Сладострастие. Книга 2 - Ева Муньос

— Я не боюсь смерти, на самом деле, мне повезло, что я дожил до этого.

— Ты всегда был самым большим ублюдком! — рычит он, и я смело поднимаю подбородок.

— Возьми свое слово и убей любовника, которого так хотел найти, только это успокоит твою ярость.

— Почему она?! — выкрикивает он в ярости.

Ты знал, как сильно я ее любил!

— Пожалуйста, Братт! — Рэйчел встает, закутавшись в простыню—. Опусти оружие, чтобы мы могли все объяснить!

— Не мешай! — приказываю я. — Это дело между ним и мной!

Он кладет палец на курок, готовясь выстрелить.

— Они того не стоят! — вмешивается Мередит. — Ты бросишь свою жизнь и карьеру, если его посадят в тюрьму!

— Чтобы они продолжали валяться в грязи? Нет.

— Стреляй! — требую я. — Давай обойдемся без драмы и объяснений и покончим с этим раз и навсегда.

— Почему она?! — снова спрашивает он.

Он прижимает ствол к моей груди.

— Делай то, зачем пришел!

— Сначала я хочу услышать, почему, черт возьми!

— Потому что она мне понравилась с первого дня, как я ее увидел! — восклицаю я. — Ты же меня знаешь, ты знаешь, что я всегда получаю то, что хочу!

Дуло пистолета ударяет меня по рту. Братт набрасывается на мою шею и падает на меня, нанося удары кулаками по лицу и ребрам. Точные удары заставляют меня почувствовать вкус собственной крови, когда он разбивает мне губу и нос.

— Ты издевался над мной и всей моей семьей! — кричит он сквозь кулаки.

Сабрина не заслуживает такого обмана!

Я не делаю ни малейшей попытки защититься: если это помогает ему выплеснуть свою злость, пусть. Я сам виноват, ведь я отнял у него самое дорогое, к тому же не могу отрицать, что получил от этого удовольствие.

Каждая секунда между ее ног стоила того, чтобы вкусить ее губы и сойти с ума от желания внутри нее, потому что она дала мне удовольствие, которого я никогда не испытывал. Если бы я мог повернуть время вспять, я бы сделал это без раздумий; если бы я мог вернуться в Бразилию, я бы повторил все точно так же, но с одной большой разницей — я бы максимально использовал время, которое мы провели наедине.

— Братт, хватит, пожалуйста! — умоляет Рэйчел.

Она впивается рукой в его ключицу, и боль разгорается и распространяется по всему моему телу.

— Ты, ему больно!

Он поворачивается к ней, когда она пытается взять его за плечи.

— Не трогай меня, сука! — Он отталкивает ее.

Боль сжимает все мои мышцы.

— Хватит уже!

— Хватит? Радуйся, что я не всадил ему пулю в башку! — Он берет ее за плечи. — Что? Тебе он так понравился, что ты смеешь его защищать?!

— Уходи! — Она пытается выглядеть уверенной, но не может. Это всего лишь мольбы и слезы. — Сейчас не время решать вопросы!

— Нет, я не уйду! — Он трясет ее. — Я не уйду, пока не изобью его до полусмерти!

— Отпусти ее, Братт! — предупреждаю я.

Одно дело, что он вымещает злость на мне, и другое — на ней.

— Он трахал тебя как шлюху у меня на глазах, да? — Он толкает ее, а она просто рыдает, не сопротивляясь. — Сколько раз вы были? Сколько раз ты стонала в его постели?

— Отпусти ее! — Я выплевываю кровь, которая наполняет мой рот.

— Отвечай! — Он снова толкает ее.

Я хватаю его за горло, когда гнев бушует во мне.

— Не смей ее трогать! — Я сжимаю его горло. — Это только между нами! Ты не имеешь права ее трогать, и твой сержантский значок здесь ни при чем!

— Отпусти его. — Мередит цепляется за мою руку. — Как он сам сказал, благодарите его, что он не застрелил вас, как вы того заслуживаете.

— Рэйчел, уходи! — приказываю я ей.

— Теперь ты защищаешь шлюх.

Он снова набрасывается на меня, и я снова швыряю его об стену.

— Какая шлюха! Это я ее спровоцировал в Бразилии!

Он бросается на меня с кулаком, но не попадает в лицо.

— И я снова нашел ее на Гавайях.

Он сбивает меня с ног и бросает на землю.

— Я искал ее каждый раз, когда хотел, когда мы вернулись в штаб, — лаю я, лежа на полу.

Он впивается рукой мне в горло.

— Ты был моим другом.

— Не когда дело касалось ее.

Он снова бьет меня, я защищаюсь, но не бью его. Я хочу, чтобы он устал и сдался раз и навсегда.

— Ты сделал ее такой же дерьмовой, как и себя.

— Хватит! — она снова вмешивается.

— Не трогай меня, несчастная шлюха!

Он поворачивается к ней в ярости с поднятой рукой. Мои глаза видят все, как будто время идет в замедленном движении, боль в руке исчезает, и сердце стучит в ушах, когда она отступает в страхе, прижимая простыни к груди и с заплаканными глазами. Открытая ладонь Братта ударяет ее по лицу и бросает к ногам Мередит.

Яркая ярость взрывается в моей груди, когда я вижу ее полуголую, с дрожащими губами. Я жду его с сжатым кулаком, и удар заставляет его отступить. Я теряю ощущение всего вокруг, пока мои кулаки снова и снова ударяют его по лицу.

Он не имеет права ее трогать! Никто не имеет права прикоснуться к ней!

Я был свидетелем того, как она пыталась уйти и как сильно страдала, скрывая правду. Ему запрещено прикасаться к ней сейчас и всегда, потому что, как бы она ни подвела его, НЕ ПРИКАСАЙСЯ К НЕЙ, ПОКА Я ЖИВ!

Я даю волю гневу, нанося ему удары по лицу. Он больше не тот друг, который вырос рядом со мной, теперь он просто ублюдок, который осмелился прикоснуться к Рэйчел.

Крики и мольбы слышны вдали, пока мои удары не прекращаются. Я продолжаю бить его, не обращая внимания на то, как он кричит и пытается вырваться, я слеп и глух.

Кровь брызгает мне на лицо, на костяшки пальцев, и в моей голове только один образ — она, лежащая на полу. — Полковник, остановитесь! — Мередит толкает меня, но ни она, ни Рэйчел не могут справиться с яростью, бушующей в моих венах. Он задыхается и несколько раз плюет, слабо пытается взять меня за руки, но не может, потому что моя сила превосходит его.

Она тренировалась только в FEMF, а я в основном в драках и уличных стычках.

— Но что, черт возьми?! — Три пары рук отталкивают меня.

Я возвращаюсь к реальности, Саймон и Луиза подбегают, пока я прихожу в себя. Кровь повсюду, я вижу Мередит, которая пытается помочь Братту.