Беспощадный король - Айви Торн

Джексон следует за нами по пятам, как своего рода молчаливая охрана, и я не могу не задаться вопросом, что было бы, если бы он пригласил меня вместо того, чтобы просто вмешиваться. Если бы он действительно был частью этого вместо того, чтобы самоустраниться.

— Похоже, это весело. Кейд останавливается перед прилавком с водяными шариками и дартсом, и у меня снова сжимается грудь, но я встаю между ним и Дином, Джексоном, по другую сторону от Кейда.

Кейд бросает первый дротик, попадая точно в цель, и, к моему удивлению, Джексон подбадривает его, крича:

— Да, чёрт возьми! — Когда Кейд попадает и во второй шар. Кейда подбадривает Дин, а потом все трое начинают подбадривать меня, пока я готовлюсь метать свои собственные дротики, Кейд упирает руки мне в бока, когда я готовлюсь метнуть первый дротик. Я снова испытываю всепоглощающее желание забыть обо всем, кроме этого момента, ощущения рук Кейда на мне совершенно несексуальным образом, от которого я до сих пор ощущаю тепло и покалывание во всём теле, так непринуждённо, как будто мы делаем это постоянно, каждую субботу вечером.

Я давно не чувствовала себя такой нормальной. Даже несмотря на сохраняющееся напряжение между тремя парнями, когда я бросаю дротики, попадая в один шар и промахиваясь по трём следующим, я чувствую себя хорошо. Обычно. И мне нравится, когда они все тут присутствуют. Мне нравится чувствовать руки Кейда на себе, и то, что Дин рядом со мной, и даже видеть лицо Джексона, когда он начинает расслабляться и по-настоящему веселиться.

Кейд метнул больше всех дротиков, так что главный приз достанется ему.

— Выбери что-нибудь, — говорит он мне, обнимая меня сзади за талию и целуя в шею, и я чувствую, как по спине пробегает тёплая дрожь, когда показываю на плюшевую голубую панду.

— Вот её, — говорю я худощавому, седеющему мужчине, управляющему киоском, и он взбирается на стремянку, чтобы достать её для меня, и протягивает мне панду.

— Разве здесь не продают пиво? — Спрашивает Джексон, когда мы уходим, я всё ещё зажата между Кейдом и Дином, пока мы идём вдоль ряда игровых автоматов.

— Это место для семейного отдыха, — сухо говорит Дин. — Так что нет, я так не думаю.

— Чертовски жаль. — Джексон бросает взгляд на один из фургончиков с едой, когда мы проходим мимо. — Хотя я бы предпочёл сладкую вату.

Мы снова стоим в очереди, каждый из нас получает вату разного цвета, и, к моему удивлению, Джексон отрывает кусочек от своего пушистого голубого рожка и подносит его к моим губам. Когда я ем с его пальцев, я вижу жар в его глазах и чувствую, как ответное тепло разливается у меня в животе, а по телу разливается приятная боль.

Я всё ещё хочу его, независимо от того, что происходит между мной и двумя другими мальчиками, независимо от того, насколько всё сложно между нами.

Меня удивляет, насколько решительно Кейд и Дин настроены на то, чтобы ничто не испортило вечер. Мы переходим от игр к еде, выигрываем небольшие призы и объедаемся жареным мясом и сахаром, пока я не чувствую только сладость на языке. На сердце у меня становится легче, чем когда-либо за последние годы, тёплая осенняя ночь сгущается вокруг нас, и я чуть не плачу от счастья.

Я знаю, что они тоже это видят. Когда у нас не остаётся других дел, мы долго сидим, наблюдая за колесом обозрения и другими аттракционами, никто из нас не испытывает особого желания на них садиться, но нам нравится наблюдать за людьми, которые всё равно это делают. Когда Джексон уходит в туалет, Кейд поворачивается ко мне и приподнимает мой подбородок, чтобы поцеловать. На вкус он как корица из того торта, который мы ели вместе, и я чувствую, как руки Дина обхватывают мою талию, и тепло его дыхания, когда он прижимается носом к моей шее. Это пронзает меня волной вожделения, и внезапно я чувствую, что готова вернуться домой, чтобы они оба оказались в моей постели, или в чьей-нибудь постели.

— Я знаю, что это первое свидание, — шепчу я, затаив дыхание, прямо в губы Кейду, положив одну руку ему на грудь, а другой обхватывая Дина за пояс. — Но я думаю, что хочу пойти домой с вами обоими.

Я чувствую улыбку Кейда на своих губах и знаю, что именно к этому мы и направимся дальше.

17

АФИНА

Веселье начинается ещё до того, как мы возвращаемся домой.

Тёмной ночью Дин едет по просёлочным дорогам быстрее, чем следовало бы, его рука прижимает мою к его джинсам спереди, и я начинаю играть с ним, потирая его толстый член через ткань, пока он громко не застонет.

— Это нечестно, — говорит Кейд, наклоняясь вперёд, чтобы убрать волосы с моей шеи, его пальцы на моём затылке вызывают дрожь по спине. — Я ведь здесь сзади.

Я чувствую, как моё возбуждение растёт по мере того, как мы едем, и Дин с напряжением делает каждый поворот, возвращаясь к поместью. Джексон, конечно, на своём байке, и я не могу не задаться вопросом, куда он делся, направляется ли он тоже домой, и может ли он быть частью этого?

Я хочу, чтобы он был. Но в последнее время всё указывает на то, что этого не произойдёт.

Кейд крепко держит меня за задницу, когда мы заходим внутрь. В тот момент, когда мы достигаем основания лестницы, он внезапно подхватывает меня, перекидывает через плечо с такой лёгкостью, как будто я вообще ничего не вешу, и начинает подниматься, Дин следует за ним.

Я вижу лукавый блеск в глазах Дина, когда Кейд идёт, и я небрежно отворачиваюсь просто потому, что знаю, что Кейду это понравится, но правда в том, что сейчас меня вполне устраивает, когда Кейд несёт меня по лестнице на плече. Ни одна частичка меня не хочет быть где-то ещё, и есть несколько частей меня, которые очень рады быть прямо здесь, прямо сейчас.

Кейд несёт меня в свою комнату, и, к моему удивлению, Дин не спорит. Вместо этого он просто заходит за нами, закрывает за собой дверь и лениво прислоняется к ней, пока Кейд ставит меня рядом с кроватью.

У меня нет возможности что-либо сказать. Кейд хватает меня за подбородок и, к моему удивлению, прижимается губами к моим