Убогая жена. Доктор-попаданка разберётся... - Анна Кривенко

Однажды я усвоила один урок в жизни. Это случилось тогда, когда я еще была студенткой. Проходила практику в онкодиспансере, курировала палату для умирающих. И была среди них одна светлая женщина — христианка. Она тоже умирала, но… всегда улыбалась. Я поражалась свету, исходящему от нее. Этим светом заражались и остальные в палате, потому что она каждое утро рассказывала всем о том, как прекрасен каждый день нашей жизни.

— Один день также замечателен, как и целая жизнь, — говорила она. — Можно наслаждаться жизнью каждое мгновение, и не будет в душе печали или сожалений. Человечество склонно бежать вперед и не ценить то, чем оно обладает. Какое прекрасное небо за окном, как светит солнце. И мы можем дышать, общаться друг с другом, просто быть счастливыми, потому что мы так решили! Бог видит наше смирение и обязательно поможет…

Ее слушали с открытыми ртами, я и сама заслушивалась, и ее слова невольно входили в мое сердце. Именно тогда я поняла, что не нужно бояться трудностей. Есть путь — иди по нему. Закрой глаза доверься Богу и дерзай! И вот сейчас я очень ярко вспоминала слова этой женщины, понимая, что хочу сотворить невозможное.

И меня не остановить. Да поможет мне Бог…

Кстати… та женщина… к изумлению врачей, выздоровела, а вместе с ней половина ее палаты пошла на поправку. Было проведено целое исследование, доказавшее, что позитивный настрой напрямую влияет на самочувствие и здоровье…

* * *

Я выпрямилась, постукивая пером по краю стола.

Если бы существовали женщины-лекари, специализирующиеся на лечении женщин, разве это не стало бы сенсацией?

Представила молодую аристократку, которая боится рассказывать мужчине-врачу о своей болезни. Какой бы популярностью пользовалась женщина-доктор, если бы пациентки могли приходить к ней?

Когда я покидала библиотеку, внутри меня было странное чувство.

Как будто я только что сделала важнейшее открытие в своей жизни…

* * *

— Каким образом я могу получить документы о полном медицинском образовании в самый короткий срок?

Дмитрий Лавринов, который в этот момент с невозмутимым видом перекладывал на столе какие-то бумаги, резко замер. Его рука зависла в воздухе, а затем он медленно поднял на меня взгляд.

— Что?

— Вы всё правильно поняли, доктор. Мне нужны документы, позволяющие официально практиковать медицину… не как ваша помощница, а как полноценный лекарь.

На этот раз он откинулся на спинку кресла, скрестил руки на груди и хмыкнул.

— Варвара Васильевна, боюсь, вы слишком оптимистично настроены.

Я улыбнулась.

— Ну мы ведь еще не пробовали…

Дмитрий вздохнул и устало потёр переносицу.

— Увы, таковы законы нашего княжества. Сертификаты и дипломы выдаются исключительно мужчинам. Чтобы доктором стала женщина… такого я не помню. Поймите, я ничуть не принижаю ваших талантов, вы поразительны, но… боюсь гениальности мало для получения того, чего вы хотите. Вас даже на экзамены не допустят. Максимум, что вы можете получить, это право вести личный медицинский кабинет с ограниченной практикой. И я скажу вам, что это немало. Стабильный доход будет вам обеспечен…

— Нет, и всё же… есть ли варианты, как обойти нынешние предубеждения к женщинам…

Дмитрий выглядел напряженным, но всё же ответил:

— Если бы вас признала сама княгиня, если бы она публично выразила доверие вашему таланту, тогда… вам, возможно, разрешили бы сдать экзамены. Но шанс на то, что вы сдадите их хорошо, минимален. Коллегия главных докторов очень придирчива…

Он не договорил, но я всё поняла.

— И как мне попасть к княгине?

Дмитрий неопределённо пожал плечами.

— Не знаю. Она уже полгода как не принимает никого. Даже самые влиятельные люди княжества не могут добиться аудиенции.

— Почему?

— Это тайна. Никто не знает.

Я задумалась. Это было интересно. Почему правительница, некогда известная своим участием в делах княжества, вдруг ушла в тень? Болезнь? Личная трагедия? Или что-то иное?

— Но ведь если есть тайна, значит, есть и способ её раскрыть, — медленно произнесла я.

Дмитрий усмехнулся.

— О, теперь я вас узнаю. Вы не ищете лёгких путей.

Я улыбнулась в ответ.

— А иначе было бы скучно.

Внутри меня вспыхнул азарт. Попасть к княгине — вот мой следующий шаг.

— Доктор, скажите, а у вас нет знакомых при дворе?

Глава 48 Фрейлина

Лавринов снова задумался.

— Знаете, есть один человек. Граф Сергей Романов. Он уже не первый год является меценатом моей лечебницы и хорошо известен княжеской семье. Если кто и может рассказать, что творится при дворе, то это он.

Я кивнула.

— Тогда мне нужно с ним встретиться.

— Я могу передать ему весточку, но гарантий никаких, — предупредил Лавринов.

— Передайте, — твёрдо ответила я.

Дмитрий усмехнулся и наклонился ко мне.

— Вы меня пугаете, Варвара Васильевна. Но знаете, что самое забавное?

— Что?

— Я хочу увидеть, как далеко вы зайдёте.

Я тоже этого хотела.

Теперь у меня была новая цель. Найти способ попасть к княгине и доказать, что женщина может быть врачом.

* * *

Лавринов сдержал слово и уже на следующий день договорился о встрече с графом Романовым. Важная персона, близкая ко двору — он был моим единственным шансом приблизиться к княгине. Я прекрасно понимала, что зацепиться за такую возможность — всё равно что ухватить ускользающий луч солнца в пасмурный день, но я не могла не попробовать.

Я прибыла в особняк графа ровно в назначенный час. Это было величественное здание с высокими колоннами, за которыми скрывался тенистый сад. Лавринов сопровождал меня, но на пороге нас встретил мажордом и сообщил, что граф примет только меня. Доктор бросил на меня взгляд, полный поддержки, но я лишь кивнула. Мне предстояло войти в логово льва в одиночку.

Великий граф Романов — по совместительству еще и друг самого князя Яромира — встретил меня в своём кабинете, роскошном, пропитанном запахом чернил и дорогого табака. Он сидел за массивным письменным столом, осматривая меня оценивающе, словно решал, стоит ли вообще со мной разговаривать.

— Значит, это вы, та самая… необычная барышня, что желает перевернуть наш уклад? — проговорил он, лениво откидываясь в кресле.

Я сжала руки в перчатках, но голос мой прозвучал твёрдо:

— Я всего лишь хочу помогать людям, ваше сиятельство.

Он хмыкнул, отложил трубку и чуть подался вперёд.

— Какое высокое стремление. Но вы, должно быть, понимаете, что женщина, требующая себе права равного положения с лекарями-мужчинами — это немыслимо.

Я выдержала его испытующий взгляд.

— Разве забота о больных — это не благородное дело? Неужели пол и звание должны