Консильери - Пайпер Стоун

— Что ж, думаю, пока мы здесь, мне нужно найти хозяйственный магазин, чтобы купить замки для твоей спальни. Таким образом, я смогу убедиться, что твое пребывание у меня в полной мере воссоздало для тебя тюремный эффект.

Я ударила его по руке, снимая солнцезащитные очки, и мы продолжили идти. Обед был восхитительным, Мэддокс настоял на том, чтобы сводить меня в ресторан, который назвал своим любимым накануне вечером. Я могла понять, почему, ведь невероятные деликатесы островной и французской кухни — одни из лучших блюд, которые я когда-либо пробовала.

— Очень забавно. Кроме того, я думала, что теперь живу в твоей комнате.

Мэддокс рассмеялся, более жизнерадостно, чем раньше. Он всегда был настороже, в том числе и сегодня, но напряжение, которое мы разделяли, исчезло. Тем не менее, он выполнял свою работу, осматривая улицы, пока мы шли по оживленной дороге перед несколькими необычными магазинами. Здания были яркими, как и в большинстве островных городов.

— Только если ты будешь очень хорошей девочкой.

— Я всегда хорошая. Рурк. — Я повернулась кругом, снова рассмеявшись.

Он засунул руки в карманы, изучая меня так же пристально, как и прошлой ночью.

— Рурк, да? Наглядный пример. Ты неисправима.

— Да, это так, большое тебе спасибо. — Я пожала плечами и продолжила идти быстрее, пока что-то не привлекло мое внимание в витрине одного из магазинов. Когда он подошел, я прижала руку к стеклу. — Ты, должно быть, постоянный посетитель «Cajo's». Когда ты вошел, я была уверена, что официантка предложит тебе нечто большее, чем просто столик на двоих.

— О чем ты?

— Да ладно. Ты же не слепой. Она раздевала тебя глазами.

— Значит ли это, что ты ревнуешь?

— А я должна ревновать? Уверена, что женщины повсюду соперничают за твое внимание.

Внезапный холод, который он излучал, стал напоминанием о том, что та, с кем у него были отношения ранее, все еще удерживала его от попыток завести новые.

— У меня никого не было, Зои. Уже очень давно. Именно этого я и хотел, так что не копайся в себе.

— Ага. Думаю, тебе нужно расслабиться. И у меня есть как раз то, что может помочь. Оставайся здесь. — Я попятилась от него, прежде чем он успел протянуть руку и схватить меня, что, я знала, он и попытается сделать.

— Как ты думаешь, что ты делаешь? — как всегда, ему почти удалось схватить меня за руку, но я ускользнула от него, подмигнув при этом.

— Хочу сделать тебе небольшой подарок.

— Ты не можешь воспользоваться кредитной карточкой своего отца. Не хочу, чтобы нас могли найти.

Я резко развернулась, уперев руки в бока.

— О, ты совсем в меня не веришь. Хочу, чтобы ты знал, что у меня есть собственные деньги. — Хотя я не собиралась признаваться ему, откуда они у меня. Я могла только представить, что сделали бы и он, и мой отец, если бы кто-нибудь из них узнал о моей прежней работе. Мне никогда больше не разрешат покинуть Новый Орлеан.

— Ты знаешь, что произойдет, если ты хотя бы попытаешься сбежать от меня.

— Ты имеешь в виду, вырваться из твоей хватки? Ни за что, приятель. — Я послала ему воздушный поцелуй и вошла в маленький магазинчик.

— Чем могу быть полезна? — у женщины был приятный французский акцент.

— Я хотела бы купить часы, которые вы выставили на витрине.

— Конечно.

Когда она направилась к витрине, я заметила, что Мэддокс достал свой телефон, выражение его лица было напряженным.

По миллиону причин я знала, что этот прекрасный мыльный пузырь скоро лопнет. Ослепительный остров, возможно, и был раем, но у меня было ужасное предчувствие, что это место может стать зоной военных действий.

* * *

Мэддокс

— Извините, мистер Кормье, но мистер Тибодо не может принимать телефонные звонки, — заявила медсестра, ее отношение было чертовски резким. Если бы я стоял перед ней, я бы хотел стереть самодовольство с ее лица. Конечно, она просто выполняла свою работу, но она понятия не имела, что поставлено на карту.

Мне нужно знать, пытался ли Арман продать собственную дочь и добился ли он успеха. Меньше всего мне хотелось говорить об этом Томасу или Франсуа. И уж тем более я не хотел ничего говорить о своих подозрениях Жан-Батисту.

— Это важно.

— Меня не волнует, что кто-то умирает, мистер Кормье. У вашего друга случился регресс, и врачи этим очень обеспокоены.

Я посмотрел в сторону магазина, где находилась Зои, ощетинившись, услышав новость.

— Что, черт возьми, это значит?

— Это означает, что произошла вторичная инфекция. Сегодня утром он впал в кому.

— Блядь. — Я закрыл глаза, все мое тело пронзила боль. — Его семья знает?

— Его мать и отец здесь. — Ее голос смягчился. — Мы делаем все, что в наших силах, мистер Кормье.

— Пожалуйста. Просто позаботьтесь о нем. — Я отвернулся от витрины магазина. Меньше всего мне хотелось, чтобы Зои знала, как я расстроен. Она не могла потерять своего отца. Не сейчас.

— Конечно, сэр.

Я закончил разговор, прижимая телефон к груди. О чем, черт возьми, я думал? Я собирался накричать на него, отчитывая своего друга? Черт возьми. Я выслежу того ублюдка, который в этом замешан.

— Что не так?

Услышав ее голос прямо у себя за спиной, я почувствовал, как сжалось мое сердце. Я сунул телефон в карман, прежде чем обернуться. В ее руке был маленький золотой мешочек, но мое внимание привлекло выражение ужаса на ее лице.

— Все в порядке, маленькая овечка. Просто проверяю, есть ли какой-нибудь прогресс. Что у тебя там?

— Ты ужасный лжец, Мэддокс. По крайней мере, для меня. — Она изучала меня несколько секунд, прежде чем вручить мешочек. — Я хотела, чтобы у тебя было что-то особенное на память обо мне.

— Ты говоришь так, будто куда-то собираешься. На случай, если ты еще не поняла, милая, я никогда не спущу с тебя глаз.

Я восхищался тем, как вспыхнули ее щеки, как скривились губы от разочарования и желания. Я принял подарок. То, что я знал, откуда у нее деньги, было похоже на какую-то грязную тайну. В какой-то момент мне придется рассказать ей, что я был в Нью-Йорке. К сожалению, у меня было предчувствие, что она будет возмущена не меньше, чем я, при мысли о том, что она окажется с кем-то помолвлена.

По крайней мере, ее озорная улыбка вернулась.

— Я бы и мечтать не стала о побеге. Хотя было бы интересно увидеть тебя на охоте. — Зои рассмеялась, снова лукаво глядя на меня,