Дом холодных сердец - Тея Авари

Девушка с силой вывернулась из рук женщины, сорвала с гвоздика на стене сохнущий плащ.

– Куда?! – всплеснула руками хозяйка, глядя, как беспокойная девушка выбегает на мороз.

Ева выскочила во двор и тут же наткнулась на несчастного Райна, после паршивого дня уже не ждавшего от вечера ничего хорошего.

– Райн! – Ева вцепилась в его рукав, буровя горящим взглядом. – Где моя лошадь? Она нужна мне прямо сейчас!

Тело было словно чужим. Иным. Пальцы разжались, и меч со звоном выпал из ладони на пол. Торн медленно развернулся к коленопреклоненному двору. Его двору.

Вампир медленно оглядел почтительно склоненные головы. И не испытал никаких эмоций. Все было лишь пылью в его глазах. Прахом. Все чувства, что прежде тревожили его сердце, покрылись тенетой, стали тусклыми, ненужными. Этот двор – его новое бремя и его новое оружие. Он может завоевать с ним весь мир. И может это сделать в одиночку.

На лице Торна стала расползаться недобрая улыбка.

Внезапно тяжелая дверь зала распахнулась.

Ева влетела внутрь, растрепанная, бледная, с горящими глазами.

– Торн! – крикнула девушка.

Вампир резко обернулся. Секунду он не узнавал ее: в его взгляде не было ни капли прежнего Торна.

Бросившаяся было к нему Ева остановилась.

– Торн, – прошептала она. – Что с тобой, Торн? Это же не ты…

Преодолевая испуг, вопреки здравому смыслу, она медленно, шаг за шагом, стала приближаться.

Торн склонил голову, прислушиваясь. Ее шаги, ее дыхание, ее дрожащая, протянутая к нему рука по капле воскрешали воспоминания, тревожили чувства, расшевеливали их, подобно углям в костре. Вампир глухо рыкнул, словно это причиняло боль.

– Торн, – не сдавалась Ева, подходя ближе и ближе. – Ты никогда не станешь злом. Ты никогда не станешь как он, Торн.

Она подошла так близко, что почти могла коснуться его рукой.

– Ты не чудовище, – тихо, с нежностью в голосе произнесла Ева.

Сердце вампира стукнуло в груди. Сознание Торна пыталось бороться, отталкивая силу, что хотела подчинить, и мрак внутри зашипел, пытаясь удержать его.

– Я не чудовище, – повторил он вслед за Евой.

Собрав остатки принадлежащей ему воли, Торн поднял с каменных плит свой меч и, обхватив за лезвие, вонзил себе в грудь, в самое сердце.

Тьма внутри пронзительно закричала, заскребла когтями изнутри, пытаясь выбраться, запульсировала, разрывая его на части. Торн прикрыл веки, противостоя агонии и тьме, медленно опустился на пол. Сознание затухало. Так, должно быть, выглядит небытие, когда умирает и душа.

Стоило ему так подумать, как знакомый девичий голос прозвучал в его голове, призывая назад, к свету:

– Торн!

Вампир открыл глаза, сморгнул и увидел над собой взволнованное лицо Евы. Девушка склонилась над ним, сжимая в раненых ладонях окровавленное лезвие его меча, по которому в рану стекала кровь. Его и ее.

Вампир с шумом вдохнул, словно в него вновь вложили душу, и понял, что только теперь одержал настоящую победу.

Глава девятая

Этот двор стал его бременем, но мог стать и оружием в руках, помогающим достигнуть целей, неважно каких, недобрых или благих. Торн скоро понял это, несмотря на то что ноша звания высшего вампирского лорда свалилась на него как снег на голову. Нужно было лишь принять данную власть.

Едва он осознал случившееся с ним, началась его новая, полная забот и жутких открытий о делах высшего вампирского двора жизнь. И его, и братьев, которых Торн пробудил тут же, как только пришел в чувство сам, ждали как лавры победителей, сумевших повергнуть прежнего правителя, так и проклятье мрака главы дома Каэдэс. А еще – много трудов.

С первой же ночи Торн заперся в кабинете, стремясь разобраться со всем наследием жестокого лорда Атрея, привести наконец в порядок вампирское общество и освободить земли от беззакония. И возможно – Торна грела слабая надежда, – примирить людей и чудовищ.

Дверь кабинета со скрипом отворилась, внутрь проскользнула Веспер.

Вампирша склонилась, но даже не пыталась изображать покорность. Глухая злость разъедала ее сердце. Она подняла голову и смерила Торна обжигающим взглядом. На эту показную ненависть вампир не обратил совершенно никакого внимания.

– Расскажи мне, откуда вы брали человеческую кровь, – потребовал Торн.

Веспер скривила губы.

– Просишь моей помощи? – тихо проговорила она. – Ты убил моего брата. Я никогда не прощу этого. Не забуду. Знай, я отомщу! – сдавленно выплюнула Веспер, видя, что ее угрозы вампира не трогают.

Торн, откинувшись на спинку кабинетного кресла, устало вздохнул. Ему было отчасти жаль Веспер, но Каэдэс причинили всем много зла. Оправдываться вампир был не намерен.

– Ты так уверена, что у тебя это получится? – Он надменно поднял бровь, намекая, что с новым высшим вампирским лордом она не сможет тягаться.

Вампирша коварно усмехнулась:

– Ты думаешь, что стал сильнее. Но теперь ты слаб как никогда, Торн. Ты окружил себя теми, кто тебе дорог. Каждый из них – твоя слабость.

Торн равнодушно кивнул:

– Понятно. К сотрудничеству ты не склонна.

Наглость и непокорность Веспер Торна не удивляли. В какой-то мере он ее понимал и принимал. Теперь она была частью его дома, хотели они оба того или нет.

– Ты ведешь себя чересчур дерзко. Ничто не остановит меня, пожелай я тебя убить, – сказал Торн ленивым голосом и с досадой заметил, что в нем проскользнуло нечто от экстравагантной манеры речи убитого им Атрея.

– Тебя остановят наши законы, – смело заявила Веспер. – Я теперь твоя сестра. Забыл? Чтобы убить меня, тебе придется уничтожить весь свой дом. Этого ли ты желаешь?

Она помедлила и вдруг, что-то сообразив, произнесла – растянуто, будто желая, чтобы ее слова точно дошли до нового лорда и крепко осели в его голове:

– А вот людей наши законы не касаются…

Торн сощурился, подавляя зарождающийся гнев, но выражение лица его выдало. Вампирша поняла, что ее случайная стрела попала в цель.

– Боишься сделать ее частью своего дома? – На лице Веспер заиграла хитрая полуулыбка. – Что страшнее: сделать ее вампиром или лишиться навсегда из-за… скажем, несчастного случая?..

Торн поднялся из-за стола, медленно, угрожающе подошел к Веспер и, молниеносно схватив за горло, вжал в стену. От неожиданности глаза вампирши широко распахнулись. На миг она запаниковала, но быстро вернула самообладание.

– Вот видишь? Я права! Теперь ты в самом деле слаб…

Торн сжал пальцы на ее горле сильнее.

– Не смей, слышишь, – процедил он, склоняясь над ее ухом. – Не смей. Иначе я покончу с тобой раз и навсегда, развеяв твой жалкий прах по ветру. И никакие законы тебе не помогут.

Не ослабляя хватки, вампир грубо