Сердце стаи - Мариана Запата

– Сегодня я не в настроении для твоего дерьма.

Он обращался к дереву.

Я подобралась поближе, изо всех сил стараясь не шуметь больше, чем требовалось. Я не думала, что мне удастся подкрасться незаметно – в силу того, кем он был, Генри обладал исключительным слухом и обонянием, – однако я все же надеялась, что он слишком отвлечен, чтобы какое-то время не обращать на меня внимания. Если повезет.

– Да я не в настроении для твоего дерьма в любой день, – ответил низкий нечеловеческий голос. Звучный голос – это одно, но этому не было равных. Так звучала бы гора, умей она говорить.

Я, наконец, смогла хорошенько рассмотреть говорящее бревно.

Это не дерево.

То, что я приняла за кору, оказалось волосами. Целой кучей длинных волос. Вроде йоркширского терьера на стероидах. Более крупная и менее противная на вид версия речной старухи с коричневыми волосами.

И тогда я ахнула. Это был бигфут. Бигфут.

О, как же мне хотелось, чтобы Данкан был рядом, чтобы увидеть это!

Теперь, находясь достаточно близко, я поняла, что замеченные мной изначально люди – это мужчина и женщина. Я была почти уверена, что они были той же парой, с которой мы встретились ночью, и именно эта женщина и нарычала на бигфута после его первого рева. Именно в этот миг мужчина повернул голову в мою сторону. Его пряди были на тон светлее волос Генри, а его телосложение походило на фигуру Мэтти.

Незаметной я продержалась целых пять секунд. Проклятье. Я подняла руку. Теперь уж нет смысла таиться.

Что-то в языке его тела изменилось за миг до того, как Генри подошел к тому месту, где они стояли.

Мой типа друг детства не выглядел даже напряженным, когда оглядел бигфута так, словно тот был ребенком, устроившим истерику.

– Да что ты? Ты не в настроении?

Он что, подтрунивал над ним? Чертов Генри подтрунивал над бигфутом, возвышавшимся над ним на полметра?

– Поскольку, – продолжил он, – мы уже говорили об этом раньше, и тебе чертовски хорошо известно, что в эту часть леса тебе запрещено соваться.

Он точно насмехался над ним. Без сомнения.

Бигфут, ростом примерно в два с половиной метра, был точной копией всех тех изображений, которые якобы сделали очевидцы и которые я когда-либо видела. Из-под длинных волос, обрамлявших лицо, виднелись темные глаза. Если у него и имелся нос, то его не было заметно, и я видела лишь его рот, поскольку в громком рыке он оттянул губы, обнажив каждый острый зуб.

Выглядело почти устрашающе.

Бигфут вытянул руки, которые были непропорциональны его туловищу, отчего стал выглядеть еще более впечатляюще.

– Я и есть лес…

Генри рассмеялся. Похожий на дровосека мужчина рассмеялся, и громко. Прямо там, во время пафосной речи этого существа, в этом лесу, от которого у меня покалывало кожу и я чувствовала себя словно немного под кайфом, он рассмеялся. И это не «ха-ха-смешно» веселье, это скорее походило на мой смех, когда я испытывала досаду и собиралась прибить кого-нибудь.

Не то чтобы я делала это, но хотела. Или, по крайней мере, хотя бы немного придушить.

Он даже покачал головой, словно не веря своим ушам.

– Твой народ с Тихоокеанского Северо-Запада. Это мы позволили вам жить на нашей земле, Спенсер.

Да ладно. Бигфута звали Спенсер[16]? С-п-е-н-с-е-р?

– Ты не хранитель этого леса. Его хранитель – я, – возразил ему Генри уверенным властным голосом, который пробудил во мне что-то. Что-то, отчего мурашек на моих руках стало еще больше. В нем слышалось столько власти. – Мы – хранители, и в прошлый раз, когда мы говорили об этом, то дали тебе четко понять, что не потерпим этих истерик, которые ты устраиваешь раз в пару месяцев.

– Истерик? Да ты знаешь, с кем говоришь, маленький волк? – бигфут Спенсер обнажил зубы, которым позавидовала бы большая белая акула.

Мужчина, которого я знала десятилетия назад, снова сделал это: он рассмеялся. На этот раз даже еще громче. Большой, смелый. И тогда я тоже немного засмеялась, скорее, захихикала. «Маленький волк»? Да он вообще видел Генри в его волчьем обличье? Да в этом теле даже глаза не были маленькими.

Бигфут был огромным, но я однозначно поставила бы на Генри. Спокойные, собранные люди опаснее накала страстей. Они допускают меньше ошибок. Они все продумывают.

Головы всех собравшихся повернулись в мою сторону.

Я сделала полшага за дерево, за которым попыталась спрятаться.

– Я не путаюсь под ногами, – крикнула я Генри, ведь так оно и было. Между нами сохранялось по меньшей мере пятнадцать метров.

Именно в этот миг поднялся легкий ветерок, который понесся между деревьями прямо к группе, которая оказалась с подветренной стороны от меня.

Блин.

Я схватилась за пустое запястье.

Аномально длинная рука с вытянутым длинным пальцем протянулась вперед.

– Что это такое? – спросил бигфут тоном, который я, если честно, не очень-то любила. Я уже слышала подобные слова. И этот тон тоже.

Обычно за ними не следовало ничего хорошего.

– Не твое собачье дело, – огрызнулся Генри, из голоса которого исчезло все веселье, а все его внимание сосредоточилось исключительно на гигантском клубке волос, указывавшем на меня пальцем.

В том же направлении, что и в прошлый раз, подул чуть более сильный ветер, и в следующую секунду меня снова окатил этот насыщенный, богатый аромат, который, казалось, владел каждым уголком этого места. Здесь он был намного сильнее. Мои руки сильно тряслись, и мне пришлось засунуть их в карманы.

Но Спенсер не обращал внимания на Генри, поскольку счастливицей была я. Затем бигфут произнес, продемонстрировав края своих острых зубов:

– Эта пахнет мерзостью.

Эта? Прежде всего, я вообще-то, может, занималась тут своими делами, так? Да, пожалуй, мне не стоило смеяться вместе с Генри, но было же смешно. И я смеялась не над ним, а над тем, что он сказал.

А теперь?

Между деревьями раздалось глухое рычание, и оно исходило не от бигфута.

– Следи за тем, что хочешь сказать, – медленно пригрозил Генри.

Я на долю секунды посмотрела на него, тронутая тем, что он заступился за меня.

Волосатое создание сделало шаг вперед, чем вновь привлекло мое внимание к себе.

– Покажись, демон! – взревело существо.

Из всех слов, которые мог выбрать бигфут, именно этот термин задел меня за живое как