Утомленная балом - Елена Лебедева

Вся сила ее характера куда-то пропала. Она не знала, как быть, как помочь истекающему кровью человеку. Стараясь вспомнить, как Валериан ухаживал за ее язвами, Катрин сняла платок, разорвала его на части и попыталась перевязать кровоточащую рану.

— Боже мой, что же теперь делать? Где искать помощи?

Катрин снова согнулась над мужем, молясь лишь о том, чтобы кровь быстрее остановилась.

Митя начал кашлять, кровь выступила на губах.

— Брось меня… Мне уже… ничем не поможешь.

— Бросить тебя? Не для того я тебя нашла!

Катрин пересела на место бездыханного возницы, столкнув того с повозки. Щелкнула поводьями, заставляя испуганную лошадь идти.

Повозка уверенно двинулась с места. Лошадь, устав стоять на одном месте, охотно трусила вперед.

Когда Катрин начинало казаться, что сердце любимого перестало биться, она бросала поводья, склонялась к нему, прислушивалась к его тихому, прерывистому дыханию.

Женщина не обращала внимания на то, что платье ее было насквозь мокрым и совершенно грязным, а ноги онемели. Она лишь крепко сжимала зубы и заставляла лошадь идти быстрее, двигаться вперед до тех пор, пока Митя не получит помощь.

И Катрин, ни секунды не сомневаясь, была готова отдать свою жизнь, только бы его спасти.

Зеркала редко говорят правду. Значительно чаще они превращаются в злых на язык недоброжелателей и, глядя тебе прямо в глаза, омерзительно лгут по поводу твоей и без того не слишком идеальной внешности. Реже они оказываются лживой прислугой и самозабвенно льстят, стараясь выслужиться до чина главного будуарного зеркала. И только самые правдивые зеркала волею судьбы оказываются на чердаке. Со временем их покрывает слой многолетней пыли.

«Правда никому не нужна», — Лиза поняла это, глядя в роскошное, украшенное узорчатым обрамлением зеркало в спальне Стаси. Зеркало сделало карьеру: выслужилось до чина придворного. Лиза знала, что такие зеркала делаются особенным способом, позволяющим отражению становиться привлекательнее.

Лиза провела тонкими нервными пальцами по прохладному краю рамы. Прошла целая вечность с того прекрасного бала в Зимнем, когда она стояла здесь же, вглядываясь в собственное отражение.

Теперь Лиза знала, что увидела в зеркале. Гордость. Восхищение. Самовлюбленность. А ведь во всем была виновата эта волшебная игрушка, изменившая ее отношение к себе. А сама Лиза? Разве она непричастна к тому, что случилось?

И вот теперь она снова здесь, перед тем же зеркалом, словно перед открытой книгой судьбы. Лиза не получила от жизни ничего из того, на что надеялась. Напротив, она осталась в одиночестве, лишившись сестры, мужа, детей…

Вот теперь и Стаси покидает ее, выходя замуж.

— Стаси, ты счастлива? — Лиза задала вопрос, зная заранее, что ответит подруга. Но ей хотелось услышать подтверждение своих мыслей, знать наверняка.

Стаси поправляла кружева на белоснежном подвенечном наряде. Попутно она умудрялась отпускать замечания прислуге:

— Арина, тише! Ты же не бабушку на исповедь собираешь. Эта ткань легко рвется, будь аккуратнее.

— Хорошо, Анастасия Романовна, не волнуйтесь, — отозвалась молоденькая девушка.

— Безусловно, я счастлива. Конечно, я могла быть счастливее, будь мой жених немного моложе, — она приблизилась к Лизиному уху, — ты понимаешь, о чем я.

Кончики Лизиных ушей зарделись.

— Не красней так, ты же замужем, во всяком случае… — Стаси запнулась.

— Зачем сегодня возвращаться к старой теме, дорогая? Государь пока не подписал прошение о разводе. Официально я замужем. Только не знаю, надолго ли…

— С тобой все будет хорошо. А вот я завтра отправляюсь в путешествие и уже ни в чем не уверена. — Но ведь ты вернешься.

— Конечно, но… не так скоро. Пока Энтони не уладит дела.

— Разве вы не в свадебное путешествие едете?

— Все это так. Но я не знаю, как долго мы задержимся во Франции.

Лиза догадывалась, что Антон Андреевич приурочит к поездке решение важных дел, связанных с банком. Она также подозревала, что дела эти затянутся на неопределенное время и что в результате Стаси уже не сможет быть фрейлиной Ее императорского величества.

Они с подругой точно поменялись ролями. Теперь ей, Лизе, суждено всюду следовать за царской четой, отказавшись от личной жизни.

Лиза давно смирилась с новой участью. Ведь она собственными руками разрушила все то хорошее, что было в ее жизни. На этом месте возникла иллюзия другой женщины, другой Лизы. Лиза словно скинула собственную кожу и облачилась в чужую шкурку.

А ведь Лизе не нужен ни блеск балов, ни придворные развлечения, ни ухаживания кавалергардов. Она мечтает только об одном — поскорее снова обрести свой дом, свою семью.

— Чудесное платье. К твоим волосам так идет белый цвет.

— Мой дорогой банкир уже нанял мастеров для отделки интерьеров в нашем новом доме. Время пролетит так быстро, что ты и не заметишь. А в конце весны начнутся сборы в Петергоф. Попробуй подружиться с фрейлинами.

— Я постараюсь.

— Молись за меня, Лиза, как я молилась за тебя.

— Ах, Стаси, почему ты уезжаешь сейчас, когда так мне нужна?

Стаси открыла объятья и с чувством расцеловала подругу.

— Не стоит печалиться, Лиза. Все-таки я выхожу замуж, а не ты. И именно мне по традиции положено плакать! Даже необходимо, иначе какая из меня невеста? — Стаси улыбнулась сквозь слезы. — Обещай, что не станешь расстраиваться?

Девушки закончили с туалетом хозяйки и тихо замерли вдоль стены.

— Господи, спаси и сохрани, — Стаси опустилась в углу комнаты перед иконой и некоторое время беззвучно молилась. Потом энергично поднялась, распрямила спину. — Пора!

Из коридора донесся тревожный шепот прислуги. Дверь хлопнула, послышались тяжелые шаги и властный мужской голос. Девушки, прислуживающие Стаси, сначала кинулись из комнаты на громкие звуки, но, испугавшись, тут же рассыпались по углам.

Стаси подхватила юбки и решительно направилась к выходу. Однако на пороге комнаты столкнулась с государем.

— Ваше императорское величество, вы здесь…

Стаси почтительно склонилась. Ее примеру последовала и Лиза, завидев величественный профиль.

Николай Павлович прошел мимо бывшей фаворитки, не обращая на нее внимания. Спустя мгновение он уже демонстративно приветствовал Лизу.

— Мадам Вересова! Приятно удивлен. Оказывается, вы прекрасно справляетесь не только с обязанностями фрейлины.

— Государь, мадемуазель Северина только что закончила свой туалет.

— Вижу, вижу. Надеюсь, мадемуазель Северина не слишком торопится? — император бросил быстрый взгляд в сторону Стаси и принялся разглядывать Лизино платье.