Я попала в злую свекровь - Екатерина Вострова

И ещё припасы… Я невольно вспомнила, сколько всего прежняя Ярослава отправляла Мстиславу. Если он действительно так зависел от этих поставок, значит, с собственными запасами у него всё было далеко не прекрасно.

– И я бы не сбрасывала со счетов ещё одну причину, – осторожно добавила я. – С продовольствием в его владениях всё было не так благополучно, как может показаться.

– Я слышал от старост, что последние годы у них были плохие урожаи, – нахмурился Михаил. – Но ты действительно думаешь, что из-за нехватки продовольствия он решится на войну?

– Если его людям начнёт не хватать еды – вполне. Голодные люди долго покорными не остаются. А Мстислав скорее попробует взять нужное силой, чем станет ждать, пока недовольство обернётся против него. Я, разумеется, надеюсь, даже если он пойдет с оружием, то ты победишь. Но малой кровью это уже точно не обойдётся. – тихо закончила я.

– А если заманить его сюда, обойдётся? – резко спросил Михаил.

– Здесь поле выбираем мы. Люди наши, дом наш. И если он приедет за грамотой и сам попытается сделать то, о чём писал, ему придётся показать своё настоящее лицо.

– Ты хочешь его спровоцировать, – мрачно заключил Михаил.

– Если он явится сам, и попытается сделать что-то из того, что обещал, у нас будет причина его арестовать.

Михаил поднялся и прошёлся по кабинету.

– Ты рассуждаешь так, будто речь об обычном заговорщике, – произнёс он наконец. – Мстислава боятся не только из-за людей и влияния. – О нём говорят разное. Что он владеет колдовством. Что лесные духи приходят на его зов.

– И это твой главный довод? Что у него есть лесные духи?

– Я рад, что тебя это так веселит.

– Меня это не веселит. Просто… Михаил, у нас своих лесных духов целая деревня.

Он уставился на меня.

– Все привыкли бояться Мстислава, потому что считают, будто сила на его стороне. Будто стоит ему захотеть, и сам лес встанет за него. – Я подалась вперёд. – Так давай покажем, что это больше не так.

Муж собирался что-то ответить, но в дверь неожиданно постучали. Почти сразу на пороге появился Павел. По его лицу было понятно, что пришёл он не из-за сгоревшей крыши.

– Отец, – сказал он, переведя взгляд с Михаила на меня. – Лекарь передал, что Родион очнулся.

До комнаты, куда перенесли Родиона, мы добрались почти бегом. У двери стоял дружинник, внутри пахло травами. Родион лежал на узкой кровати, бледный, с перевязанной головой. Глаза у него были открыты, но взгляд оставался мутным.

Лекарь поднялся нам навстречу и предостерегающе поднял руку.

– Едва привел его в чувство, князь-батюшка. Сильно не тревожьте, ему сейчас и говорить тяжело.

Михаил коротко кивнул и подошёл к кровати.

– Родион, слышишь меня? – негромко спросил он, наклонившись ближе.

Молодой дружинник не сразу отреагировал. Потом с трудом повернул голову и попытался сфокусировать взгляд на Михаиле.

– Слышу, князь-батюшка.

– Что случилось у двери княгини?

Родион нахмурился, словно сам пытался собрать рассыпавшиеся воспоминания.

– Не знаю... Данила рядом стоял. Потом... пить принесли.

Я настороженно посмотрела на Михаила. Он тоже сразу подобрался.

– Кто принёс? – быстро спросил он.

Родион снова закрыл глаза. Несколько секунд я уже думала, что он опять потерял сознание, но потом он едва слышно произнёс:

– Прасковья.

Прасковья? Вот про кого я совсем не ожидала услышать. Впрочем, она ведь могла действительно просто принести дружинникам воды.

– Ты уверен? – настороженно переспросил Михаил, наклонившись ближе.

– Она, – Родион слабо кивнул. – Кувшин принесла. Сказала... долго стоим, выпить дала. Данила первый пил. Потом я.

– А дальше? – Михаил нахмурился.

– Не знаю... Голова тяжёлая стала. В сон потянуло. Данила у стены сел, я ещё спросил, что с ним... – Родион поморщился, пытаясь вспомнить. – Потом кто-то пришёл. Кажется... слышал голоса.

Мы с Михаилом одновременно переглянулись.

– Какие голоса? Кто пришёл? – быстро спросил он.

– Не видел. Я уже... плохо соображал. Потом боль... – Родион с трудом поднял руку к перевязанной голове. – Дальше не помню.

– Хватит, – решительно вмешался лекарь и шагнул к кровати. – Ещё немного, и он снова сознание потеряет.

Михаил явно хотел спросить что-то ещё, но всё-таки отступил. Я отошла вместе с ним, а лекарь поправил на Родионе одеяло и только потом повернулся к нам.

– От удара по голове сознание потерять можно, но дыхание у него было слишком тяжёлым, пульс слабым, да и в себя он не приходил дольше, чем я ожидал. Так что… опоили их перед тем, как ударить.

– Думаешь, в воде, что дала им Прасковья что-то было? – Я никак не могла связать услышанное с той Прасковьей, с которой столько раз спокойно разговаривала и которая ни разу не дала мне повода заподозрить что-то подобное.

– Похоже на то, княгиня, – серьёзно ответил лекарь. – Есть травы, от которых сон наваливается, тело слабеет, ноги перестают держать. Данила, видно, выпил больше или подействовало на него сильнее. А Родион ещё какое-то время оставался в сознании после удара, видимо смог отползти пытаясь позвать на помощь. Потому его и нашли на лестнице. А Данила так возле двери и остался...

Зачем Прасковье было опаивать мою охрану? Я всё ещё не могла до конца поверить, что она действительно к этому причастна. Но если всё-таки допустить, что в кувшине что-то было и Прасковья знала об этом, оставался главный вопрос: зачем ей это понадобилось?

Первым на ум снова пришёл Мстислав. Но затем я вспомнила сына Прасковьи, в чьей смерти была виновата прежняя Ярослава. Выходит, у старой служанки и без всяких приказов моего отца имелась более чем веская причина меня ненавидеть.