Ненастоящая принцесса - Надя Смирнова

Посекретничать, как же! Ты снова выскажешь своё негодование по поводу плохого управления страной и того, что старейшины Миэлния по-прежнему имеют вес, а не дискредитированы, как ты приказывала нам сделать. Возможно, ты зовёшь нас, чтобы убить одну из нас, а то прошлая осечка, похоже, выбила тебя из колеи.

Что же делать? Не ехать Софи не могла, ибо Елене отказывать было нельзя. Совет старейшин действительно креп, но это теперь не сильно волновало Софи. Её больше заботило, как заполучить союзников и избавиться от Елены. Может, стоит прикинуться больной?

Девушка прошла из гостиной в спальню, отперла свою шкатулку маленьких «сокровищ», подаренную когда-то Кристиной, и достала платок. Она уселась на кровать и разгладила его.

Монограмма А.Б. безупречно блестела, вышитая серебряными нитками, а медведи по-прежнему устрашающе шагали с обеих сторон. В последнее время Софи завела привычку рассматривать этот платок, полученный ею в ту ночь рассказов.

Теперь такие прогулки по Печоре были частыми. Как только Тея уезжала, Александр и Софи отправлялись гулять. Они блуждали по коридорам Печоры, открывали и рассматривали новые комнаты, а иногда просто сидели в той милой гостиной со звездным потолком. Тайна этих прогулок тщательно сохранялась, и на людях происходило всё то же надменное общение. Хотя, как подозревала Софи, граф Буров о них знал, но сейчас это было неважно. Она по-прежнему не доверяла Буровым, но видела в них важных союзников, ведь им-то она была нужна живой. «Пока живой», — каждый раз поправляла она себя.

Сегодня Александр уехал по делам семьи в Нортленд и пробудет там до пятницы. Значит, она уедет раньше, чем он успеет вернуться.

Спросить совета не у кого, и заручиться поддержкой тоже. Что же делать? Ехать на праздник и быть убитой там? Или остаться в Миэлнии и быть убитой здесь? Софи не сомневалась в том, что Елена задумала убить её в дни праздника. Она чувствовала это.

Ответ пришёл ей в голову вечером за ужином. Тея беззаботно болтала о платье, которое хочет надеть на бал, а Софи усердно пыталась поддерживать разговор, испытывая тошноту, возникшую от волнения.

Она неспешно ковыряла ложечкой кремовое пирожное на своей тарелке; голова болела и казалась налитой свинцом. Вдруг она точно почувствовала — ей нужно быть на празднике. Это будет ЕЁ праздник и ЕЁ торжество. Она не могла точно определить, откуда взялось это чувство, но оно определённо было правильным. Она ощущала то ТОРЖЕСТВО, которое охватит её там.

Она невольно улыбнулась и тут же одёрнула себя. Мало того, что улыбаться просто так за ужином глупо, так ещё она обещала Кристине закрывать своё сознание и не давать своим будущим чувствам захватывать её. Она вспомнила о Кристине, о том, как та временами впадала в безумие, охваченная видениями какого-то далёкого и ужасного будущего. И как сходила с ума, не понимая, какие события уже произошли, а какие нет. Именно её постоянные видения и неумение закрывать свой разум сгубили её, по мнению дяди.

***

Тея и Софи прибыли в Палиру за день до торжества, как и обещали Елене. Она встретила их улыбками и поцелуями в обе щеки. А вслед за приятными речами и восторгами последовал не очень приятный разговор о графе Бурове, старейшинах и элите Миэлнии. Девушки согласно кивали и говорили, что понимают всю опасность влияния старейшин на правление.

— Милая Елена, мы, конечно, понимаем твоё беспокойство по этому вопросу, — сказала Тея, как обычно, умело перенимая стиль общения Елены, — но пойми и нас, Миэлния... Народ этой страны довольно странен. Они суеверны до чертиков. Для них Миэлния — это волшебный организм, а мы лишь захватчицы, а не принцессы по крови.

— Я это понимаю, но они привыкнут к вам и полюбят вас. Крошки мои, вы так милы и прекрасны.

— Ох, Елена, ты нам льстишь, — Тея поднялась и расцеловала Елену в обе щеки в знак признательности. — Но если мы усилим хватку и попытаемся хоть немного потеснить их, то они же съедят нас со всеми потрошками!

— А если нет, они вас задавят, а я не хочу, чтобы моих ласковых и нежных девочек задавила горстка старых идиотов, — Елена негодующе всплеснула руками.

— Народ Миэлнии верит в нерушимость традиций, — обычно в разговорах с Еленой Софи просто отмалчивалась, но сегодня ей непременно нужно убедить Елену в важности сохранения Совета и его функций не тронутыми. — Убирая Совет, мы убираем почву из-под своих ног, ведь народ не поддерживает чужестранок, хоть и на троне; он поддерживает Совет, который верен Миэлнии и который он знает много лет.

— Ах, девочки! Что за слова такие! Чужестранки! Вы коронованные принцессы! Принцессы крови! Кровное родство — это же факт, и то, что эти великолепные кольца с красными рубинами на ваших пальчиках, неоспоримо.

— Но народ Миэлнии взбунтуется!

Елена снова хотела что-то сказать, но Тея перебила её:

— Еленочка, дорогая, не трать свои речи на нас, а лучше послушай, какой у нас есть великолепный план! — Софи постаралась не выдать своего удивления словами подруги, ибо о «великолепном плане» она слышала впервые. — Мы не будем лишать Совет старейшин власти и оставим всё как есть... Нет-нет, подожди и послушай! —