— Луань и Лохань, — торжественно провозгласил Император. — За обман невесты Владыки Ночей вы приговариваетесь к столетнему переобучению в храме Сладких снов.

Лохань ахнула. Луань попыталась что-то возразить, но Император уже поднял руку.

— Вы будете учиться благочестию, смирению и правильному сну. Наставница Шуань уже ждёт вас. Говорят, она очень строгая и любит ставить иглы в акупунктурные точки. Особенно тем, кто много сплетничает, помните об этом.

У Лохань подкосились ноги. Луань побелела как мел.

— Только не иглы! — взмолилась Лохань. — Ваше Величество, я всё поняла! Я больше никогда не буду покушаться на чужое!

— Поздно, — отрезал Император. — Учитесь. Может, через сотню лет научитесь быть благоразумными. А пока исполняйте.

Их увели. Лохань рыдала, Луань шипела что-то невнятное, но обе покорно поплелись за стражниками. Я смотрела им вслед и чувствовала… да ничего. Ни злорадства, ни жалости. Только лёгкое удовлетворение, что мир стал чуточку справедливее.

Я вообще не злая фея и уже давно забыла о их роли в моем путешествии в демоническое царство. По-честному, я даже была благодарна им за их небылицы. Как бы я иначе узнала о чувствах