Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Да, они оказались очень порядочными и интеллигентными людьми. Совсем не похожи на тех, кто бросается в драку, когда кто-то смеет обижать их драгоценное дитятко. Даже если оно без жалости проломило кому-то череп и сделало калекой.

— Нет-нет, этим двоим тогда было очень стыдно за Хелен. Вспомни, сколько раз они перед нами извинялись и говорили, что им очень жаль. И как Богом клялись возместить ущерб всем пострадавшим.

— Даже как-то странно, что у таких чудесных людей была такая неуправляемая внучка.

— Она раньше не особо рассказывала о своей жизни с ними, хотя и говорила, что очень их любила, — признается Наталия. — Но на днях и миссис Маршалл разоткровенничалась, и сама Хелен подтвердила ее слова. Рассказала, что ее дедушка был очень строгим человеком и держал под контролем все аспекты ее жизни: куда ходила, с кем говорила, во сколько приходила домой, где работала, сколько получала. Ее везде водили за руку, ей не разрешали встречаться с мальчиками, она должна была хорошо учиться и отдавать им всю свою зарплату. А бабушка придерживалась принципа, что мужчина всегда прав, и была на его стороне.

— Да, она и нам об этом говорила, — вспоминает Адриана. — Сказала, что сильно жалеет и по сей день. Жалеет, что всегда молчала и не встревала, хотя и была в ужасе от того, к каким методам прибегал ее муж ради воспитания внучки. Мол, с дочерью он так себя не вел.

— Да уж, боялись, что девчонка принесет им в подоле лет так в пятнадцать-шестнадцать, а в итоге она доставила им иного рода проблемы, — устало вздыхает Энтони.

— Хелен это очень злило, — отвечает Наталия. — Она мечтала, чтобы ей дали гораздо больше свободы. Чтобы ей не приходилось отчитываться о каждом шаге и отдавать все свои честно заработанные деньги, которые мистер Маршалл прятал в какую-то там заначку. А уж какой скандал был, когда он узнал, что Хелен скрывала часть своих заработков и даже договорилась об аренде квартиры.

— С одной стороны, они неправы, — отмечает Адриана. — Девочка ведь уже выросла и могла сама за себя отвечать. А с другой, они делали это из страха, что она опять кому-то навредит и навлечет на себя беду. Мы ведь с вами прекрасно знаем, чем закончилась ее попытка жестко подставить сначала Наталию, а потом и Ракель.

— Если бы ситуация не разрешилась, я бы перевернул ту школу с ног на голову и закрыл ее к чертям собачьим, — решительно заявляет Энтони. — Все бы дорого заплатили за то, что пытались клеветать на Наталию. На мою дочь, которая и мухи не обидит.

— Ох, господи, как хорошо, что наша дочь уже давно с ней попрощалась! — приподнимает руки Летиция. — Когда она получила аттестат, у меня прямо отлегло на душе. И стало совсем уж легко, когда мы все-таки уехали из Кингстона, где нас точно не ждало бы ничего хорошего.

— Это было одно из наших лучших решений, — скромно улыбается Наталия. — Ведь здесь наша жизнь кардинально изменилась. У вас появились перспективы карьерного роста, а я познакомилась с большим количеством прекрасных людей. Ну и конечно же, нашла свою самую большую любовь.

— О, на такую чудесную красавицу, как ты, всегда было много женихов, — скромно хихикает Адриана. — Ты у нас с самого детства была самой красивой среди своих сверстников. Вот Эшли и завидовала тебе. Понимала, что значительно тебе проигрывает. И с каждым годом все больше в этом убеждалась, поскольку тебя окружала толпа мальчиков, а от нее были в восторге лишь единицы.

— Моя дочь просто не могла не быть красавицей! — с гордо поднятой головой заявляет Энтони. — И к тому же, она у нас еще и умница. Все умеет делать!

— И не говори, Энтони! Наталия у нас просто идеальная хозяюшка. Ее муж уж точно не останется голодным и холодным, а в доме всегда будет пахнуть вкусной домашней едой, приготовленной своими руками. А не заказанной в какой-нибудь доставке, где намешают бог знает чего.

— Уж что, но с воспитанием ребенка мы справились просто замечательно, — уверенно отвечает Летиция. — Можем без сомнений назвать себя гордыми родителями.

— И такое сокровище мы можем отдать только лишь лучшему из лучших, — добавляет Энтони.

— И он, к счастью, нашелся, — загадочно улыбается Наталия.

— Да, мальчика ты себе, конечно, шикарного отхватила, — уверенно отвечает Адриана. — И красивый, и обеспеченный, и смелый… Грех такого упустить!

— Еще чего! Он мой! И только мой! Пусть другие девки даже не раскатывают губу! Я свое добро никому не отдам.

— Поверь, дочка, это добро и само от тебя никуда не денется, — хихикает Энтони.

— Дай бог, папа, дай бог.

— Ох, скорее бы уже день свадьбы! — воодушевленно произносит Адриана. — Так хочется увидеть свою внученьку в шикарном свадебном платье. Увидеть, как она становится женой. Становится миссис МакКлайф.

— Кстати, а почему нам до сих пор никто не позвонил насчет платья? — слегка хмурится Летиция. — Свадьба на носу, а оно еще не готово!

— Просто я уже несколько раз вносила в него изменения и попросила что-нибудь добавить или убрать, — признается Наталия. — Вот его так долго и шьют.

— Наверное, портнихи постоянно хватаются за голову из-за того, что напридумывает очередная невеста, — шутливо говорит Энтони.

— Да ладно тебе, дорогой, они уже привыкшие! — машет рукой Летиция. — Прекрасно понимают, что невесты очень переменчивые и требовательные в такой волнительный момент.

— Согласна, — скромно улыбается Адриана. — Тем более, когда девочка выходит замуж в первый раз.

— Не волнуйтесь, семья, я обещаю, что внесла в свое платье последнюю порцию изменений, — приподнимает руки Наталия. — Больше их не будет.

— Конечно, не будет! — восклицает Энтони. — У тебя ведь свадьба не за горами! Осталось совсем немного.

— Зато я пойду к алтарю в платье своей мечты.

— Наверное, Ракель тоже сильно заморачивается со своим платьем и просила переделывать его раз сто, — предполагает Адриана.

— Разумеется, бабуля! Она ведь тоже хочет быть красивой. Мы обе не