Твой яд - Диана Валеса

Он усмехнулся тогда, но ладонь не разжал.

Потом наступило воскресенье, и он заявил, что мы идём в кино. Я сказала ему, что не люблю, когда в зале темно и много людей. Он парировал в ответ:

Тогда будем смотреть дома у меня.

У тебя даже телевизора нет, — закатила глаза.

На ноутбуке, — ухмыльнулся.

И мы смотрели какой-то дурацкий фильм, лёжа на его кровати. Я почти не смотрела на экран, потому что его рука лежала у меня на талии, а дыхание щекотало шею Как в таких обстоятельствах смотреть фильм? Боишься меня? — спросил он вдруг.

Немного, — честно ответила.

Хорошо. Потому что я себя иногда сам боюсь.

И в понедельник я понимаю, почему он это сказал...

Мы идём в университет вместе. Выходим из квартир в одно время, и это явно не случайно. Ашер ждал меня. Я знаю это, потому что стоило мне открыть дверь, как его дверь тоже щёлкнула замком. Доброе утро, — говорит он, и в его голосе столько тепла, даже не верится. Доброе утро, — шепчу в ответ, сжимая лямку рюкзака.

В лифте дверцы закрываются, и мы остаёмся вдвоём в этой маленькой кабине.

Ашер прижимает меня к стене. Его руки ложатся по обе стороны от моего лица, и он наклоняется. Ты дрожишь, — замечает он.

Нет, — выдыхаю я, сама не веря в свою ложь.

Он улыбается и целует меня, у меня сразу колени подкашиваются. Я хватаюсь за его пальто, потому что если отпущу, то точно растекусь лужицей у его ног. Мне одновременно страшно и до жути хорошо. Страшно, потому что я до сих пор не привыкла, что он может быть таким нежным.

Двери лифта открываются с тихим звоном. Ашер отстраняется, поправляет мне воротник и спокойно, будто ничего не случилось, подаёт руку, помогая выйти. На улице он пропускает меня вперёд, и я иду, чувствуя спиной его взгляд, от которого мурашки бегут по коже.

На большой перемене мы идём в столовую. Я беру салат и чай, он сок и пирожное для меня. Смотрю на это пирожное и не знаю, смеяться мне или плакать. Ещё пару недель назад он угрожал мне, а теперь запоминает, что я люблю сладкое. Да уж, вот это перемены.

Садимся за столик в углу, прячу лицо в чашке, чтобы не видеть, как на нас смотрят. Мэтью и Элер уже тут как тут, их глаза бегают с меня на Ашера и обратно. Мне становится жарко, хотя в столовой прохладно. Я чувствую, как щёки заливает румянец.

Коэн, ты как? Не буйствуешь? — спрашивает Мэтью с лёгкой усмешкой. Пока нет, — отвечает Ашер, и я слышу в его голосе сдерживаемый смех. А потом отворачивается от Мэтью и смотрит на меня. Так, что у меня воздух застревает в лёгких. Карина, ты чего красная? — хихикает Элер.

Жарко, — вру я.

И в тот же день после пар мы выходим из университета, и я уже почти расслабилась. Ведь день прошёл отлично. Зря.

— Карина, привет! — раздаётся голос откуда-то сбоку.

Я оборачиваюсь. Какой-то парень из старших курсов, улыбается и подходит ближе. Ашера явно не замечает, который замирает чуть поодаль от меня. Меня обдаёт напряжением, которое разливается в воздухе.

Ты с кем-то встречаешься? Может, сходим куда-нибудь?

— продолжает парень,

не замечая, что творится рядом.

Чувствую, как Ашер меняется буквально за секунду. Поворачиваю голову и вижу, как его лицо темнеет. Тепло, которое ещё минуту назад согревало меня, превращается в осязаемую ярость. Глаза вспыхивают жёлтым, а пальцы сжимаются в кулаки.

Она со мной, — рычит Ашер так, что у меня волосы дыбом встают. — Уйди, пока я тебя не... Ашер! — я хватаю его за руку. — Всё нормально. Не надо.

Внутри всё трясётся от страха. Парень, к счастью, быстро соображает. Разворачивается и уходит.

Ашер тяжело дышит, смотрит в спину тому парню и явно борется с собой. Мне страшно, вдруг он сорвётся и побежит за ним, чтобы сотворить

ЧТо-ТО непоправимое.

— Успокойся, пожалуйста, — шепчу я.

Закрывает глаза, делает глубокий вдох. Мне кажется, что в этот момент внутри него происходит самая настоящая борьба. Он открывает глаза и смотрит на меня.

Прости. Я не хотел, — говорит он тихо.

Я знаю. Пойдём домой.

Он кивает. Становится мрачнее тучи. А когда добираемся до дома, то и там молчит. Я наливаю ему чай, но он не пьёт. Сидит на кухне и смотрит в стену. Я стою рядом, не зная, что сказать. Потом он говорит:

Когда этот ублюдок посмотрел на тебя... Чёрт! Не могу контролировать свою ярость. Ашер, — я сажусь рядом. — Ты смог сдержаться.

Я хотел его ударить, чтобы больше никогда не смотрел в твою сторону. Чтобы вообще больше не дышал. Но не ударил, — напоминаю я.

Не ударил, — выдыхает он, сжимая челюсти. — Но в следующий раз... Тогда я тебя остановлю, — говорю я твёрдо.

Он усмехается горько:

— Ты маленькая, а я здоровый парень.

Зато у меня есть ваза, — говорю я серьёзно, глядя ему прямо в глаза. — Могу повторить, ты только дай повод. На секунду замирает, а потом Ашер начинает смеяться. И я смотрю на него и чувствую, как страх внутри меня отпускает. Не до конца, конечно, но думаю, что он справится со своей тёмной стороной. Я помогу ему!

Глава 49

Во вторник Ашер ведёт меня на каток. Я не умею кататься, даже на коньках ни разу не стояла. Он смеётся надо мной, но поддерживает, держит за талию, пока я неуклюже перебираю ногами. Падаю несколько раз, и он ловит меня каждый раз.

Ты специально падаешь, чтобы я тебя обнимал? — шепчет на ухо. Нет, просто... - выдыхаю.

Врёшь, — целует в висок. — Можешь падать, мне нравится тебя ловить. От шёпота у меня мурашки бегут по всему телу. Просто готова лужицей растечься рядом с этим хищником. После катка Ашер ведёт меня в кофейню, мы пьём горячий шоколад. Его глаза не отрываются от меня, каждый раз ловлю его взгляд, и меня это смущает. А затем выражение лица становится тревожным, будто он что увидел или почувствовал.

Задышал часто.

Что-то случилось? — спрашиваю.

У меня... - он мнётся. — Чёрт возьми..

Что такое? — спрашиваю я, подаваясь ближе к нему. — Тебе плохо? Ашер хватается за свою руку, замирает так на некоторое время, пугая меня ещё больше. А затем закатывает рукав футболки чуть выше, хмурится и смотрит на свою кожу.

Твоя метка... - шепчет он.

Что? — сама начинаю хмуриться и смотреть на его предплечье.