Когда расцветёт сакура - Виктория Богачева

И ответ не заставил себя ждать.

В мои покои вскоре вошла старая карга-служанка Акико. Едва согнув спину в поклоне, она передала послание от мачехи. Та больше не намерена терпеть обращение, которому мы все подвергались в поместье Фудзивара, и потому велела собираться: мы выезжаем в Камакуру на рассвете.

С минуту я стояла на месте и хлопала глазами, словно глупая гусыня. Приказ мачехи показался мне громом посреди ясного неба.

Когда служанка ушла, я отмерла и бросилась к дверям. Конечно же, к ним для надежности приставили двух самураев Татибана. Третий охранял дом снаружи. Я аккуратно выглянула сквозь створки седзи и увидела, как он ходил вдоль деревянной веранды, мимо комнат, которые занимала я, мачеха, Юкико и Ацуми-сан.

Отчаяние накрыло меня с головой. Я почувствовала себя полностью изолированной. Запертой в клетке. И невероятно, невероятно одинокой.

Собравшись с силами, я вновь подошла к дверям и потребовала меня выпустить.

— Акико-сан велела вам находиться в ваших покоях, Йоко-химэ. Для вашей же безопасности, — проскрежетал один из самураев и опустил ладонь на рукоять меча.

Я фыркнула и впервые пожалела о том, что в японских домах дверь нельзя закрыть с оглушительным стуком.

Когда я вышла на веранду, то буквально тотчас ко мне приблизился третий самурай.

— Сегодня вам лучше остаться в комнате, Йоко-химэ, — сказал он.

— Я хочу прогуляться по саду.

— Не сегодня, госпожа, — совершенно безразлично отозвался самурай.

Он оставался на месте до тех пор, пока, сдавшись, я не вернулась в покои.

Мы уедем уже утром на рассвете. Одна лишь мысль приводила меня в отчаяние! От невозможности что-либо сделать хотелось кричать и плакать одновременно. Я была заперта в комнате без возможности выйти, без возможности встретиться с Таро…

Они узнают, не могут не узнать, что задумала Акико. Сборы не останутся незамеченными, и мы не исчезнем бесследно. Минамото смогут догнать нас по пути в Камакуру.

Если захотят.

Если Такеши-сан не отступится от своих планов.

Мне нужно было поговорить с Таро. Услышать, что он не нарушит данного мне слова.

Я посмотрела на Саюри и в голову мгновенно пришла идея. Наскоро набросав корявое послание на свитке, я едва дождалась, пока подсохнут чернила, скрутила его и сунула в руки служанки.

— Тебе нужно передать это Таро Минамото. Это очень важно. Понимаешь?

Она испуганно захлопала глазами. Пришлось стиснуть ее плечи и хорошенько встряхнуть.

— Саюри! Выйди из спальни и сделай вид, что идешь в комнаты для слуг. А сама найди Таро, поняла?

Кое-как она кивнула. Губы у служанки подрагивали от страха.

— Х-хорошо, госпожа. Я все сделаю.

Вдвоем мы подошли к дверям, но уйти одной Саюри не позволили. Самурай встал у нее за спиной и сказал.

— Я провожу ее.

Служанка бросила на меня испуганный взгляд, и теперь пришел мой черед закусывать губу. Я посмотрела им обоим в спины и едва сдержалась, чтобы не топнуть ногой. Самурай не позволит ей передать мое послание. Он именно поэтому за ней пошел. Чтобы проследить.

Остаток дня прошел словно в тумане. Всеми силами я пыталась себя успокоить, но выходило скверно. Саюри так и не вернулась. Ужин вместо нее мне принесла старая карга. К нему я не притронулась и пальцем. Во-первых, от тревоги крутило живот, меня тошнило, и я совсем не чувствовала голода. А во-вторых, не собиралась есть ничего из чужих рук. Один раз меня уже пытались отравить в этой семьей. Второго раза не будет.

Я вытащила припрятанный кинжал и положила его под футон, а рядом с ним — сенбоны, которые дала мне Наоми Минамото. Я водила пальцем по прохладной, гладкой поверхности сенбонов и, словно заведенная, повторяла, что все наладится. Акико не сможет увезти меня на край света. Отряд Минамото быстро нас нагонит, и в Камакуру мы прибудем вместе, как и обещал Такеши-сан. Все истеричные действия мачехи сейчас продиктованы ее полубезумным состоянием, и когда я встречусь с отцом, и все ему расскажу, он и сам увидит, что жена сошла с ума.

Я смогу себя защитить. Я попытаюсь. И я сбегу, если понадобится.

Прямо по центру груди ныло и болело, словно там образовалась незаживающая дыра. Я чувствовала себя совершенно беспомощной.

Не знаю, как и когда я заснула: даже не переоделась в ночную рубашку. В какой-то момент переживания настолько меня истощили, что я провалилась в сон прямо в кимоно, положив голову на твердую подушку.

Конечно же, мне снились тревожные вещи, словно я металась по комнате без дверей и окон и никак не могла ее покинуть, а стены все сжимались и сжимались, вот-вот готовясь меня расплющить. Я кричала, но никто не слышал. В миг, когда комната из моего кошмара окончательно сжалась, и я умерла, я проснулась в реальности от какого-то звука.

Распахнула глаза и едва не завизжала от неожиданности, но ладонь Таро вовремя зажала мне рот.

Разглядев его в темноте, сперва я подумала, что из одного сна просто оказалась в другом. Ничем иным его появление в моих покоях я объяснить не могла.

Бросила быстрый взгляд на седзи: плотно задвинуты.

— Кричать не будешь? — спросил Таро приглушенным голосом, и я мотнула головой.

Он отпустил меня и чуть отодвинулся назад, и я резко села на футоне, глядя на него широко распахнутыми глазами.

— Это не сон? — спросила сдавленным шепотом.

Он улыбнулся лишь глазами и покачал головой.

— Но как?.. — я кивнула в сторону седзи.

Ведь снаружи веранду охранял самурай.

— Он поспит немного и очнется к рассвету, — в глазах Таро блеснуло непонятное для меня веселье.

Он помолчал, а потом сказал то, от чего у меня сердце ухнуло куда-то вниз живота.

— Я не мог вот так позволить тебе уехать.

Прямо из той дыры в груди, которая болела весь день, по телу разлилось живительное тепло. Я расплылась в улыбке — как полная дура, да и пусть!

Мой жених — вот он, живой, из плоти и крови — пришел, хотя я, к своему стыду, уже и не ждала. Смирилась, что утром уеду, и неизвестно, когда мы увидимся вновь.

— Мы отправимся в Камакуру следом за вами, Йоко, — сказал он, смотря на меня серьезно и строго.

Продолжая улыбаться, я кивнула. В голове пели птицы.

— Акико-сан задала нам изрядную задачку, — конечно, он не мог позволить себе оскорбление этой безумной женщины. — Но остались дела, которые должны быть завершены прежде, чем мы с отцом уедем.

— Я понимаю, — я поспешила его перебить, потому что не хотела, чтобы он чувствовал, что должен оправдываться передо мной. Что-то