Будь со мной - Габриэль Сэндс

Я выдохнул.

Она поймала меня на слове.

Как, черт возьми, я мог просить ее довериться мне, когда я не был честен ни в одном чертовом вопросе?

Доверие — это взаимная вещь, не так ли? И если я хотел, чтобы она мне что-то дала, я должен был сначала дать ей что-то сам.

Маленькую крошку правды. Достаточно, чтобы она дала мне шанс.

Неважно, насколько маленькую, это все равно предательство семьи.

Я стиснул зубы. Моралес хотел покончить с нами, а я тут раздумывал, рассказать ли его дочери о наших подозрениях, только чтобы она увидела меня… ради чего? Ради еще нескольких дней? Недель, если повезет?

Это того стоило. Чертовски того стоило.

Отчаяние от моего положения текло по моим венам, как медленно действующий яд. Женщины, как она, были причиной, по которой мужчины, как я, попадали в беду. Что она сделает, если поймет, какую власть имеет надо мной?

Я сжал кулаки, пытаясь подавить рев в голове.

К черту. В конце концов, какой реальный вред я могу причинить, рассказав ей правду? Я был уверен, что она ничего не знает о Моралесе.

— Моя мать подозревает, что у твоего отца есть тайный покровитель, кто-то, кто мстит нам и подталкивает его к агрессивным действиям.

Ее глаза расширились.

— Что? Это бред.

— Неужели? — Я изучал ее лицо. — Никто, блядь, не поверит, что он делает это только из-за своего брата.

Она выдохнула с досадой.

— Мы уже говорили об этом. Он просто хочет справедливости.

Я улыбнулся.

— Он большую часть жизни провел, управляя компанией, а теперь, в пятьдесят пять лет, вдруг решил баллотироваться в мэры и сделать это делом своей жизни? — Я сделал шаг ближе. — Смерть твоего дяди действительно мучила его всю жизнь?

Она нахмурилась.

— Я не знаю, Ром. Откуда мне знать? Он же не делится со мной своими сокровенными мыслями.

— Если у него действительно был тайный спонсор, ты бы об этом не знала. Твой отец не сказал бы тебе правду. Он знает, что ты не поддержала бы его в таком деле.

Она энергично покачала головой.

— Он бы никогда. Он хороший человек.

Я насмешливо фыркнул.

— Хороший человек, который позволяет своей дочери довести себя до такого? Который позволяет твоему бизнесу провалиться из-за своих эгоистичных требований? Который заставляет тебя заботиться о своей мачехе?

Ее лицо помрачнело.

— Не нападай на моего отца, Ромоло. Это не поможет тебе.

Я поднял руки.

— Ладно. К черту. Но это правда. Поэтому я и пришел к тебе. А когда понял, что ты ничего не знаешь, я отступил.

Между нами воцарилась тишина.

Она посмотрела на прилавок.

— Это единственная причина, по которой ты отступил?

Я насторожился. Сколько еще я могу ей рассказать, прежде чем серьезно облажаться? Если она догадается, насколько это для меня важно, она порвет со мной. Она попытается спасти меня от боли, которая ждет нас в конце.

Но я не хочу, чтобы меня спасали. Кто сказал, что я этого заслуживаю?

— Ты хранила мой секрет, — грубо сказал я. — Это много значило для меня.

Она подняла на меня глаза, и ее выражение смягчилось.

Ее задумчивый взгляд заставил меня почувствовать, будто меня затягивает в зыбучий песок. Чем дольше я оставался здесь, тем глубже погружался. И что самое страшное? Я даже не пытался выбраться.

— Ладно, Ром, — наконец сказала она. Боже, как я любил слышать, как она произносит мое имя. — Мы еще увидимся. Но мы должны быть осторожны.

Я кивнул, чувствуя облегчение, смешанное с горечью от того, насколько неравны были наши позиции.

— Дай мне свой телефон.

Она разблокировала его и положила мне на ладонь.

— Что ты делаешь?

— Синхронизирую наши календари, чтобы видеть, когда ты свободна.

Я подошел к своему пальто и вытащил второй телефон.

— Возьми. Это одноразовый. Будем общаться через него.

Мия посмотрела на него, потом на меня.

— Ты пришел с одноразовым телефоном? Я думала, ты сказал, что это только на одну ночь.

Я пожал плечами.

— Я всегда ношу с собой. На всякий случай.

Она колебалась, но потом взяла телефон. Похоже, она поверила.

Хорошо. Ложь была гораздо более правдоподобной, чем признание, что я пришел сюда с планом чтобы она продолжала со мной встречаться.

Я не мог сказать ей правду. Что я испытываю к ней чувства. Что я не знаю, что делать с этими чувствами. Что в конце концов я знаю, что у нас нет будущего.

Я не верю в сказки.

Тем более в те, которые могут случиться со мной.

Но, может быть, только может быть, я смогу иметь ее на короткое время.

Только на короткое время.

ГЛАВА 33

МИЯ

То, на что я согласилась с Ромоло, было опрометчивым поступком. Просто и ясно. В ту же секунду, как я сказала «да», на мои плечи лег груз, который не снимался в течение двух дней после того, как он вышел из моей квартиры.

Я не была рисковой. Много лет назад, когда я открывала инвестиционный счет в Интернете, я прошла опрос, который определил мою склонность к риску как низкую. Мне всегда казалось, что это точное описание меня. Низкий риск. Низкая драматичность. Низкая вероятность сделать что-то, что может разрушить мою жизнь.

И тем не менее, я рисковала всем.

Я не могла позволить себе думать о том, что будет, если нас поймают, потому что каждый раз, когда я это делала, паника сжимала мне горло.

Мой отец будет в ярости. У предвыборного штаба начнется кошмар с пиаром. Мои друзья будут сомневаться в моем здравомыслии. И они будут правы, потому что, несмотря на то, что я рисковала всем, я все равно не могла заставить себя пожалеть об этом.

Я наслаждалась нашей ночью вместе. И я хотела большего.

Больше страстных поцелуев. Больше умопомрачительного секса. Больше его.

Больше. Больше. Больше.

Это был непрекращающийся мотив в моей голове, и я хорошо понимала, что это уже не просто любопытство. Я даже не гонялась за темным кайфом после всей жизни, в которой отказывала себе во всем подобном.

Дело было в том, как он заставлял меня чувствовать. Немного смелее. Немного дерзче. Немного эгоистичнее.

Я никогда не думала, что мне понравится быть эгоисткой. Это противоречило всему, во что я верила. Но, может, мне нравилось быть эгоисткой только с ним.

У нас было мало времени, чтобы насладиться друг другом, прежде чем реальность настигнет нас.

После того как мой отец выиграет — а на тот момент