(не) Любимая жена северного Вепря - Арина Теплова

— Ладно, но сейчас-то ясно, что ещё нужны лекари.

— Я посылаю сколько могу, но никто сам ехать туда не хочет, опасно это. Убить могут. Лекари ведь не ратники, их вражины первыми и режут.

— Неужели?

— Верно говорит, боярин, — подтвердил сотник. — Понимают собаки поганые, что лекарь многих раненых спасти может. Да и те, кто остался, из лекарей за тяжелораненых даже не берутся. А еще те у которых, что сломано, не дают резать руку или ногу, не хотят потом калекой хромым остаться, вот и мрут от заражений или потери крови.

Я вспомнила, что в основном сломанные конечности в этом мире лечили удалением, и это до сих пор казалось мне средневековой дикостью.

— Довольно! — произнесла громко я. — Ты свободен, сотник. Иди отдыхай. Благодарю.

Когда он вышел, бояре начали спорить, что делать, как заставить лекарей ехать на войну, ибо все понимали, что эта ситуация ненормальная.

— Ввести смертную казнь тем, кто откажется, — сказал один боярин.

Второй предложил ещё какое-то зверство, типа кандалов и насильно везти лекарей. Я же слушала и только морщилась. Все бы им какое—то насилие к людям применять. Но в моей голове уже зрели мысли, что надо делать. Когда уже спор между боярами превратился в какой-то речевой крик и хаос, я подняла руку и громко сказала:

— Тихо! Я знаю, что надо делать.

Глава 53

Все бояре стихли, и я продолжила:

— Дьяк, пиши. Первое: в три дня собрать со всех ближайших градов и селений четыре сотни лекарей. Самых толковых. Пусть приедут сюда, я их сама испытаю и решу, подходят они для службы или нет. Второе: пятьдесят лучших лекарей, что я отберу, поедут в поход на границы княжества.

— Так не поедут, княгиня, они по собственному желанию, мы о том тебе говорили, — пробубнил один из бояр.

— Поедут. Потому что полевую лекарню мы устроим в ближайшей деревне, той, что в пяти верстах от поля сражений, в безопасном месте. Лекари, что в рати, будут только перевязывать, чтобы остановить кровь. Лечить и врачевать будут лекари, что поедут со мной.

— С тобой, княгиня? — спросил Стожар.

— Да. Я лично поеду во главе лекарского обоза. Пока едем, буду обучать лекарей и знахарей мастерству, что надо делать и как, чтобы приехали они уже готовые.

— Но это опасно, княгиня, ехать тебе на ратное поле.

— Не поеду я на поле боя, я же сказала. Далеко мы будет от сражений. Тем лекарям, что поедут с мной, положить жалованье три рубля в день. Как раз выплаты «отцам» в этом месяце не будет, — сразу же объяснила я боярину по финансам, предвещая его вопрос. — Оттуда деньги и возьмёшь.

— Исполню, княгиня.

— Третье, дьяк, пиши. За пять дней собрать нужные телеги и всё по списку, что я составлю для нашего похода. Поедем мы со следующим ратным войском, что Руслан требует отправить. Ратники сопроводят нас. И пятеро останутся для защиты полевой лекарни, остальные поедут к князю. И последнее, это тебе, боярин, — обратилась я к советнику по градам и селениям. — Подготовь список больших селений с подробным описанием, расположенных не более десяти вёрст от тех крепостей, где идут бои. Обсужу позже с тобой, где лучше устроить лекарню. В то селение гонца пошлёшь, чтобы двадцать изб больших нам освободили. Или же пусть новые за неделю выстроят. Знаю, что есть в деревнях такие умельцы.

После совета я ещё немного побеседовала с боярами и воеводами, уточняя детали предстоящего похода на юго-восток. Заявила, что оставлю Стожара за главного советника княжества. Ему я доверяла и знала, что во вред мне или жителям он ничего не сделает. А наоборот, проследит за боярами, чтобы они не «расслаблялись» и не чинили произвола, пока нас с князем не будет.

Я собиралась провести в полевом лагере не более месяца. За это время обучить толковых лекарей всем премудростям операций и лечения даже тяжелораненых. Ведь одна я с десятками раненых за день явно не справлюсь. А потом вернуться обратно в столицу. И моя миссия как княгини будет выполнена.

На утро я отправила дядю Рогдана в город. Он вернулся спустя два часа и доложил:

— Нашёл нужного кузнеца, Елана. Отдал ему твои инструменты. Он обещал сделать через пять дней десять таких наборов. Если успеет, то больше.

— Прекрасно, — кивнула я. — Когда будешь забирать, дядя, вели, чтобы ещё такие наборы мастерил. Они точно теперь в ходу будут.

Свои медицинские инструменты я привезла из Налагии. Там, по моим рисункам и просьбе, их сделал Некрас — изобретатель и умелый мастер, что состоял на службе у моей матушки. Этот набор инструментов повторял те, которыми я пользовалась при операциях и лечении больных в XXI веке, будучи врачом-травматологом. И теперь предстояло обучить всем премудростям новых лекарей, которые должны были прибыть уже через два дня.

— Одно не пойму, Елана, — вздохнул Рогдан, усаживаясь на мягкий диванчик у фонтана. — Зачем тебе на ратное поле ехать? Это не дело для царевны.

— Моё это дело, дядя. Если я могу помочь и спасти своим умением не один десяток раненых — значит, надо это сделать. Я княгиня, и у священного камня дала обет — заботиться и почитать свой народ так же, как князь. И это мне по душе, пойми.

— Не пойму, Елана. Последний год ты стала очень странной. Словно другой.

— Тебе кажется, дядя, — ответила я тихо, боясь, что Рогдан возможно о чем-то догадаться, и это было опасно.

— Не кажется, милая, — ответил он, проходясь по мне цепким взглядом. — Но оттого ты не стала для меня хуже, Елана. Наоборот, я восхищён. И очень жаль, что раньше я не замечал в тебе этих качеств.

В тот вечер мы праздновали в одной из трапезных светлиц дворца оглашение помолвки Стожара и Марики. Моя служанка изъявила желание поехать со мной в юго-восточные неспокойные земли. А Стожар оставался в Верийске. Потому накануне отъезда нашего обоза было решено устроить пир по случаю того, что Стожар и Марика становились женихом и невестой, а в будущем, по нашему возвращению из похода, должны были заключить любовный союз.

Оказалось,