Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Аля была одной из лучших студенток вуза.

Морг? Препарирование трупов?

Аля Скороленок! И за себя, и за других, если кто не может.

Практика в больнице? Хирургическое?

– Скороленок, имей совесть, тебя что – выгонять из операционной?! Ну ладно, иди сюда, смотри, как это делается правильно.

Третий год обучения. Все та же больница.

– Скороленок! В операционную! Тут сестра заболела. Будешь ассистировать.

Четвертый год обучения.

– Алька! Позовите, блин, Скороленок! Срочно! В операционную.

Аля не просто обожала медицину. Дай ей волю, она бы поселилась в больнице. И врачи это видели. Учат тех, кто желает учиться. Несложные операции Аля могла бы провести сама. Уже на четвертом году обучения. А сложные… Хвала всем богам за закрытый перелом, да и мышцы на боку – не самое страшное, что могло случиться с человеком. Вот если бы рог прошел в брюшную полость или, не дай бог, вошел бы под ребра, повредив легкие… блинский фиг!

Лампу бы!

Полцарства за коня?!

Лиля понимала, что на что-то сложное ей понадобятся другие инструменты. Но пока хватило кинжала. Настолько острого, что он мог волос на лету резать. Крупные сосуды были не повреждены, с мелочью она справлялась, резать много тоже не пришлось, но было адски трудно. Лишний вес, не слишком чувствительное тело, никаких ранорасширителей…

Лиля поклялась себе наведаться к ювелирам завтра же. И заказать себе полный набор мединструментов – за любые деньги! Здоровье дороже всего.

Ну вот. Наложить еще пару швов, обильно полить рану выморозкой. И вопросительно на Лейфа:

– Мед есть?

Хорошая вещь – мед. Антисептик, кстати, природный. При операции неудобно, а вот повязку с ним можно наложить.

– Спросить?

– Спроси. Я пока ногой займусь.

Займусь – это было громко сказано. В больнице такие операции в одиночку не делают. Но тут…

Лиля вздохнула и взялась за дело.

Иногда и лишняя масса может пригодиться. Але Скороленок банально не хватало тяжести, Лилиан Иртон справилась своим весом. Зафиксировала и кивнула одному из вирман:

– Держать так.

Тот повиновался.

Вообще вирмане начали смотреть на женщину с явным уважением. Не за помощь невинно пострадавшему в борьбе с быком. Нет. А вот то, что она делала… Воины невесть в каком поколении могли оценить мастерство лекарки. И уверенность, и решительность.

Но наконец кость была сложена, вытянута, зафиксирована, вложена в лубок, и женщина пробежалась пальцами по коже, словно прислушиваясь…

Аля была умницей. И когда-то врачи говорили ей, что у нее не руки, а рентген. Сохранилось ли это сейчас?

Но чутье молчало. Либо в тело Лилиан оно решило не мигрировать, либо все и правда было нормально.

Сюда бы гипс и вытяжку.

Ну да ладно. Роль гипса прекрасно сыграли две доски, примотанные с обеих сторон ноги. Вытяжку дома сделает.

А сейчас…

Ох, как же хорошо, когда клиент без сознания.

Пульс и зрачок Лиля периодически проверяла.

– Надо бы его перенести к нам.

– На корабль, госпожа?

Лиля метнула на Лейфа злобный взгляд. Тоже мне, юморист-самовыродок. Нашел время шутить!

– В «Свинью и собаку».

– Зачем вам это, ваше сиятельство?

– Затем. Если его здесь бросить, его наверняка ограбят.

– И что? Нам-то что за дело, госпожа? Пусть хоть подохнет…

– А сколько я его лечила? Что, все напрасно?

– А, так вы на нем в лечении практиковались?

– Лейф, – практически зарычала выведенная из себя женщина, – если ты немедленно не прикажешь своим героям найти носилки, я тебе голову оторву к едрене матрене! Ты меня понял?!

И не удержавшись, добавила пару слов из лексикона майора Петренко.

Подействовало волшебным образом. Вирмане, кажется, слегка покраснели и засуетились. Вместо носилок приспособили столешницу, пострадавшего слегка примотали к ней и укрыли плащом. И взялись вчетвером.

Лейф нес Ингрид. Лиля шла рядом с импровизированными носилками и приглядывала за пациентом. Мало ли… Ему повезло, что операция прошла «под наркозом». Но когда он придет в себя, сколько ей понадобится сделать!

С ума сойти…

Надо бы завтра сходить на ярмарку и запастись уже разными полезными вещами. Для медицины. Ну должны же здесь что-то собирать? Тот же зверобой, душицу, если они тут растут, подорожник… Сколько всего есть полезного в лесах… ой! Витаминок бы на зиму. Шиповника, боярышника, калины… Зубки потерять еще не хочется. Лимончиков, квашеной капусты…

Лиля посмотрела на Лейфа. Все тело сопротивлялось ее словам. Но произнести их было необходимо. И сделать тоже.

– Может быть, оставим этого господина в гостинице и вернемся? Мы еще прорву всего не купили.

Лейф покачал головой.

– Нет смысла, госпожа графиня. Завтра с утра сходим. Нам скотина нужна.

– Нам не только скотина нужна.

– А что еще?

– Капусты бы квашеной прикупить. Ягод разных. Трав.

– Для лечения, ваше сиятельство?

– Ну да. И к ювелиру.

– Хельке Лейтц, госпожа?

Ювелир ждал их в гостинице. Когда Лиля вошла внутрь, он поднялся из-за стола, где сидел с кружкой чего-то красного, и почтительно поклонился.

– Ваше сиятельство…

Лиле больше всего захотелось упасть и отключиться. А лучше – вымыться, упасть и отключиться.

Но дело превыше всего. И она приветливо улыбнулась.

– Почтенный Хельке, подождите меня минут пять. Я сейчас отдам распоряжения, переоденусь и спущусь к вам.

Ювелир поклонился.

Лилиан прошла в свою комнату. За пострадавшего она не волновалась. Лейф распорядится. И служанку какую-нибудь отрядят за ним приглядывать. А у нее пока есть дело поважнее.

Женщина достала новое платье и чертыхнулась. Ага, расшнуруешь эту сбрую! Озвереешь раньше.

Пришлось выглядывать в коридор и звать служанку. Отозвалась. Помогла. Лиля ругалась про себя и думала, что надо бы найти модистку. Портниху. Или швею. Как тут это называется.

Самой-то явно некогда. Да и…

Ладно еще на швейной машинке по тщательно вымеренным лекалам. Это она могла. И даже сейчас. Но шить вручную?!

Ни за что!

Вышивать – еще полбеды. И то при местном освещении лучше вязать или кружево плести. Оно для глаз полезнее.

Лиля помнила, как делались первые вышивки бисером.

Продеть нитку в иголку, проколоть ткань, снять иголку, надеть бисерину, опять надеть иголку – и опять стежок. Конечно, пара лет, и ты уже ничего не видишь.

Это неправильный подход к проблеме.

А какой правильный? Керосинку изобрести?

Это как раз Лилю не пугало. И керосинка, и спиртовка – всем этим она когда-то пользовалась. Но сама-то она их не сделает. Металлическую основу должен делать кузнец. Стекло – стеклодув. А где взять спирт и керосин – вообще вопрос века.

Розовый чехол для танка покрыл женщину с головой поверх нижних юбок. Лиля вынырнула из него и оглядела себя. Кажется или