Ты ушёл. Но не отпустил - Саша Вельская

— Значит, не выйдет.

— А если у него доказательства?

— Доказательства не стоят вашей безопасности.

— Вы сами сказали найти источник.

— Найти не означает беспрекословно выполнять требования.

— Что предлагаете?

— Поедем вместе. Я останусь в машине на расстоянии. Полицию предупредим, но без явного наряда.

— Он может заметить.

— Пусть.

— Телефон оставить?

— Возьмёте второй, выключенный. На месте включите запись.

— А Артём?

— Не сообщайте.

Я посмотрела в сторону гостиной, где он спал на раскладушке рядом с детьми. После больницы мы всё-таки привезли его к маме. Она заявила, что человек с сотрясением не должен оставаться один, а её квартира временно является нейтральной территорией.

— Он узнает.

— После.

— И рассердится.

— Переживёт.

Мне не нравилось скрывать.

Но я знала: Артём не позволил бы мне выйти из машины.

— Хорошо.

В двадцать два сорок мы с Тамарой Леонидовной подъехали к закрытому торговому центру.

Парковка была почти пустой.

Снег лежал тонкой белой коркой. Старые фонари освещали только часть пространства. За зданием темнели гаражи.

— Если через десять минут никто не появится, уезжаем, — сказала она.

— Он может наблюдать.

— Наверняка.

Я вышла.

Телефон оставила в машине, но под курткой работал маленький диктофон.

Дошла до центрального входа.

Никого.

Ветер гнал по асфальту обрывок пакета.

Прошло две минуты.

Пять.

На дальнем конце парковки вспыхнули фары.

Серый седан подъехал медленно и остановился в двадцати метрах.

Водитель не выходил.

Я пошла к машине.

Стекло опустилось.

За рулём сидел мужчина лет сорока с усталым лицом и тонкими металлическими очками.

Я видела его раньше.

На корпоративной фотографии сотрудников компании Романа.

— Евгений Соколов? — спросила я.

Он вздрогнул.

— Откуда знаете?

— Валерия сказала, что у вас есть доступ к серверу.

Мужчина оглянулся.

— Вы приехали не одна.

— Мой адвокат в машине.

— Я просил одну.

— Меня преследуют. Одной я не приезжаю.

Он хотел поднять стекло.

Я схватилась за край двери.

— Подождите.

— Вы не понимаете.

— Тогда объясните.

Евгений посмотрел на меня.

— Уберите руку.

Я убрала.

Он заглушил двигатель, но не вышел.

— Я отправлял записи, — сказал он.

— Почему?

— Потому что это зашло слишком далеко.

— Что именно?

— Сначала я думал, речь о бракоразводном процессе. Кирилл просил выгружать записи, восстанавливать переписку, давать доступ к камерам. В компании такое бывает.

— Слежка за детьми тоже бывает?

Он опустил глаза.

— Я не знал.

— Но узнали.

— После квартиры напротив.

— Вы дали доступ?

— Настроил защищённый канал для камеры. Мне сказали, что это проверка няни.

— В детской комнате?

— Камера должна была смотреть на вход.

— Она смотрела на кровати.

— Я понял позже.

— И ничего не сделали.

Евгений сжал руль.

— Роман оплатил операцию моему сыну.

— Поэтому вы обязаны помогать ему ломать чужих детей?

— Нет.

— Тогда почему продолжали?

— Потому что у него были мои подписи. Доступы. Платежи через фиктивные договоры. Если всё вскроется, я тоже сяду.

— Вы совершали преступления?

— Я закрывал глаза.

— Это не ответ.

— Иногда закрытые глаза и есть преступление.

В его голосе не было попытки оправдаться.

— Зачем позвали?

Евгений достал из внутреннего кармана небольшой внешний диск.

— Здесь копии записей с сервера. Переписка Кирилла. Приказы Романа. Данные о доступе в вашу квартиру.

Я протянула руку.

Он не отдал.

— Есть условие.

— Деньги?

— Защита.

— Я не полиция.

— Ваш адвокат может организовать передачу через следователя. Я дам показания, если получу государственную защиту и соглашение о сотрудничестве.

— Вы смотрели слишком много фильмов.

— Я видел, что Роман делает с людьми, которые перестают быть полезными.

— Что он сделал?

Евгений посмотрел на тёмные окна торгового центра.

— Кирилл исчез.

— Когда?

— Сегодня утром не вышел на работу. Телефон выключен. Дома его нет.

— Может, уехал.

— Перед исчезновением он скачал те же файлы, которые присылал вам.

Я замерла.

— Вы не один отправитель?

— Первые сообщения отправлял Кирилл.

— Почему?

— Хотел продать материалы Роману обратно.

— Что?

— Он собирал компромат на заказчика, чтобы застраховаться. Потом понял, что денег не получит. Начал отправлять вам, надеясь, что вы предложите сумму.

— Я не предлагала.

— Тогда он стал нервничать. Вчера говорил, что уйдёт в полицию.

— И исчез.

Евгений кивнул.

— Вы думаете, Роман что-то сделал?

— Не знаю.

— Зато боитесь.

— Да.

— Почему вы сами продолжали присылать?

— После исчезновения Кирилла понял, что следующий я.

Он протянул диск.

— Здесь есть запись разговора о детях.

— Какая?

— Роман сказал Павлу, что если суд ограничит встречи, он заберёт их раньше.

Кровь отхлынула от лица.

— Когда?

— Точной даты нет. Но он заказал машину на чужие номера и подготовил дом в соседнем регионе.

— Где?

— Адрес на диске.

Я взяла носитель.

— Почему вы не пошли сразу в полицию?

— Потому что половина местного отдела знакома с его службой безопасности.

— Это паранойя?

— Возможно.

— А возможно, правда.

— Да.

Вдалеке хлопнула дверца машины.

Евгений резко поднял стекло.