Дорогая Шарлотта - Катерина Слезовская

— Я даже представляю, что Вы себе надумали. Но, уверяю Вас, я не такой человек. С Вас лично я не потребую ничего, мне достаточно простого общения с Вами. Можете мне не верить, но оно мне действительно приятно. Вчера Вы более, чем подтвердили, что являетесь умным и решительным человеком, а мне такие люди по душе. Что же касается предложения моей помощи — во-первых, опять же вчера, мне показалось, что Вас заинтересовали мои способы ведения дел. Поэтому я и пришёл, чтобы поделиться возможно полезными для Вас советами. Поверьте, в любом деле, что кажется нам идеальным, со стороны всегда виднее его дыры. Уж мне ли не знать. Я предлагаю свою помощь и возможную поддержку исключительно ради развития начинаний честного человека, с которым приятно будет работать в дальнейшем, ничего более. Мошенников и подлецов на нашем поприще хватает и без того.

Умеет же он уговаривать, хитрый чёрт. Мне действительно не помешала бы уверенная рука подобного матёрого дельца, потому что я ещё только новичок и иногда совершенно теряюсь. Конечно, многое держится на Лириэле, но и он далеко не всё знает, я уверена.

— Ну хорошо. — согласилась со вздохом — Лириэль, завари нам, пожалуйста, чаю. Присаживайтесь, Ваша Светлость.

— Благодарю. — кивнул герцог — Не волнуйтесь, Амели. Могу дать клятвенное слово, что не собираюсь Вас обманывать и что-то просить взамен. Что же касается Ваших, хмм... Я бы назвал это благотворительными проектами или же меценатством. Насчёт них подумайте — мне правда понравилось и я готов всеми силами посодействовать, потому что такие вещи жизненно необходимы городу, да и всему Иглису. Приятно, что есть люди, думающие в этом направлении.

— Это пока лишь мечты. Но, признаюсь, они со мной уже долгое время. — окончательно сдалась я — Скажу Вам по секрету и надеюсь, что меня за такое не накажут, но мне совершенно не нравится то положение вещей, что сложилось в Иглисе сейчас. К сожалению, те, кто наделён властью, слишком часто забывают, что власть — это в первую очередь ответственность. Простите, если задела Вас этим.

— Нет, Вы абсолютно правы. И я всеми руками поддерживаю Вашу точку зрения. — потёр подбородок Эдвард — Машина правления, какая бы она идеальная не была, слишком часто ломается. Я стараюсь пролоббировать те или иные законы, защищающие права простых граждан, но это не так-то просто. Видели бы Вы лица этих зажиточных аристократов каждый раз, как подобное происходит — скопище визжащих, зажравшихся свиней. Простите за грубость, но это, пожалуй, самое точное описание. Каждый из них пытается урвать кусок побольше, забывая, что народ, на чьих костях они строят свои империи, это один из столпов страны. Если честно, иногда смотрю на это и не могу поверить, что за это мы воевали и складывали свои головы.

— Вы говорите неожиданные вещи. — искренне удивилась я — Если позволите мне такие слова, то никогда бы не подумала, что Вы, Ваша Светлость, так радеете за народ.

— Кто-то же должен. — развёл руками Крастесс — Кхм... Возможно, Вас смутили мои высказывания. Прошу прощения, что-то я чрезмерно разоткровенничался. Возможно, в Вашем лице нашёл соратника, поэтому меня и понесло.

— Нет-нет! Я... напротив, приятно удивлена. — отозвалась тихо. И это была правда, совершенно неожиданная.

Я — конкретная идиотка! Самая настоящая, потому что заслушалась и пустила в свой курятник этого хитрого лиса. Зачем я это сделала?! Не успела оглянуться, а герцог уже влез в мои дела по самые локти, препарируя их с точностью хирурга главной королевской лечебницы. Ведь не хотела же подпускать его к себе, особенно в моей новой жизни. Идиотка! Что мне теперь с этим делать? Всю жизнь трястись и бояться, что меня раскроют? Я то надеялась, что, став Амелией, смогу скрыться, отринуть всё старое и жить свободно. Но, кажется, уже облажалась. При том, по крупному. Всё дело в том, что Эдвард говорил правильные вещи. Да ещё так открыто, честно и со всем рвением. Не знала, что у него есть такая сторона. Да и откуда бы мне было узнать — в той жизни в будущем он со мной почти не разговаривал, разве что только сыпал обвинениями и презрением. В прочем, сейчас, для Шарлотты, ничего не изменилось. А вот со мной, Амелией, он почему-то решил поделиться своими мыслями. И я... поддалась. Никогда бы не подумала, что Эдвард может быть таким — интересным, вежливым, честным и действительно беспокоящемся о благе простых граждан, сирот, бедняков. Слушая его, неожиданно для себя, я поняла, что наши взгляды на мир очень похожи. И такой Эдвард мне... нравился. Он очень умный, рассудительный и неожиданно добрый, внимательный. Мне, вопреки всему, стало интересно. Словно глупый мотылек, что летит на огонь, я захотела узнать его получше, с этой другой, новой для меня стороны. А теперь, когда он ушёл, я сидела и с ошалелым видом тарашилась в одну точку, яростно сжимая виски. И ещё яростнее пыталась понять, что со мной не так?! Кажется, я действительно совершенно глупая — как можно было сидеть и битых два часа слушать этого мерзавца? При том, ловя его каждое слово и, чуть ли не в восхищении разинув рот. Правда, в этот раз мерзавцем Крастесс не казался, совсем напротив. Но это ничего не меняет! На самом деле же он мерзавец и есть. А ещё подлец. И кабель. Нельзя об этом забывать! Но говорил Эдвард правильные и полезные вещи, терпеливо помог разобраться со сложными вопросами, а ещё вёл себя обходительно и вежливо — как нормальный, даже очень приятный молодой человек. Рассказал, как вести себя с бароном Лидсом, нашим поставщиком красок, предупредил, что тот крайне ненадёжен и, скорее всего, задерёт цену или подкинет неликвид. И предложил другие возможные пути. Честно говоря, сама бы я, наверное, здесь встряла. И это всё было очень странно. Почему герцог может себя нормально вести с обычной горожанкой, а со мной, Шарлоттой, нет? Понравилась Амелия? Но он же даже не может меня как следует рассмотреть из-за вуали. О ней Крастесс тоже спросил, заставив меня растеряться и покрыться холодным потом.

— Амели, могу я задать нескромный вопрос? — неожиданно поинтересовался он и без паузы продолжил — Простите, но мне правда интересно. Ваша вуаль, что Вы за ней прячете? Или это дань чему-то для Вас особенному?

Как же я занервничала! Кое-как сглотнула панический ком в горле. Нужно что-то ответить! Что ответить? Вспомнилось предположение Лира, и я недолго думая выдала:

— Стыдно признаться, Ваша Светлость, но на моём