Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

Высший побелел до некрасивости. Широкие рукава взметнулись птицами.

Медь волос вспыхнула ярко.

— Ты не понимаеш-шь! Не ведаешь, что говоришь, мальчишка! Ты не выдержишь обряда! Откуда ты узнал о нем, узнал вообще о том, как его проводят?

В комнате поднялся ветер. Впервые на его памяти могущественный эль-драгхо настолько вышел из себя.

Цаэ-Ша. Обряд посвящения. Обряд Вечного служения. Обряд, после которого маг-заклинатель больше не принадлежит себе. Он сам избежал этого лишь потому, что у императора были на незаконного сына свои планы.

— Я проведу обряд над собой. Правда, лишь тогда, когда — и если — действительно буду объявлен наследником Владыки, уж прости. И я справлюсь. Но приятно, что хоть кто-то за меня беспокоится, — Вэйрин прищурился.

Сила растеклась по венам.

— Поклянешься? — Фэйан жадно подался вперёд. Что-то дикое, отчаянно мелькнуло под его обычной маской безразличия.

— Да. Передай своим союзникам, что я готов подтвердить клятву. Поверь, обряд сработает. С той лишь разницей, что я поклянусь в верности самой империи. Никаких иных владык надо мной не будет— только моё собственное понятие долга. — Голос Вэйрина звучал ровно и сухо.

Пояснять господину Фа, откуда он узнал об отряде, Вэйрин благоразумно не стал. Иначе тот будет вынужден доложить императору. Фа Фэйан и сам уже все понял, не дурак — просто не сдержался.

Слышал бы его Дэйлун. Убил бы, скорее всего. Заранее, чтобы никто не мучился. Ни император, ни сам Вэйрин, ни заклинатели, ни Дэй.

Вейрин Эль-Шао запрокинул голову, неразличимо улыбаясь в потолок тонкой, ничего не значащей улыбкой.

Он мог бы сказать и сделать почти все, что угодно — и Высшие бы с места не сдвинулись. Им безразлично, кто станет императором. Один господин сменится другим.

Он не обещал им несбыточного. Пообещай он свободу — и первым был бы убит. Но он обещал нечто куда более важное. Уважение. И власть. В рамках, которые обозначит в свой час новый император.

Вэйрин Эль-Шао не желал власти. Но если власть означала безопасность для него и матери. Спокойствие — для его страны. И смерть — для его врагов… Это все меняло.

Но до этого ещё нужно дожить. Потому что знать мысли императора не дано никому. Даже в мыслях он не называл Шу Цзиньлуна, блистательного императора рода Шиэно, отцом.

— Ши Фэйан, полагаю, мы сумеем договориться? От вас я прошу не так уж много. Предупредить меня в случае опасности для моих близких, — продолжил уже серьезно.

За себя он просить не мог. Это было бы нарушением императорского приказа.

— Можно. Поможем. И тебе. И им. Выбери две ценности — и мы их сохраним, — вдруг согласился мастер.

Медный мастер смотрел на спящую девушку. Он прямо предлагал защиту. Немыслимо и опасно — быть настолько должным.

— Я подумаю, Фа Фэйан, — тонко улыбнулся Вэйрин.

Напряжение. Оно прошивало комнату. Взгляды сталкивались, лязгали клинками, высекали искры.

— Сейчас гораздо важнее для меня другое, — жёстко поставил точку в неслышном споре Эль-Шао.

Он не желал давать Высшим ни единого средства давления. Ни единого повода считать его обязанным им за помощь. Сейчас они — равные союзники.

— И что же? — Фэйан выглядел искренне заинтересованным.

Смуглое лицо его словно поймало позолоту зимних светил. Глаза смотрели сверлами. Остро, жёстко.

— Когда принцы или любой другой возможный наследник, который желает мне вреда, оступится… — Эль-Шао сладко улыбнулся, — а это когда-нибудь непременно произойдет. Ты дашь мне возможность воспользоваться их ошибкой. Один раз, — произнес он с нажимом, — более не прошу.

Его собеседник казался позабавленным. Как разыгравшийся кот.

— А больше тебе и не нужно, ши Вэйрин, — низкие нотки голоса заклинателя заставили девушку на постели тревожно дернуться.

— Верно.

Вэйрин неохотно отпустил ее ладонь. Замер, обдумывая происходящее.

— Но все это не отменяет того, что смотрины девы Линг назначены на пятый день будущей недели, — Высший заклинатель уже развернулся, направляясь к двери, — её отец и мать ждут тебя.

Хотелось заскрипеть зубами, но он не мог себе этого позволить.

— Непременно буду, — ответил сухо, — не могу оскорбить такую семью непочтительностью и невниманием.

Но выход должен быть.

Император, как его отец и глава государства, а также "отец" каждого из своих подданных имел право посвататься от его имени. И организовать церемонию встречи с родителями невесты — тоже имел.

— Я слышал, что подарки семье невесты уже подготовлены, — с лёгкой иронией пропел Фа Фэйан.

Не мог не уязвить. Гнев сжал горло, но Вэйрин привык держать его на цепи. Даже если хочется кого-то уничтожить, втоптать в грязь и…

— Значит, император уже все решил, — негромко заметил, — и времени не так много. После встречи наверняка к нам присоединится сваха. Потом мне отправят приданое невесты с серебряной монеткой "цю". Обозначат свое согласие на брак. Не сразу, обсуждения можно затянуть… Думаю, недели две у нас есть. Не так ли? — Хищно усмехнулся он, поднимаясь.

В голове мелькали планы. Один за другим. Он взглянет на девицу. Но едва ли Сеи Линг сумеет его настолько впечатлить, что он возжелает жениться.

— Время есть. Но смотря для чего. Вам ещё следует поправиться. И вашей, — быстрый взгляд, — связанной не стоит пропускать занятия. За ее успеваемостью будут пристально следить.

Это он уже понял. Но также помнил и горящие глаза Ли Ссэ, и ее яростное шипение, и страх провалиться, и отчаянное стремление научиться.

Потенциал был. Ее источник пульсировал мягко. В нем была какая-то странность, неопасная, но важная. Но понять — в чем именно дело — пока не удавалось.

— Думаю, что к завтрашнему дню она уже будет полностью здорова, — он встал так, чтобы закрыть своим телом вид на постель.

Хватит. Смотреть.

— Что же. Я сказал. Ты сам знаешь, что делать, — усмехнулся Высший мастер.

Медные волосы Фа растрепались. Колокольчик на поясе беззвучно качнулся. Нечисти вокруг не было, для звона этого колокольчика причины нет.

— Да, — без улыбки усмехнулся Вэйрин, — я знаю, что делать.

И с помолвкой. И с учебой, и с врагами. А опала… ее он не боялся.

С лёгким шелестом встала на место дверь.

Он развернулся к кровати. Подошёл, склонился, вглядываясь в бледное серьезное лицо с темными тонкими бровями. Вот на лице девчонки вдруг вспыхнула заразительная улыбка. Вэйрин замер, ощутив в груди странное щекочущее чувство. Он не мог не уважать ее упорство и целеустремленность.

Снежный лоу-ши, один из ледяных вестников, ударился в стекло, вытаращил любопытные круглые глаза, встопорщил хребет. Где-то сновали целители, гудела жизнь.

Пальцы невесомо коснулись гладкой кожи девичьей щеки.

Он еще