Запрещаю влюбляться - Кристина Лин

— Вот как? — Хмыкает он зло себе под нос. — Раньше ты не была такой несговорчивой.

— Раньше все было по-другому.

Его взгляд темнеет, угрожающе сверкнув. Он сжимает челюсти до противного скрипа зубов. Я вижу, как он зол и раздражен. Но сейчас меня это не пугает. И я вызывающе поднимаю подбородок.

— Не приходи сюда больше, — это не просьба. Приказ. И мужчина явно не в восторге от такого поворота.

Воспользовавшись возникшей паузой, я разворачиваюсь, собираясь быстро уйти.

— Думаешь, что знаешь его? — Прилетает мне в спину язвительное.

Замираю на месте. А потом медленно поворачиваюсь к нему лицом.

— Он не такой, как ты думаешь. — Говорит Дима. А у меня в груди все сжимается от страха. Отчего-то я сразу поверила ему. Он что-то знает. То, что мне неизвестно. А ведь он прав, своего мужа я совсем не знаю.

— Что ты имеешь в виду? — Спрашиваю внезапно охрипшим голосом, боясь услышать что-то страшное.

Дима делает шаг в мою сторону, становясь совсем близко и немного нависая надо мной.

— А ты поинтересуйся, куда делся его конкурент? Каким чудесным образом ему досталась земля в центре города для его нового проекта? — Дима шипит мне это все в лицо. А у меня замерзли пальцы от сковавшего сейчас холода.

— И куда же он делся? — Спросила срывающимся голосом.

— Он мертв. Ударом ножа в сердце.

Вскрикиваю и тут же прикрываю рот рукой. А Дима считывает каждую мою мысль, наблюдая за сменой эмоций на моем лице. Мороз пробегает по коже от мысли, что я живу под одной крышей с убийцей.

— Это неправда. Он не мог. — Шепчу чуть слышно в ужасе глядя на Диму.

Черные глаза впиваются в мое лицо.

— Ты уверена? — Спрашивает холодный, будто чужой, голос. — Ты хорошо его знаешь, Даша?

Дима разворачивается и уходит. А я продолжаю стоять, глядя ему вслед, и только одна мысль в голове:

«Ты хорошо его знаешь, Даша?»

Я думаю об этом весь остаток дня, стараясь отвлечься, выполняя свои обязанности секретаря. И в ужасе жду вечера, когда мне нужно будет сесть в машину мужа. Он всегда подвозит меня домой. А, если на вечер у него запланирована встреча, то он берет меня с собой. Так всегда было. Вернее, все то время, что мы женаты. А это всего три недели.

Нет, я не знаю его. Совсем.

Смотрю на часы, в страхе ожидая окончания рабочего дня. И, когда звонит телефон, я подскакиваю на месте от испуга.

— Алло, — говорю в трубку.

— Дарья Андреевна, — отзывается в трубке Леша, наш водитель. — Машина ждет у входа в здание.

Облегченно выдыхаю. Значит, сам меня не повезет сегодня. Прислал водителя.

— Хорошо, уже иду.

Я кидаю мобильный в сумку и выключаю ноутбук.

Машина стоит у входа, и я забираюсь в теплый уютный салон.

— А почему Владимир Викторович не приехал? — Спрашиваю Леши.

— Владимир Викторович занят. Сказал, чтоб вы не ждали его. Он вернется утром. — Бодро отвечает мне водитель.

— Ясно. Спасибо. — Дань вежливости. И у меня даже получилось сделать так, чтобы голос мой не дрожал. Но в голове мысли кружатся лихорадочным ураганом, не давая покоя всю дорогу до дома.

Глава 10

Владимир Веденский, конечно, понимал, почему Даша решила выйти за него замуж. Это была совсем не та причина, которой бы ему хотелось. Но он надеялся, что сумеет заставить ее забыть Ахмедова.

Наверное, неправильно начинать супружескую жизнь, опираясь на такие вот обстоятельства. Но мужчина влюбился, потерял голову. Он просто хотел видеть ее рядом с собой. Был уверен, что его опыта достаточно, чтобы влюбить в себя девушку. И совсем скоро стало понятно, что Даша оказалась крепким орешком. Она цеплялась за свои чувства к Ахмедову, не оставляя Владимиру шансов.

Первый «звоночек» прозвенел в их брачную ночь. Как бы не хотелось мужчине сделать Дашу своей, он не смог взять ее по одному только законному праву мужа. Одно дело — супружеский долг, и совсем другое — калечить чувства любимой женщины. Но это не значит, что он отступил.

Вова надеялся, что Даша оценит его благородство по достоинству.

Она и оценила. Но не так, как он надеялся. Не размякла розовым облаком у его ног. А с облегчением выдохнула, запираясь теперь в спальне каждую ночь, получив заверения мужа о том, что без ее согласия он на нее не претендует. И он сходил с ума, прислушиваясь к каждому шороху, и ожидая ее шагов. А утром смотрел на себя в зеркало и обзывал дураком.

В тот момент, когда Даша сказала про развод, Вова опешил, но сумел сохранить лицо. Его выдержка, выработанная годами, не дала сбоя и в этот раз. Даша все говорила и говорила о том, почему им не стоит быть вместе. И, наверное, еще никогда ему не было так тошно от ее слов.

Чертов Дима! Не унимается, блть, никак. Хочет испортить девчонке жизнь. Ведь жениться на ней все равно не сможет. Как не сможет дать ей ту жизнь, которую она хочет. Но Диме плевать на ее желания. Он, как всегда, думает только о себе.

Дима не отступит, а Вова не привык отдавать свое. А Дашу он уже считал своей.

Даша привыкнет. У нее это пройдет. Нужно просто подождать. Сколько времени ей нужно? И плевать, что подумают люди. Кому какая разница? Она забудет Ахмедова и придет. Сама. Рано или поздно. Она привыкнет.

И она привыкала. А он ждал.

По поводу внезапной кончины Иваникина Владимир не горевал. Зная этого человека довольно неплохо, понимал, что тот был той еще скотиной, не брезговал ничем для достижения своих целей. Тем более, неожиданная смерть конкурента была на руку Веденскому. И он, не упуская шанса, воспользовался моментом и перехватил земельный участок в центре города. Работа над его проектом продолжилась, что, несомненно, очень устраивало успешного бизнесмена.

Казалось, что жизнь вошла в светлую полосу. Даша рядом, Ахмедова не видно. А строительство на приобретенном участке вот-вот начнется. Но неожиданный визит следователя Потапова выбил из колеи. Правоохранительные органы интересовались взаимоотношениями с Иваникиным. Владимир не скрывал своей неприязни, одновременно понимая, что одним допросом дело не кончится. Следователь вцепился в это дело, как клещ, и, рано или поздно, может раскопать то, чего ему знать не следует.

Уже год у Владимира Веденского было подпольное казино, о котором знали только те, кому было нужно знать. Самые влиятельные и богатые люди посещали это место, и их вполне устраивало, что об этих визитах никто не