Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Поэтому для жены Джайс Иртон приобрел поместье близ столицы. Выкупил у короны. И поселил там жену. А все остальные Иртоны предпочитали жить в самой столице. Амалия и Джес с отцом, который души в них не чаял.

Тихий стук в дверь оборвал его размышления.

– Ваше сиятельство, к вам герцогиня Ивельен.

– Проси, – отмахнулся Джес. И сосредоточился на сложной задаче – как завязать бант красивым узлом.

Тихий скрип двери. И насмешливый голос:

– Как поживаешь, братик?

– Отлично. А ты как?

Амалия пожала плечами. Плащ чуть распахнулся, приоткрывая круглый животик.

– Подозреваю, что скоро у тебя появится еще один племянник. Или племянница.

– Еще один? – картинно закатил глаза Джес. – Да вы с Питом просто герои.

Амалия пожала плечами.

Все-таки Джайс зла своим детям не желал. Джесу в браках не повезло. Но Амалию ему удалось сговорить за наследника герцога Ивельена чуть ли не с колыбели.

Питер оказался неплохим парнем. Не дурак, не урод, у Джеса он выигрывал один поединок из пяти, что много значило, а жену обожал и был готов носить на руках. Впрочем, Амалия тоже отвечала ему взаимностью. Настолько, что у Джеса уже насчитывались племянник и две племянницы, которых он любил и баловал.

– Опять уедете в Ивельен?

– Ну да. Ты и сам ведь уезжаешь. Я и пришла попрощаться.

– Вовремя. Еще бы немного…

– И ты бы умелся к своей клушке.

– Не называй ее так.

– А как? Джес, ты, часом, не влюбился?

Джес пожал плечами.

– Не знаю. А это плохо?

– В данном случае плохо, – посерьезнела Амалия. – Джес, я при дворе сейчас бываю редко, но… не так проста твоя Адель, как хочет показаться.

– Вот как?

– Именно так. Ты знаешь, что у нее есть кузен?

– Какой-то племянник ее мужа… Да?

– А что они с ним, возможно, более близки, чем необходимо? И ее супруг умер от шока, застав их в интересной ситуации?

Джес сдвинул брови.

– Где ты набралась этой гадости?

– Одна из моих подруг знала мужа Аделаиды.

– Этот старикашка…

– Очень достойный человек. И всего на пятьдесят два года старше жены.

– О, это так немного…

– Джес, ты меня прекрасно понял. – Сестра топнула ножкой. И Джес невольно залюбовался женщиной. Высокая, светловолосая… Как же она была похожа на тетю Джесс.

– Ты просто королева…

Амалия растаяла и одарила брата улыбкой.

– Да, нам повезло. Мы с тобой в отца пошли.

Джес вспомнил матушку – и содрогнулся. Да уж. Быть похожим на эту чопорную вяленую рыбу?! Увольте!

– Тебе еще в другом повезло. Ты счастлива в браке.

Амалия подошла к брату и обняла его за плечи. Ну… насколько дотянулась. Джес все-таки вымахал под два метра…

– Братик, не унывай так. Ну, не повезло. Но у тебя обязательно все будет хорошо.

Джес вздохнул, зарылся лицом в волосы сестры, крепко обнял.

– Будет, сестренка. Обязательно будет. Просто я уже не ребенок. Мне хочется семьи, детей, тепла… того, что есть у вас с Питом…

– Кстати, ты зачем малявку отослал?

– А куда ее?

– Да к нам же!

– Вам своих мало? И потом, Лия, милая, ты скоро родишь…

– Попрошу без отговорок! Ты думаешь, Лилиан лучше позаботится о малышке, чем я?

Джес фыркнул.

– Конечно нет. Просто ты же помнишь, что Миранда не ладит с твоими малявками…

– Сэсси и Джесс не хотели ничего плохого! – возмутилась Амалия. – И ты это отлично знаешь! Сколько раз я тебе драла уши?

– Каждые два дня. Но я не оставался в долгу…

– Ты был омерзителен! До сих пор помню туфельки, полные червяков.

– Ага, а кто мне подсыпал слабительного?

Брат и сестра переглянулись – и заразительно рассмеялись. Потом Джес опять стал серьезным.

– Мири очень просила не отправлять ее к вам. И сама выбрала Иртон. Я не стал спорить.

– Лилиан ее точно не обидит?

О жене брата Амалия была не самого высокого мнения. Но Джес покачал головой.

– Лилиан ничего не интересует. Была бы кладовка полной. Да пастор не сбежал…

Амалия сдвинула брови.

– Братик, ты иногда бываешь удивительно толстокожим. А ты пытался хоть чем-то заинтересовать жену? Что-то ей рассказать?

Джес сморщил нос:

– Честно говоря – не хотелось.

Ну не нравилась ему Лилиан, не нравилась!

Отец тогда поговорил с ним честно. Объяснил, что ему нужны верфи Августа. И Джес, тоже занимающийся семейным делом, согласился.

Правда, такой радости, как Лилиан, он не ожидал. Первым определением было – бочка с салом. Но он честно пытался поговорить, найти какие-то общие интересы… да хоть что-то!

Их не было.

Ну и что оставалось делать?

Только сплавить жену с глаз подальше, чтобы не истерила каждые два дня, и заняться своими делами. А куда сплавить?

Да в Иртон. Все равно стоит без дела…

Но говорить об этом не хотелось. И Джес перевел тему:

– Может, тебе предложить вина? Будешь? Или что-то послабее?

– Медового взвара, – выбрала сестра. – Пит знает, где я, так что я надолго.

– На всю ночь?

– Может быть. Что, у тебя не найдется для меня комнаты? Посидим, как в детстве…

Джес улыбнулся.

– Сейчас прикажу принести взвара. И… медовые коржики, так?

Ответная улыбка была ему наградой.

– Братик, ты чудо.

Про Адель, которая всю ночь прождала «возлюбленного», а не дождавшись, под утро в припадке злобы расколотила три вазы, отхлестала по щекам горничную и разодрала в клочья перчатки, никто из них и не вспомнил.

Глава 5

Быки и гильдии

С утра Лилиан было грустно. Почему?

Потому что вечером они с Лейфом и Ингрид на троих усидели два кувшина с вином. Лейфу – что слону дробина. А вот ей…

Пить-то Лиля могла. А вот закусывать старалась поменьше, следуя своей программе похудения. Надо сказать, максимально простой. Меньше кушать – больше бегать.

Со вторым получалось. С первым – далеко не всегда. Но Лиля старалась. В частности, ограничивала себя в мучном, сладком, жирном. Особенно после шести вечера. Старалась есть все вареное и желательно с минимумом масла.

И результаты были. Из трех подбородков остались только два, платья обвисали как на вешалке… Лиля сильно подозревала, что идеально стройной быть не сможет. Но хоть что-то!

С другой стороны, здесь другие каноны красоты. Женщина должна быть полной, с широкими бедрами, чтобы рожать могла. Много и часто.

Но Лиля собиралась вернуться к своим родным 65–70 килограммам. При росте – здесь она тоже была под метр семьдесят – нормально. Не анорексичка и не жирозавр.

Нет, толстяки – тоже люди. Но чаще всего больные. Тут кольнет, там заноет… Без