Подводное течение - Али Стайлз

ожидаю, что она отдернет ее, но вместо этого наши пальцы переплетаются. Я смотрю вниз, на гладкие контуры ее кожи, переплетенные с моей кровавой резней.

— Ты видела это в моих записях, — тихо говорю я. — Ты видела правду, которую я скрываю, как я жажду свободы. Все остальное обо мне может быть ложью, но ты знаешь, что я говорю правду об этом. Как и ты, я просто хочу сбежать. Покончить с этой жизнью. Но единственный способ освободиться для меня — это покончить с ними раз и навсегда.

— Покончить с кем?

— Со всеми.

Она замолкает и долго смотрит на меня. Я не знаю, о чем она думает, но у меня больше нет выбора. Есть только один путь вперед.

— Все, то есть...?

— Все они.

— Моя семья тоже, — тихо говорит она.

— Другого способа стать свободным нет, — мягко говорю я. — Ты знаешь это так же хорошо, как и я.

Она закрывает глаза. Ее грудь поднимается и опускается от глубокого вдоха.

— Как я могу доверять тебе после всего?

— Как я могу доверять тебе? Мы оба лгали друг другу с того самого дня, как встретились. Мы живем в мире извращенных искажений. Я провел всю свою жизнь, прячась в потрепанном блокноте, который никто никогда не увидит.

Ее голубые глаза снова останавливаются на мне.

— Может быть, мы не можем доверять друг другу, — продолжаю я. — Может быть, нам просто нужно решить, достаточно ли совпадают наши эгоистичные интересы, чтобы преследовать одну и ту же цель. Насколько ты хочешь быть свободной, Джулия? Достаточно, чтобы рискнуть узнать правду?

Она сжимает губы и отводит взгляд. Выражение ее лица непроницаемо, поскольку она борется сама с собой. После долгого молчания ее взгляд снова останавливается на мне.

— Прекрасно. Тогда дай мне причину доверять тебе, — говорит она.

— Каким образом?

— Расскажи мне, что ты задумал, и позволь мне решить, присоединиться к тебе или убить.

Наши взгляды встречаются, когда ее пальцы сжимаются вокруг моих.

Я делаю глубокий вдох.

— Хорошо.

Я не обращаю внимания на стук своей крови.

Она права. Это лучший способ — единственный способ — и я так устал от такой жизни. Если это закончится сегодня вечером, я буду не против.

— Помолвка со Скарлетт МакАртур реальна, — начинаю я, — но это не имеет ничего общего с любовью. У меня никогда не было выбора, и я узнал об этом только несколько дней назад. МакАртур хочет, чтобы я был у него под каблуком. Ему нужен «Ред лиф», и я его связующее звено.

— А Скарлетт?

— Хочет единственного, чего у нее не могло быть.

Выражение лица Джулии меняется, давая мне еще один проблеск надежды.

— Свадьба запланирована на второе сентября, и на ней будут присутствовать ведущие члены картеля.

— Откуда ты знаешь?

— Я просто знаю.

— Шоу...

— Они будут там, хорошо? Если ты захочешь сделать ход, это будет твой шанс.

— Шанс на что?

— Это ты мне скажи. Чего ты хочешь, Джулия? Не мама Эйч, не твоя семья — , ты. Если я передам вам картель и МакАртуров, что вы с ними сделаете?

Она снова замолкает.

Дождь после прошедшей грозы барабанит по крыше хижины. Я делаю все возможное, чтобы оставаться нейтральным, пока она осматривает мое лицо, мое тело, кровь на стенах и полу.

— Я отвечу на твой вопрос после того, как ты ответишь мне еще на один, — наконец говорит она. Ее голубые глаза встречаются с моими. — Где твой дедушка? Почему он не знает правды о тебе?

— Он в роскошном доме для престарелых на севере штата Нью-Йорк. И...

— И что?

Я с трудом сглатываю и борюсь с секретом, который хранила годами.

— Он не мой дедушка, — выдавливаю я.

— Как это?

Я качаю головой.

— Он бывший капитан картеля, который рисковал всем, пытаясь спасти меня.

Джулия ахает.

— Он был членом «Ред лиф»?! Это значит...? Шоу… Ты из картеля?

Я встречаюсь с ней взглядом, и она отшатывается. Без нее моя рука кажется холодной.

Больше нет причин прятаться.

— Картель будет на свадьбе, Джулия. Я знаю, что они будут там, потому что я провел последние два с половиной года, выполняя их приказы внедриться в организацию МакАртура, чтобы это произошло. У них нет намерения сотрудничать с МакАртурами в борьбе за контроль над Андертоу, и они, конечно же, не намерены сотрудничать с Хартфордами. Они хотят заполучить этот остров для себя. МакАртуры владеют мной только потому, что этого хотел «Ред лиф». Они послали меня сюда и держат дедушку в заложниках, чтобы гарантировать мое сотрудничество. Пока я выполняю приказы, он счастлив и в безопасности в роскошном оазисе, за который они платят. Если я взбунтуюсь или попытаюсь сбежать, они убьют его, или того хуже… Поверь мне, мы пытались.

Мой голос срывается, когда я отворачиваюсь.

— Вы пытались сбежать?

Слезы жгут мне глаза. Злые, разочарованные слезы.

— Да, дважды, — тихо отвечаю я. — В первый раз мы провели в бегах пять лет, прежде чем нас нашли и вытащили обратно. Во второй раз...

Я содрогаюсь при воспоминании о том пустом гостиничном номере. Ожидание, ожидание, ожидание… впустую.

Пока не раздался угрожающий звонок. Оружие мести. Месяцы ада на земле.

— Значит, МакАртуры не знают, что ты из картеля? Что ты здесь, чтобы навредить им, точно так же, как они послали тебя навредить нам?

Я киваю.

— МакАртуры не знают, кто я на самом деле. Я годами продвигался по служебной лестнице в их организации. Делать все, что они мне говорили, и быть хорошим солдатом, и все это от имени картеля. Я снабжал их информацией, выполнял контрмиссии против МакАртура, делал все, что они мне прикажут.

— А если ты не сделаешь то, чего хочет картель, они причинят вред дедушке?

— Да. — Я ерзаю под ее проницательным взглядом. — И, если бы он знал, чего мне стоит его свобода, он бы никогда этого не допустил. Он сделал бы все необходимое, чтобы лишить их рычага давления и дать мне больше шансов. Однажды он уже пожертвовал своей жизнью ради меня. Я не позволю ему сделать это снова.

Я вытираю слезы с глаз.

— Он единственный человек на этой планете, которому я небезразличен, Джулия. Единственный гребаный человек. Я не могу потерять его.

Джулия закусывает губу, слезы застилают и ее глаза.

— Не единственный человек, — шепчет она.

Я моргаю в ответ, все еще не веря, что она может так смотреть на меня после всего, что узнала. Может быть, ее собственная ситуация означает, что она может понять мою так, как никто другой не