Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема - Светлана Ворон

Вот только в области ее сердца перекатывалась чернота. Если бы я специально ее не поискала своим супер-зрением, то и не заметила бы.

Это была цена за лечение демона, которую я уже согласилась платить, но бабушка — нет. Ей стало лучше путем обмана. И она не простит меня, если узнает об этом.

— Ба-аб, а кто наш отец? — решила я воспользоваться моментом, пока она в сознании.

Девочки сразу притихли, их улыбки исчезли. Разговор пренеприятный, но когда еще, если не сейчас?

— В моем анализе крови нашли приличную долю демонической составляющей. Если ты знаешь что-то об этом, скажи нам. Мы имеем право знать!

Чашка в пальцах задрожала, расплескался чай, и Леся бросилась отбирать посудину, пока бабуля не обожглась.

— Да что тебе такое в голову пришло, Соня! — опять перепутала она меня с сестрой. — Не знаю я ничего об этом! Мать ваша — вертихвостка, это факт. Но вы у меня — полноценные ведьмы, а отец ваш — форменный идиот!

То ли она и в самом деле не знала, то ли не помнила из-за болезни. То ли саму себя убедила в этом и за годы поверила. А может, говорить правду не хотела.

В любом случае, я не хотела расстраивать родного человека. Ей и легче-то стало совсем ненадолго. Пусть доживает старость в покое, а я, если получится, уговорю Викто́ра понемногу поддерживать ее угасающую жизнь.

Девчонки опять отвлекли бабушку вопросами, и я воспользовалась моментом, чтобы уйти в свою комнату. Еще раз проверила шкаф, закинула пару-тройку вещей. Села на кровать и поняла, что даже не могу вызвать демона смс-кой: телефона-то нет!

Как же мне сообщить ему, что я готова?

Глава 52. Покажись, я сказал

Викто́р появился неожиданно, тенью скользнув сквозь окно, словно наблюдал за мной с улицы.

Я встретила его со странной смесью обреченности и облегчения. Моя комната стала за это время какой-то чужой, прежняя жизнь превратилась в мираж.

Демон же обещал мне заботу и безопасность, и рядом с ним я правда чувствовала себя гораздо спокойнее. Абсурд, да и только.

— Бабушке лучше? — спросил Азавель, чутко заметив мою грусть.

— Да, — я поднялась ему навстречу, держа за ручку свой розовый чемодан и косметичку с банными принадлежностями.

— Это ненадолго, — предупредил Виктор безжалостно.

— Ты ей поможешь, — прорычала я сквозь зубы, чтобы не вздумал идти на попятную. — Это мое условие.

— Ты не понимаешь, о чем просишь. Это может закончиться очень плохо, — предупредил он еще раз, за талию прижимая меня к себе.

Я уже и сама догадалась: чернота в ее сердце будет расти. Постепенно и ее аура почернеет, станет всем заметна.

Но игра стоила свеч, я в это верила. Ведь бабушка будет жить. И я буду помогать ей, сколько смогу.

— Плевать.

— Ладно, — он не стал спорить и закрутил нас в спирали перемещения, к которому я уже начинала привыкать.

Чутко реагируя сегодня на перемены в его настроении, я словно и сама понимала, как он это делает: тянет пространство через себя, ну, или себя через пространство, мгновенно оказываясь в другом месте.

Способность потрясающая и очень полезная. Жаль, что нельзя пользоваться ею постоянно. Если бы я так умела, вообще не ездила бы общественным транспортом.

Викто́р дал мне время освоиться и разложить вещи, а пока ушел в душ. Я заняла пару полок в просторном шкафу, не заполненном даже наполовину, а мнущуюся одежду повесила на свободные вешалки.

Выбрав себе тумбочку с левой стороны кровати, поставила на нее фотографии в рамках: семейное фото с бабулей и улыбающимися маленькими сестрами и отдельно — мамы.

Слушая шум льющейся воды, я… представляла хозяина лофта полностью обнаженным, с ручейками влаги на загорелой коже.

Теперь я не могла прогнать этот образ из головы, он лез с таким упорством, что я ни на чем другом не могла сосредоточиться. Похоже, что одержим тут не только демон, я недалеко от него ушла.

Мое волнение росло с каждой проходящей минутой. Часики тикали, словно таймер на бомбе: вот-вот это произойдет. «Это» — это мое окончательное прощание с прошлой жизнью. Я вот-вот перешагну красную черту.

Я больше не смогу сказать Викто́ру «нет», он выполнил все мои условия и даже больше. Проявил чудеса терпения. Сейчас он выйдет из душа и…

Я покосилась на роскошную кровать, испытывая страх и какое-то ненормальное предвкушение. На миг представила, как мы с Виктором прижимаемся друг к другу в темноте под одеялом, и судорожно сглотнула от сладкого импульса между ног.

Демон прав: ему ничего не придется делать, я и сама справляюсь. Его даже в помещении сейчас нет, а я уже с ума схожу. Что будет, когда он ко мне прикоснется? Как избежать секса, если и самой уже хочется?

Я с усилием заставила себя отвлечься на… в чем я буду спать? В закрытой, бесформенной пижаме! В сорочке — слишком опасно, я ни одной не взяла.

— Тебе это не понадобится, — раздался горячий голос неподалеку, и я испуганно вскрикнула, прикрывшись тряпками, которые не успела натянуть.

— В смысле? — спросила я с вызовом.

Он медленно приближался. Волосы влажные, на широких плечах — бисеринки воды. Рельефные мускулы на руках и груди, посередине — мужественная полоска редких темных волос.

Ну до чего же красивое тело у этого черта, просто охрененное! Как со страниц мужского журнала. И взгляд такой же — жгучий и пронизывающий до глубины.

Выраженные кубики пресса привлекательно сокращались при движении, от пупка полоска волос тянулась вниз.

Слава богу, демон надел штаны! Свободные, домашние и такие уютные. Но каким-то непостижимым образом очерчивающие все, что необходимо, чтобы мой взгляд притягивало к паху как магнитом. Ступни — босые.

С трепетом и ужасом я разглядывала мужчину, совершенного как произведение искусства и опасного как ядовитый паук. Одинаково сильно я хотела дотронуться до него, испытать с ним запретный опыт… и бежать, в панике зажмурив глаза.

В руке Азавель держал полотенце. Небрежно вытер им волосы, взлохматив отросшую шевелюру без признаков седины, и отбросил его в сторону. Какого дьявола он выбрал этот моложавый образ? Смерти моей хочет!

Его взгляд и походка изменились. Он стал напоминать хищника, и всё моё нутро туго сжалось в ответ.

— Убери, — низко проговорил мужчина, остановившись в паре метров от меня.

Это он про пижаму, которой я прикрылась как щитом. Я помотала головой, заливаясь краской