Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ты все еще боишься, дочка? — обеспокоено спрашивает Максимилиан.

— Да, потрясывает… — неуверенно признается Анна. — И начинается паника… Поэтому я предпочитаю надолго там не задерживаться.

— Не переживай, Анна, я и сама испытываю напряжение, когда хожу мимо могил, — машет рукой Кэссиди. — И когда рассматриваю фотографии людей, зная, что их уже нет в живых.

— Рада, что ты меня понимаешь.

— Помню, мы как-то хоронили одного нашего родственника и взяли Анну с собой, — вспоминает Лилиан. — Мы с Максимилианом не хотели, но наши родители быстро заткнули нам рот и сказали делать что велено. Так вот во время погребения нашей дочке резко стало плохо, и она потеряла сознание.

— Да, мы тогда долго пытались привести ее в чувства, — признается Максимилиан. — Нас с Лилиан от испуга чуть удар не хватил. И наши родители не на шутку переволновались. Слава богу, тогда все обошлось. Но с тех пор мы больше не брали Анну на похороны, если кто-то из близких погибал.

— Анна рассказывала про тот случай, — подтверждает Даниэль, прекрасно помня о просьбе возлюбленной не рассказывать, что предшествовало данному событию. — Вспомнила об этом, когда мы говорили о нужде идти на похороны Хелен. Которую мы считали мертвой.

— У меня колени тряслись, когда я думала о том, что мне придется это сделать, — неуверенно признается Анна. — Ком в горле образовывался.

— Но к счастью, на ее похороны идти не придется! — радостно подмечает Кэссиди.

— Да, я очень рад, что эта девочка нашлась живой и здоровой, — скромно улыбается Джордж. — Теперь и парни перестанут себя винить в ее гибели, и девчонки обрадуются, и бабушке будет хорошо.

38.7

— Вы правы, мистер Смит, — отвечает Анна. — Мы безумно счастливы, что все так хорошо закончилось.

— Жаль, что она не смогла присоединиться к нам, — с грустью во взгляде добавляет Даниэль. — Решила провести этот вечер со своей бабушкой. Да и песик ужасно по ней соскучился.

— Ох, пусть девочка лучше побудет со своей бабушкой, — уверенно говорит Лилиан. — А то бедная женщина и так себе места не находила и едва ли жить не хотела, когда думала, что Хелен мертва.

— Я до сих пор в шоке от всей истории, — признается Кэссиди. — Такая хорошая девчонка, а так настрадалась.

— И удивительно, что ей помог тот, от кого она вряд ли ожидала какой-то помощи, — добавляет Джордж.

— Да уж, впервые слышу, чтобы преступник вдруг спасал свою жертву в последний момент.

— Да, мужик, конечно, молодец, похвала ему и аплодисменты, — задумчиво отвечает Даниэль. — Только Элайдже это вряд ли поможет избежать наказания.

— В лучшем случае он может надеяться лишь на смягчение приговора ввиду некоторых обстоятельств, — говорит Максимилиан. — Например, добровольная сдача полиции, спасение Хелен, раскрытие еще некоторых преступлений, совершенных Маркусом… Полное сотрудничество с полицией.

— Самое главное – чтобы самого Маркуса не выпустили, — отмечает Анна. — А иначе он продолжит свои злодеяния и не успокоится, пока не добьется своих целей.

— О, да с таким букетом преступлений ему однозначно светит пожизненное, — уверенно говорит Джордж. — А то ему и вовсе назначат смертную казнь.

— Было бы справедливо, — хмуро бросает Кэссиди. — Скольким людям он причинил вреда! А сколько чудом смогло остаться в живых!

— Не беспокойтесь, господа, мистер Джонсон обязательно об этом позаботится, — уверяет Даниэль. — Маркус Лонгботтом больше не сможет избегать наказания за свои делишки.

— Ну дай-то бог, Даниэль! — восклицает Максимилиан.

— Кстати, а что там с Питером? — интересуется Джордж. — Он уже знает, что с Хелен все хорошо?

— Сегодня мы с ребятами сказали ему, когда встретили, — с грустью во взгляде отвечает Даниэль. — Но он нам не поверил. Не поверил, да еще и вылил на нас очередную порцию помоев ни за что.

— Господи боже…

— Питер не поверил нам и продолжает настаивать, что это мы с Эдвардом и Терренсом убили его девушку. И в действительности ведет себя как человек с психическими отклонениями, которые после якобы смерти Хелен начали проявляться особенно ярко.

— И что это означает? — неуверенно спрашивает Лилиан. — Питер что… Теперь больше не будет с вами общаться?

— Скорее всего.

— Как жаль! — тяжело вздыхает Кэссиди. — Питер ведь казался мне таким классным парнем.

— Да, классный парень, который сейчас ведет себя совершенно неадекватно. Который видит какие-то галлюцинации и предстает перед нами в качестве двух людей. Нормального парня, с которым можно о чем-то поговорить. И мерзкой гниды, сделавшая весь мир виноватым в своих проблемах и поклявшаяся отомстить за ту боль, которую он пережил за всю свою жизнь.

— Тяжелый случай… — задумчиво отмечает Максимилиан. — Тут поможет только хороший психолог и лечение в клинике.

— Не сработает, мистер Сеймур. Питер категорически отказывается от любого рода помощи и искренне верит, что он совершенно здоров. Не больной он, не помешанный.

— Вы же прекрасно понимайте, что нужно решать этот вопрос как можно скорее? — осторожно спрашивает Джордж. — Ведь скоро вашей группе предстоит вернуться к активной деятельности в связи с выходом альбома.

— Выход, скорее всего, будет один, Джордж: мы будем работать дальше уже без Питера. Втроем: я, Терренс и Эдвард. Ну, или найдем Роузу замену.

— Это значит, что вы хотите выгнать Питера?

— Нам не придется. Он сам захочет уйти. Не пожелает работать с теми, кто его якобы предал. Кого этот человек чуть не убил собственными руками в день ареста Маркуса. А меня вон вообще пытался прикончить уже не в первый раз.

— Что значит, пытался прикончить не в первый раз? — широко распахивает глаза Максимилиан.

— Помните я как-то рассказывал вам про наш с ним конфликт? Так вот вы знайте про него не все! Мы в тот раз не просто поругались из-за моих шуток и подрались. Питер пытался пырнуть меня ножом и в итоге порезал мне руку.

— Господи Иисусе… — резко побледнев от ужаса, прикрывает рот рукой Лилиан.

— Что ты такое говоришь, братик? — с