Ненастоящая принцесса - Надя Смирнова

свою магию, Софи умолчала. Для Александра эта информация была лишней, да и магии её он не понял бы. Но сейчас она осознала свою ошибку – с помощью своей магии она не пыталась найти выход, а использовала её лишь для того, чтобы залечить ссадины и достичь выхода из комнаты со змеями. Почему же там, в пещере, ей не пришло в голову использовать магию?

— Ну вот, теперь ты точно знаешь, что никакая я не избранная и магией не владею. Так что можешь продолжать желать моей смерти.

— Пока я твоей смерти не хочу.

— Ключевое слово «пока», — усмехнулась Софи.

— Ключевое «не хочу». — Александр буравил её серьёзным взглядом. — А кто хочет, ты, наверное, уже догадалась.

Софи кивнула. Она по-прежнему хорошо помнила графа Орлеанского, направившего пистолет прямо на неё. И то, чьему приказу он подчинялся, тоже. Александр смотрел выжидающе, будто ждал продолжения, но продолжать эту тему она не хотела. Не с ним и не сейчас. Ей надо было сначала обдумать это до конца самой. Девушка отвернулась и, в поисках поддержки, осмотрела комнату, а затем подняла голову и увидела, что туман рассеялся, и вместо потолка в комнате — бескрайнее звёздное небо.

— Смотри! Смотри же! Здесь звёзды! — Эта находка так взбудоражила Софи, что она забыла о своих злоключениях. — Это просто невероятно, мы же под землёй, а здесь звёздное небо! — Она встала с дивана и заходила по комнате, задрав голову. — Вон там Большая Медведица, а это Малая... Тебя это совсем не впечатляет?

— Вообще-то я здесь не в первый раз, — протянул Александр, но, глядя на её восторг, невольно улыбался.

— Но это же невероятно! Мы же глубоко под землёй и видим небо!

— А комнаты со змеями, еда, зеркала — это было вполне ожидаемо? — К нему вновь вернулось саркастическое настроение.

— Ой, отстань, — отмахнулась Софи. — А ты не знаешь, это небо всего лишь наваждение или...

— Нет, это и вправду настоящее небо, просто мы находимся в кратере, но с земли его никто не видит.

— Очень смешно, — она закатила глаза. — Я хотела спросить: небо отражает реальное небо или это просто звёзды...

— Думаю, реальное.

— Здорово! — Она немного успокоилась и снова села на диван, ещё раз взглянула вверх, но заставила себя оторваться от этого зрелища и вернуться к настоящему. — Теперь твоя очередь, рассказывай!

— Что рассказывать?

— Про способность вселяться в головы чужих людей и указывать им, что делать.

Карие глаза встретились с серыми; её снова будто обожгло: «Про эту способность?» Александр явно издевался.

— Да, про эту! — Она снова встала, желая хоть как-то отгородить свою голову от его слов.

— Ну, так спрашивай, что интересует, я отвечу, — он снова ухмыльнулся. «Я вложу каждое своё слово в твою милую головку».

— Да прекрати же! — вскричала Софи, но не испуганно или зло, а смеясь.

— Прекратить что?

— Прекрати так делать!

— Делать как? — «Так?»

— Да! — и она толкнула его в плечо, а он обхватил её за талию и повалил на диванчик. — Пусти, не надо, — она смеялась, — это же не прилично!

— Ты ночью шастаешь непонятно где, с непонятно кем, и после этого рассуждаешь о приличиях? — Александр разжал объятия и позволил ей сесть.

— Я не с непонятно кем, — она пригладила растрепавшиеся волосы, — я с тобой!

— Да, а я кто?

— Мой будущий муж, — теперь она играла по его правилам, — и ты обещал рассказать про то, как голос проникает в мой мозг... Только попробуй сделать это ещё раз. — Софи предостерегающе вскинула руку.

— Ладно, не буду.

— Тогда рассказывай, твоя будущая жена хочет знать всё! И обещает сохранить эту тайну!

Александр снова рассмеялся. Такой забавной в его глазах она ещё не была.

— Уговорила. Слушай великую тайну, — и он театрально провёл руками, обозначая таинственность, — я иногда могу делать так, чтобы люди слышали меня мысленно. Это получается не со всеми.

— А с кем? — Софи снова стала серьёзной.

— В основном с близкими мне людьми, — эти слова её ободрили, а следующие практически убили, — а ещё... с простолюдинами, теми, кто слаб и далёк от колдовства.

— Хорошо, — но она же волшебница! Или же она слишком слаба для него? — И связь двусторонняя?

— Нет, то, что думаешь ты, я слышать не могу.