Убогая жена. Доктор-попаданка разберётся... - Анна Кривенко

Когда Дмитрий дописал свои рекомендации и передал мне листок с аккуратными строчками, то коротко попрощался с Александром, после чего я проводила его к карете.

На улице было холодно, мороз пощипывал щеки, но я не спешила возвращаться в дом. Дмитрий тоже не торопился садиться в экипаж. В какой-то момент он замер, раздумывая над чем-то, а потом вдруг взглянул на меня испытующе.

— Вы… разве не ревнуете? — осторожно спросил он. — Простите, что спрашиваю, но… мне не хотелось бы, чтобы вы чувствовали боль.

Я удивленно моргнула.

— Нет, все в порядке, — ответила с легкой улыбкой. — Скажем так, мы с мужем не самые лучшие друзья. Мы даже не партнеры. Мы просто… никто друг другу.

Я произнесла это спокойно, без всякой горечи. И это была правда.

Лавринов смотрел на меня в явном недоумении.

— А что насчет развода? — осторожно поинтересовался он. — Мне кажется, вы не должны терпеть такое унижение…

Я усмехнулась:

— Разумеется, не должна. Но, Дмитрий, давайте будем честны… В этом мире у женщин не так много прав, хотя я собираюсь…

Я осеклась, не желая поспешно озвучивать мысль, которая уже несколько дней вертелась у меня в голове.

Лавринов пристально смотрел на меня, явно ожидая продолжения, но я лишь покачала головой.

— Разве что я найду способ, как это сделать, — закончила я.

Доктор кивнул, но в глазах его читалось сомнение.

— Если вам понадобится помощь, просто скажите, — тихо произнес он.

Я снова улыбнулась, на этот раз чуть теплее.

— Благодарю.

Лавринов сел в карету, и экипаж покатился по заснеженной дороге.

Я постояла еще немного, вглядываясь на удаляющийся транспорт, а потом развернулась и направилась обратно в дом.

* * *

Когда я вошла в холл, меня перехватил Мирон.

— Ну что? — спросил он, понизив голос.

— Лавринов уехал, — ответила я.

Парень кивнул, но не ушел, явно колеблясь, стоит ли говорить дальше.

— Госпожа… — наконец выдавил он. — Вы ведь не оставите нас?

Я нахмурилась.

— К чему этот вопрос?

— Просто… я вижу, как вы смотрите на хозяина.

Я замерла.

— И как же?

— Будто принимаете решение.

Я ничего не ответила, лишь задумалась.

Принять решение. Да, это было именно то, чего я пыталась избежать, но что неизбежно приближалось.

— Пока я еще здесь, но… не обещаю, что так будет всегда… — произнесла искренне.

Мирон опечаленно кивнул и, бросив на меня еще один внимательный взгляд, добавил:

— Я попрошу вас только об одном: если будете уходить, возьмите меня и тетушку Ядвигу с собой. Мне не нужно будет ничего платить! Я сам заработаю…

Парень осекся, словно смутившись своей горячности, а я не удержалась от улыбки. И все-таки замечательный у меня помощник получился…

— Что ж, мы сделаем всё возможное, чтобы остаться вместе… — произнесла я и похлопала его по плечу.

Парень ушел, успокоившись. Я уже тоже собралась подняться к себе, как заметила мелькнувшую в районе коридора тень. Синее платье служанки с белоснежными манжетами. Эти манжеты есть только у прислужниц Елизаветы. Значит, одна из них нас подслушала, и уже через несколько минут зловредная кузина узнает, что я, возможно, планирую уход из этого дома…

Но в душе было пусто. Меня больше не волновало абсолютно ничего. Кроме одного: я должна найти убийцу Натальи и отдать его под суд. Если это Елизавета, значит, так тому и быть. Прощать я ее не собираюсь…

Преступник должен понести заслуженное наказание…

Глава 45 Хитрость

Елизавета выздоравливала долго и тяжело. Александр был полностью поглощен уходом за ней, забывая даже о себе. Я оставила их друг другу и перестала вмешиваться, сосредоточившись на своих делах.

Каждый день я ездила в город к детям, проверяла, как они обустроились, привозила необходимые вещи. Обстановка в приюте постепенно становилась все более уютной, хотя работы было еще много. Ядвига помогала, передавая с посыльным домашнюю стряпню, а Мирон приносил новости о поместье.

Доктор Лавринов продолжал принимать пациентов, и я по мере возможности оставалась у него, помогая советами. Вскоре у нас сложилась своеобразная рутина: он ставил диагноз, я задавала уточняющие вопросы, иногда предлагала альтернативное лечение или добавляла важные детали. Каждый раз он смотрел на меня с новым изумлением, а я делала вид, что ничего особенного не происходит.

Но однажды после приема, когда последний пациент ушел, он неожиданно закрыл входную дверь и обернулся ко мне.

— Дорогая Варвара Васильевна! — начал он, и в его голосе было что-то странное.

Я даже немного напряглась, хотя с некоторых пор начала считать его своим другом.

Он сделал несколько шагов в мою сторону, подходя вплотную, и не сводя с меня глаз, произнес:

— Дико извиняюсь, но я вынужден быть настойчивым. Откуда у вас такие знания?

Я сжала пальцы на складках платья.

— Что вы хотите этим сказать?

— Их нет ни в одной книге, — продолжил он с нажимом. — А у меня, на минуточку, все возможные издания вплоть до четырехсотлетней давности. Ваши знания уникальны, и вы не могли получить их, просто читая книги…

Он посмотрел на меня так требовательно, что я почувствовала себя крайне неуютно. Ну вот что он пристал? Все же было так хорошо: он лечил, я подсказывала — и всем было удобно. Но нет, ему обязательно надо докопаться до сути.

Поджала губы и сухо ответила:

— Возможно, я читала те книги, которые не читали вы.

— Но я прочел всё, что можно найти в нашем княжестве, поверьте! — воскликнул Дмитрий, явно раздосадованный. — Вы должны мне рассказать свой секрет!

Я усмехнулась.

— В моем лексиконе нет слова "должна".

Лавринов выдохнул и потер переносицу.

— Варвара Васильевна, я не шучу. Это не просто интерес… Вы понимаете, что ваши знания могут изменить медицину?

Я ничего не ответила, а он покачал головой, продолжая смотреть на меня с упрямой настойчивостью.

— Хорошо, допустим, вы не хотите мне говорить… но рано или поздно я все равно узнаю.

— В самом деле? — я склонила голову набок.

— Конечно. Потому что это противоестественно! — Дмитрий развел руками. — Вы словно знаете наперед, какие болезни появятся через сто лет! Вы используете термины, которых никто не слышал, описываете симптомы, о которых не пишут в трактатах.

Я молчала, а он продолжал с напором:

— Скажите честно, хотя бы намекните… Вы нашли какую-то тайную библиотеку? У вас был наставник? Или вы сами занимаетесь исследованиями?

Мне стало даже немного жаль его. Я видела, что он действительно заинтригован и что для него это не просто вопрос любопытства.

— Дмитрий… — я