Его искушение - Анна Миральд

Достаю телефон, звоню на номер, с которого разговаривал с Горынычем.

— Ты вроде в гости зайти собирался, — начинаю раньше, чем он успевает ответить. — Или будем у ворот разговаривать?

— Так приглашай, — ухмыляющийся голос скрипит в динамике.

— Я приглашаю, пересаживайся ко мне в тачку, — предлагаю я.

— А моих ребят не приглашаешь? — с насмешкой.

— А твоих ребят я в гости не звал, — холодно обрубаю веселье. — Как, впрочем, и тебя. Но если напросился, проявляй уважение, — сбрасываю звонок и приказываю Игнату открыть ворота.

В это время задняя дверь одного из джипов открывается, Горыныч выбирается наружу, отмахивается от охраны и идет в мою сторону. Прошу водителя задержаться.

— А ты не изменился, Кай! — я, может, и не изменился, а вот он сильно сдал.

— Трогай, — скомандовав водителю, пожимаю руку, которую мне протягивает вор в законе. — Проходи. Пить что будешь? — спрашиваю Горыныча, включая в коридоре свет. Сбросив верхнюю одежду, прохожу на кухню.

— Водка есть? — интересуется, заглядывая через плечо в открытый бар.

Выставив на стол бутылку, заглядываю в почти пустой холодильник. Нахожу запечатанную банку оливок и сыр в упаковке с нормальным сроком годности.

— Извини, гостей не ждал, — добавляю к скудной закуске две рюмки.

— Бабу тебе завести надо, Кай, — следит внимательно за моей реакцией своими белесыми от возраста глазами.

— Зачем она мне? — наигранно равнодушно веду плечами, разливая по рюмкам водку. — Мне и без бабы в доме прекрасно живется.

— Ночью лучше бабы никто не согреет, — смеётся, выпивая первую рюмку без тоста и не чокаясь. — Она и уберет, и приготовит…

— Ты сватать меня приехал? Зря стараешься, — обрываю напрягающий разговор. — Ты хотел что-то обсудить, — перевожу тему. Если кто-то слил информацию об Ирине, я не представляю, что сделаю с ним.

— Да, Кай, хотел, — постукивает пустой рюмкой по столу. Я доливаю в нее водку и жду, что ещё Горыныч скажет. — Ты в жизни хорошо устроился, а про старых друзей забыл, непорядок, — ожидаемый поворот в разговоре, почти не удивляет.

— О каких друзьях речь? Если о тех, кто разрывал мой бизнес, пока я сидел, так я им ничего не должен. Они получили то, что заслужили.

— Куравлев считает иначе, — опрокинув в себя рюмку, произносит Горыныч. — Он передал мне свою долю, которую ты отобрал у него, когда вышел на свободу, — заявляет Горыныч. — И ты мне ее отдашь.

— Горыныч, тебе придется съездить к Куравлеву в тюрьму и уточнить, о какой доле речь, потому что я ему ничего не должен. А следовательно, и тебе. Когда я вышел из тюрьмы, я вернул свое — то, что Куравлев у меня украл.

— Кай, Куравлев мертв, выяснять не у кого. Да мне это и не надо, расклад он дал четкий, мои люди ищут документы…

— Твои люди ничего не найдут, — обрываю его.

Мотнув головой, он сам наполняет свою рюмку водкой. Выпивает. Поставив локти на край стола, руки складывает в замок, ухмыляясь, смотрит на меня.

— Кай, заплати и живи спокойно…

Глава 56

Ирина

Перебирая продукты в холодильнике, никак не могу определиться, чем бы мне поужинать. Аппетита совсем нет, но нужно заставить себя поесть. Теперь я должна думать о ребёнке.

О нашем с Сергеем ребёнке…

Но он не проявляет к нам никакого интереса. После того вечера Сергей ни разу не позвонил и не заехал в гости. А я ждала.

Ждала…

Варилась в собственных сомнениях… и ждала. С каждым днем он нужен мне все больше. Тоска в сердце достигла таких размеров, что порой сложно дышать. Своим откровенным рассказом Сергей заставил многое переосмыслить. Я верю, что он искренне раскаивается в содеянном. Все так неоднозначно…

Язык не поворачивается даже мысленно назвать его убийцей, хотя он виновен в гибели двух человек. До сих пор не верится, что люди ради денег способны пасть так низко. Не верится, что есть женщины, способные на умышленное убийство. Мне стыдно, что я так скоро осудила Сергея. Мой бывший муж знал о моих страхах и умело на них надавил. Зная Стаса, как я могла так легко поверить в его компромат на Кайсынова?

Так ничего и не решив, закрываю холодильник. Может, позже захочется перекусить. Забравшись с ногами на диван, включаю телевизор. Я его не смотрю, но фоном идущие новости отвлекают от одиночества, хотя последнее время одиночество мой постоянный спутник.

Положив руку на живот, как делаю каждый вечер, прислушиваюсь к своим ощущениям. Мамочка должна быть спокойной и счастливой, а у меня постоянно слезы на глазах. Через два дня я записана на первый скрининг. Предвкушаю, как услышу сердцебиение своего малыша. Вроде испытываю радостное волнение, но и тревога не отступает. Молюсь, чтобы все было хорошо. Подсознательно переношу проблемы подруги на свою беременность, ругаю себя за это, но, наверное, не успокоюсь, пока не услышу заключение врача.

Как же все сложно…

И рядом нет человека, который так нужен мне…

Накрывшись пледом, листаю видеоролики в интернете. Некоторые из них заставляют улыбнуться, другие вызывают неконтролируемый поток слез. Засыпаю на диване, так и не дойдя до спальни.

Будит меня звонок мобильного телефона. Сердце от тревоги начинает сумасшедше стучать, руки дрожат. Так поздно ночью с хорошими новостями не звонят.

«Сергей» — высвечивается на экране. Руки дрожат, когда я принимаю вызов.

— Да, — голос от волнения просел, я даже не уверена, что Сергей меня услышал.

— Привет! — в отличие от моего голоса, голос Сергея звучит твердо и собранно, будто он ещё не ложился спать. — Ирина, извини, что так поздно, но мне нужно срочно тебя увидеть.

Сердце пропускает удар. Мне самой не хватило смелости позвонить ему. Я просто не знала, что должна сказать Сергею, чтобы он простил мне предательство. Сказать, что я сожалею? Разве обычных слов будет достаточно, чтобы Сергей мог забыть о моем бегстве? Ничего не зная, я вынесла ему приговор. Стала судьей, не имея на это никакого права! Послушать бывшего мужа и сбежать от самого лучшего мужчины на свете было предательством. Он просил о доверии, а я…

— Срочно? — переспрашиваю зачем-то. — Что-то случилось?

— Я могу подняться? — не ответив на мой вопрос, Сергей задает свой.

— Да, поднимайся, — отбросив плед, шарю ногами по полу в поисках тапочек.

Сергей не сбрасывает вызов, я слышу, как он взбегает по лестнице. Иду открывать дверь после короткого звонка.

Как же я соскучилась! Все мое нутро тянется к Кайсынову, когда он переступает порог моей квартиры.