Путеводная душа - Опал Рейн

услышала тяжелый шлепок, словно он выложил мокрый кусок ткани. Ее уши дернулись при втором шлепке, и она задалась вопросом, пришел ли он к тому же выводу насчет раздевания. Возможно, он просто хотел высушить одежду, которая была на нем.

Когда жестокая волна мурашек пробежала по позвоночнику, Рэйвин набралась смелости и встала.

— У тебя есть моя запасная одежда? — спросила она.

— Нет. Я раскладываю ее вместе со своей сушиться у огня.

Рэйвин сжала челюсти и сглотнула ком в горле.

— Почему? Разве она не должна быть сухой?

— Была, пока мне не пришлось накрыть тебя своим плащом вместо этого. Вся наша одежда промокла.

У нее пересохло во рту, и она пожалела, что ее тело не может последовать этому примеру. Вместо этого она была вынуждена развязать плащ и позволить ему упасть на землю.

Ее руки были неловкими, когда она развязывала завязки на спине платья; уши и щеки горели. Когда она спустила его с плеч, у нее возникло непреодолимое желание повернуться к Мериху спиной, что она и сделала.

Почему я так стесняюсь? — подумала она, скривив губы набок.

Элизийцы обычно довольно открыто относились к наготе и своей сексуальности. И мужчины, и женщины имели склонность разгуливать без верха. Они прикрывались только из-за детей и их бесстыжих маленьких глазенок или рук, тыкающих в чужие гениталии.

Нижнего белья практически не существовало, так как им нравилось позволять телу дышать естественно. Она не носила его сейчас только по этой причине, особенно учитывая, что у нее никогда не было намерения сообщать кому-либо, что на ней его нет.

Рэйвин никогда в жизни не стеснялась, если только не раздевалась перед партнером, который ее интересовал. Ее внезапная застенчивость не имела для нее смысла.

Именно когда платье оказалось на бедрах, она беззвучно ахнула.

Подождите… Неужели меня влечет к Мериху?

Какое еще было объяснение? Ей нравилось, как он пахнет, его рокочущий, грубый голос, его мощное и мускулистое тело. То, каким было его лицо, имело для нее мало значения.

Его руки были грубыми, но приятными, его характер — внимательным, когда он этого хотел, но злым, когда был выбор.

Рэйвин вроде как нравилось, что он может быть засранцем. Иногда все было немного пугающе, как его склонность к убийствам, но она пыталась это игнорировать. Всякий раз, когда он был груб, у нее возникало желание поддевать его дальше, пока он не зарычит или не издаст это странное, низкое фырканье.

Люди относились к ней как к драгоценности с того момента, как она стала членом совета. Мерих, с другой стороны, вел себя так, словно ему было плевать, что он делает или говорит, что может обидеть ее или кого угодно другого.

Он был также… милым по-своему. Ей никогда не нужно было просить о помощи, как тогда, когда он предложил укрыть ее от дождя. Он просто сделал это, не задумываясь и ничего не ожидая.

Рэйвин позволила платью упасть, покусывая нижнюю губу, пока та не припухла.

Странно ли, что я испытываю к нему такие чувства? Конечно, они знали друг друга недолго, и были очевидные проблемы, которые нужно было решить, но она не могла этого отрицать.

В его присутствии были мимолетные моменты желания, которые она неосознанно подавляла — особенно всякий раз, когда улавливала его восхитительный запах вблизи.

Она хотела бы игнорировать это теперь, когда поняла, что чувствует. Она прикрыла грудь, когда поднимала платье с земли, вместо того чтобы просто предстать перед ним как обычно.

Но Рэйвин была не из тех людей, кто игнорирует что-то только потому, что это неудобно признавать.

Это не значило, что она озвучит это или что-то предпримет. Она понятия не имела, что чувствует Мерих. Он ненавидел всех без разбора. Каковы шансы, что он почувствует хоть какое-то желание к ней?

Были истины, которые она скрывала, вещи, которые она знала, а он — нет.

Разложив платье у огня, Рэйвин села на землю, пытаясь игнорировать ветер, режущий ее обнаженную кожу, пока она размышляла.

Впрочем, я никогда раньше не отказывалась от своих желаний к другому. В этом отношении она была беззаботна.

Она отнюдь не была доступной или неразборчивой. На самом деле она была безумно придирчивой, что делало ее влечение к Мериху загадкой, но именно поэтому она никогда не отказывалась следовать за своим влечением к кому-то.

Он монстр, Рэйвин, — пыталась она сказать себе. Эх, не такая уж большая проблема, честно говоря. Большой монстр, который сказал, что у него есть член.

Как он выглядел? Как ощущался? Ее слюна загустела, когда она подумала, что он может быть большим, как и он сам.

Прекрати! Такими темпами она начнет возбуждать саму себя, и она просто знала, что здоровяк почувствует это и начнет дразнить ее. По крайней мере, она надеялась, что он начнет дразнить ее, просто чтобы она могла мурлыкать ему, пока он не сдастся.

Все, хватит!

— Я ложусь спать, — пробормотала она. Усталость позволяла появляться извращенным мыслям.

— Делай что хочешь, — огрызнулся он, явно раздраженный тем, что застрял здесь.

Это было забавно, и она не могла понять почему, но она знала, где он находится, еще до того, как он заговорил. Обычно ей было трудно чувствовать его, когда он был далеко от нее.

Повернувшись к нему спиной и свернувшись калачиком, она повторяла про себя тихую мантру. Почувствуй холод. Это должно убить сбивающий с толку влажный жар между ее бедрами.

Она сосредоточилась на холодном воздухе, касающемся ее, и дикая дрожь заставила ее заскулить. Нет! Не чувствуй холод. Думай о теплом. Жар ее мира, солнце, обжигающее кожу, теплая рука Мериха, обнимающая ее за талию.

М-да уж. Это не помогало.

Как раз когда она начала успокаиваться от своих странных, полных желания мыслей, хотя и недостаточно, чтобы уснуть, Мерих издал раздраженный вздох.

— Иди сюда, — потребовал он.

— П-прошу прощения? — прошептала она, стуча зубами, извернувшись так, чтобы лицо было обращено в его сторону.

— Ты так не уснешь.

Она покачала головой.

— Н-нет, мне и так нормально.

Ее сердце едва не споткнулось в груди. Неужели он действительно предложил мне лечь с ним? Учитывая, какими извращенными были ее мысли, она не знала, сможет ли справиться с этим прямо сейчас.

Она успокоилась; она справилась с этим. Это нормально, если ей нравилась его мощная, плотная внешность, его голос и запах. Это нормально, если она чувствовала желание к этим качествам, но она не хотела действовать согласно им.

По крайней мере, она так не думала.

Мерих был Сумеречным Странником, а она