Связанные временем - Сара Сэмюэлс

— И кто входит в это «мы», с кем ты собралась путешествовать? Я? Эмили? Рози? Ты думаешь, я брошу все свои дела и стану нянчиться с Эмили и Рози, пока ты отправишься в Италию? — Его тон стал резким и насмешливым.

Эмили вмешалась в наш разговор.

— Пожалуйста, сэр. Вы собирались объяснить нам, кто такие Связанные временем. Возможно, именно в этом и кроется решение, которое мы ищем.

— Ах да. — Он пересёк кабинет и устроился за письменным столом. — Присядьте, будьте добры.

Он указал на диван.

Меня потянуло именно на то место, где только что сидел он, словно кошку, ищущую оставленное хозяином тепло. Эмили села рядом со мной.

— Связанный временем может путешествовать вместе с Рождённым временем, — будничным тоном сообщил Малик.

— Что? — Я взглянула на загоревшиеся любопытством глаза Эмили. А потом в животе зародилось раздражение. — Как такое возможно?

Он поманил меня пальцами.

— Дай мне свой кинжал.

— Мой кинжал? Зачем?

Малик поджал губы и снова поманил меня рукой.

— Я покажу тебе, как это работает со Связанными временем. — Он повернулся к Эмили. — Дай мне своё ожерелье.

Мы с Эмили недоумённо переглянулись и пожали плечами.

Я задрала юбку и достала кинжал, закреплённый на бедре. Когда я выпрямилась, то обнаружила, что Малик не сводит с меня глаз, а в его взгляде пляшет порочный огонёк. Я прищурилась, посмотрев на него.

Он тихо рассмеялся, словно его всё это забавляло.

Мы с Эмили протянули ему кинжал и ожерелье.

Малик положил кулон на отполированную поверхность стола и повернул кинжал так, чтобы показать нам рукоять. Подцепив её ногтем, он открыл скрытую часть.

— Видите здесь маленькую прорезь?

— Да, — ответила я. — Я даже не знала, что рукоять открывается.

Свободной рукой он взял ожерелье Эмили.

— Оно вставляется сюда. — Он поместил золотой кончик кулона в прорезь. — Видите?

Я внимательно посмотрела на рукоять кинжала, а затем перевела взгляд на Малика.

— Ого. Круто, конечно, но как это поможет Эмили путешествовать во времени?

Малик положил кинжал на стол и откинулся на спинку кресла. Под его весом кресло заскрипело.

— Допустим, ты собираешься переместиться во времени, Оливия, и Эмили хочет отправиться с тобой. Ты рассекаешь ладонь своим кинжалом. Эмили делает порез кулоном, чтобы его кончик покрылся кровью. Затем ты вставляешь окровавленный кончик в рукоять кинжала — и вуаля! Вы обе перемещаетесь во времени, пока ты произносишь древнее заклинание.

Он широко ухмыльнулся.

Я разинула рот.

— Как я могла этого не знать? Я понятия не имела.

Он бросил на меня загадочный взгляд.

— Ты многого не знаешь о своём кинжале. Он обладает огромной силой.

— Не думаешь, что мне было бы полезно знать такие вещи? — Я выпрямилась.

— Всему своё время.

Я фыркнула в ответ на его высокомерное замечание.

— А как появляются Связанные временем? — спросила Эмили, наклонившись над кинжалом и опершись руками о стол Малика.

Малик перевёл взгляд на меня, и на его губах снова появилась эта самодовольная ухмылка.

— Связанный временем рождается, если один из родителей — Рождённый временем, Связанный временем или тьма. Поскольку Алина — твоя мать, Эмили, ты автоматически являешься Связанной временем. А если у тебя, Оливия, родится ребёнок, он будет Связанным временем. Всё очень просто.

На меня обрушилась волна восторга, мгновенно вытеснив злость. Я потянулась к Эмили и обняла её.

— Это потрясающая новость, Эм!

— Да! Мы сможем путешествовать во времени вместе! — Её глаза заблестели, когда она отстранилась от меня. Но затем взгляд помрачнел, и она отвернулась.

Она переживает из-за путешествия во времени с ребёнком?

— Есть одна загвоздка, дамы.

— Какая? — спросила я, снова поворачиваясь к Малику.

— Если ты, Оливия, умрёшь в том времени, куда вы переместитесь, Эмили останется там навсегда.

Я слегка отпрянула.

— Вот так просто?

— Вот так просто. Если, конечно, в эту эпоху не попадёт другой Рождённый временем и не встретит Связанного временем. Но такое случается крайне редко, поскольку Рождённые временем никогда не раскрывают свою истинную сущность. Собственно, отсюда и название — Связанный временем: человек оказывается привязан к определённому времени и месту. — Он забарабанил пальцами по столу. — А как же Рози? Вы вообще продумали свой план? Не стоит полагать, что я буду сидеть с ребёнком, пока вы двое разгуливаете по разным эпохам.

— Ох! — Эмили прикрыла рот рукой. — Ох! Мы забыли про Рози. Я останусь здесь с ней, Оливия. Тебе придётся отправиться за кинжалом одной.

На лице Малика снова появилась загадочная улыбка.

Мне захотелось закатить глаза. Малик и его чёртовы тайны.

— Рози отправится со мной, — сказал он. — Я — тьма и могу переместить во времени одного человека вместе с собой. У меня есть такая сила.

Сердце забилось быстрее, когда я подняла на него ледяной взгляд. Если бы рядом не стояла Эмили, хватило бы мне наконец смелости высказать ему, как меня бесит его скрытность и привычка обращаться с любой крупицей информации как с драгоценным сокровищем? Но в глубине души я знала, что это ничего не изменит. Он был настолько могущественным, что, что бы я ни сказала, мне никогда не изменить ни его самого, ни его поведение.

— А если Рози станет плохо от перемещения во времени? Если она перепугается? Ты хоть будешь знать, что делать? — Я упёрла руки в бока.

Он поднял на меня такой же ледяной взгляд.

— Думаю, я справлюсь. — Он посмотрел в сторону двери. — А теперь, если не возражаете, у меня есть дела. Идите отдохните и соберите всё, что хотите взять с собой. До завтрашнего путешествия нам предстоит ещё многое сделать.

Луна идеальным кругом сияла в небе, и её свет лился сквозь окно жидким серебром. Я застегнула пальто и вслед за Эмили вышла из кабинета Малика, чувствуя, как в груди борются предвкушение и страх. Пришло время отправляться в наше путешествие в прошлое — только теперь вместе со мной будут Эмили, Рози и Малик.

В ожидании утра мы разошлись по своим комнатам. По телу пробежала дрожь — отчасти от волнения, отчасти от ужаса, — когда я представила, что может ждать нас в Италии.

На следующее утро за завтраком я сказала Рози, что сегодня мы отправимся в очередное путешествие.

Она оторвалась от горошин, которые гоняла по тарелке, и на её милом личике появилась недовольная гримаса.

— А какое путешествие?

— О, будет весело. Мы отправимся далеко-далеко, — я постаралась вложить в свои слова как можно больше воодушевления.