Путеводная душа - Опал Рейн

Он слегка наклонился над ней.

— Мне нужно, чтобы ты отпустила мою руку.

Ее веки затрепетали, показывая, что они были немного приоткрыты. Они снова закрылись, как только она глубоко прикусила нижнюю губу. Она слегка покачала головой, сжала бедра, а затем снова потерлась о его руку.

— Еще немного, — прошептала она с наполненной наслаждением хрипотцой, ее грудь вздрагивала, когда она выдыхала с дрожью. — Пожалуйста. Твоя рука ощущается очень хорошо.

Ее милые заостренные уши не только прижались, но и слегка оттянулись назад. Он заметил, каким горячим было ее тело в его руках, как она раскраснелась.

Он понял, что она уже какое-то время не спала и что положение его руки не было нежелательным.

Рычание, вырвавшееся из его горла, было не от гнева, а от глубокой похоти, и он переместил руку, державшую ее предплечье, чтобы обхватить ее горло. Он поднял ее подбородок, выгибая ее шею в покорную, открытую позицию.

— Ты, непослушная маленькая нимфа, — прорычал он, поворачивая голову и облизывая от центра ее горла до места под ухом. — Как давно ты трахаешь мою руку?

Ее сдавленный стон сначала был тихим. Он намеренно потерся о ее набухший, влажный, жаждущий клитор сам, и стон превратился в тихий вскрик.

Если она хотела его прикосновений, то Мерих был готов воспользоваться этим. Учитывая, как туманил разум ее запах, как сладко звучали ее стоны и как пленительно она выглядела, вся такая напряженная и нуждающаяся, ничто не могло бы склонить его сильнее к тому, чтобы немедленно поддаться.

Он проснулся возбужденным, его член болел, кровь приливала к нему тяжелыми толчками. Сильная пульсация лишала его всякого здравомыслия по поводу того, почему это может быть плохой идеей. В тот момент ему было плевать.

К черту его иглы; он будет осторожен. В его руках было изысканное создание, которое жаждало удовольствия.

Его довольное рычание не прекращалось. Оно усилилось, когда он понял, что его предплечье находится между ее обнаженными грудями, обе они облегали его руку, словно подушку. Ее темно-коричневые соски выглядели невыносимо твердыми, напряженными и умоляющими о внимании.

Он втянул когти, а затем с силой повернул руку между ее бедер, пока не накрыл ладонью щель ее киски. Другая рука опустилась, пока он не смог обхватить одну из ее грудей, и она выгнулась навстречу его руке, словно ждала, когда их погладят.

Мерих потер ладонью ее клитор и без предупреждения вогнал средний палец по костяшку в лужицу ее дырочки. Ее киска сжалась вокруг него, когда ее губы разомкнулись в резком вдохе. Она издала долгий стон, потираясь о его руку, возбуждая его внутри нее.

Он двигал пальцем взад-вперед, пропитывая его ее возбуждением. Она была такой мокрой, что он скользил внутрь и наружу с легкостью, ее вход источал столько влаги, что все казалось скользким.

Учитывая, что она не плотно обхватывала его толстый палец, когда он снова потер ее клитор, он быстро добавил второй палец. Теперь ей было тесно, и он был удовлетворен тем, что она почувствовала это растяжение, судя по тому, как она выгнулась навстречу ему, распахнув глаза.

— Мерих, — простонала она, сжимая тыльную сторону его ладони, пытаясь заставить его надавить еще глубже.

Его иглы приподнялись от того, как соблазнительно прозвучало его имя с ее хорошеньких губ. Он простонал в ответ, прижимая пах к ее ягодицам достаточно сильно, чтобы случайно силой открыть свой шов. Головка, покрытая щупальцами, вырвалась наружу. Как только она освободилась, у Мериха не было ни единого шанса удержать ее обратно.

Он попытался сжать ее обратно, но она намеренно потерлась о него задом. С каждым трением его контроль ускользал, пока член не уперся в ее спину. Он вздрогнул от напряжения своих щупалец, изо всех сил пытающихся удержать его последние несколько дюймов.

— Он мокрый? — спросила она, но в ее действиях не было ни колебания, когда она дразнила его основание между своими упругими, пухлыми ягодицами.

Нет, вместо этого ее запах усилился до такой степени, что его язык, скользящий по ее чувствительному уху, стал влажным от слюны. Он тяжело дышал, касаясь его, и ухо дергалось каждый раз.

Мерих не ответил ей, не тогда, когда ее вопрос был тут же забыт, пока он неоднократно пронзал ее канал пальцами. Он двигал ими волнообразно, следя за тем, чтобы тереть кончиками о горячий и набухший бугорок в передней части ее киски.

Он не мог слишком сильно двигать руками, иначе мог поранить ее, но это не помешало ему зажать ее твердый сосок между указательным и средним пальцами. Он катал его из стороны в сторону, сжимая ее грудь, взвешивая ее и позволяя памяти о ней вжечься в его ладонь. Он намеренно пощекотал нижнюю часть кончиками пальцев.

Рука, на которой она лежала, метнулась вверх, чтобы сжать тыльную сторону его ладони, играющей с ее грудью, другая рука была надежно прижата к ее боку. Она вонзила ногти обеих рук в тыльную сторону его ладоней.

Ее подбородок поднялся, обнажая шею, черты лица исказились, тело выгнулось. Ее бедра дернулись, прежде чем начать тереться из стороны в сторону, требуя больше трения, которое он не мог рискнуть ей дать. Рэйвин заерзала, издав крик, ее киска судорожно сжималась вокруг его пальцев.

В тот момент, когда он почувствовал, как ее внутренние стенки набухают, словно она вот-вот кончит, Мерих быстро вытащил пальцы из нее. Он использовал их тыльную сторону, чтобы раздвинуть половые губы и поласкать ее клитор.

— Нет. Не останавливайся. — Она толкнулась в его руку, пытаясь протолкнуть ее глубже между бедер, отчаянно желая, чтобы он снова проник в нее. — Я была так близко.

Его тихий смешок, вероятно, прозвучал дьявольски, но он просто хотел посмотреть, что она будет делать, когда ее лишат оргазма.

Он не ожидал, что она попытается запихнуть его пальцы обратно в себя, что она будет так открыто и похотливо тереться о его руку. Когда она опустила лицо, чтобы потереться о его руку, скрещенную на ее груди, она тут же откинула голову назад, когда кончик вытянутой иглы уколол ее подбородок — он быстро исцелил ее, чтобы минимизировать запах крови.

— Ты можешь быть такой требовательной, не так ли? — почти промурлыкал он, несмотря на то, что не мог издать настоящий звук.

Он зажал ее набухший клитор между пальцами, и когда он сжал его, она ахнула. Он покатал его из стороны в сторону, точно так же, как делал с ее соском, который теперь просто пощипывал.

Ее вдохи были