Научи меня плохому - Анель Ромазова

не больше. Платит офигенно. Я сдуру подписалась и… не хочу деньги терять, а тут, как назло, подвернулась подработка в театре. За боди-пейтинг, пипец, как хорошо платят. Ну роспись по телу, — поясняет, когда я неё длительно и не отрываясь смотрю.

— И? От меня что надо?

— Как что, за котом присмотреть. Он из той же породы, что наш Оскар. Наглый русский, только не кастрирован кажется, — прыскает в кулак, а после давится смехом и эклером, толком не прожевав.

Подскакиваю со стула, чтобы потрясти сестру под рёбра и не дать ей задохнуться. Она машет мне рукой, дескать, оказание первой неотложной не требуется.

— Оскар голубой русский, — исправляю неточность, на что Иринка заходится гоготом, заваливаясь на мою кровать.

— Не, не… этот нормальный, дикий, правда, но ты же умеешь обращаться с котами. Знаешь, как за ними ухаживать, в отличие от меня. Пожалей животное, а то накормлю чем-нибудь, чипсами, например, и его стошнит. У них дача на выселках. Тишина, красота. Ты и кот. Вась, я предлагаю предел твоих фантазий, плюс не бесплатно, — откинув, отключившуюся плойку, отыскивает под собой телефон.

Сманивает невероятными фотками уединённого домика, возле речки. Живописная панорама и, главное, никого вокруг. Район мне хорошо знаком и территория находится под охраной, потому что простые обыватели не могут себе позволить купить лимитированный и страшно дорогой участок.

Добираться туда на маршрутке не меньше двух часов, потом пешком телепаться минут сорок и как бы я в раздумьях.

— Когда ехать нужно? — с осторожностью вникаю в заманчивую перспективу отдохнуть от всех душей и телом.

Иринка маячит передо мной двухместным джакузи.

— Вчера. Мне было лень тащиться на ночь глядя. Голодный котяра, наверно уже диваны погрыз. А, это, такси приедет через пятнадцать минут.

А как же минутку на подумать и взвесить?

Их меня лишают с бесцеремонностью метеора, ворвавшегося в мой шкаф. Иринка бросает в небольшую сумку вещи. Я расторопно пихаю в кофр ноутбук и зарядку к нему.

Что ещё?

Мобилизовав соображалку, собираю необходимый на два дня минимум для досуга.

Справляемся в две руки, использовав бесплатное ожидание таксиста, но Иринка уверяет, что заплатит сама через приложение.

— Вперёд! — она запихивает меня в машину с шашечками, включая с опозданием некие опасения.

Я знать не знаю, что она накидала из одежды. Оставаться дома не хочется. Обуревает беспокойство, куда я еду с бухты барахты и ничего не проверив. Уповаю на веру сестре, которая мутит авантюры беспрерывно.

Но внутри меня всё кипит. Я пытаюсь убавить температуру, но чувства странные сносят крышку и это варево, уже пригорает.

Я хочу вернуть себя себе. Не делиться с Резником, но почему-то не выходит. Макар заселяет мысли, словно завоеватель, проломив каменную башню, быстрым шагом продвигается к трону, чтобы сместить сердце и самому там разместиться.

— Приехали, — озвучивает таксит на пару с навигатором, пожелавшим мне не забывать в машине вещи.

— Как? Уже? — путь был неблизкий, но я витала в облаках и не заметила или водитель гнал и не заслужил пять звёзд и хвалебный отзыв.

Ничего не могу сказать по этому поводу, на кочках не трясло.

Забираю багаж, отметив, что доставили меня прямо к двери домика, как-то миновав пропускной пункт. Скорее всего, этот что-то на богатом, когда перед тобой свободны все дороги.

Смешно становится, потом страшновато. Как прекрасно, что я не смотрю всякие кошмары про улицу вязов, к слову сказать, они здесь и растут недалеко от берега речки, участками покрытой льдом.

Красота неописуемая. Свежий воздух пьянит.

Набираю на электронном замке код, вдыхая без устали запахи чистой древесины и комфорта. Проверяю телефон. От Макара нет ни звонков, ни сообщений.

Ему совершенно плевать, как я отнеслась к вскрытой, голой и такой неприятной правде.

Его статус, как гены, пальцем не прикроешь и корректором не замажешь. Я добрая, не лишена сострадания, ко всем отношусь с пониманием, но Владу ненавижу.

Прости меня господи за такие мысли.

Хочу, чтобы её не было. Чтобы она исчезла и не стояла, будто кость в горле между мной и… Резником.

Снимаю пуховик, аккуратно повесив его на плечики в коридоре. Ботинки ставлю с краю от полки. Подошва уляпана грязью, а внутри всё светло-бежевое и блестит.

— Кис-кис. Кис. кис, — в спешке я не поинтересовалась, как зовут питомца.

Ира вскользь обмолвилась, что где-то в кухне оставили инструкцию. Следую прямиком туда, но из окон до самого пола, открывается потрясающая панорама. Стоять в тепле и любоваться на природу — это нечто завораживающее.

Кладу ладошки на стекло, пытаясь объять необъятное.

Божечки, просто зачарованный лес на том берегу.

Сглатываю. Слышу позади себя шорох шагов, но вскинуться и обернуться не успеваю.

Мои ладони покрывают крепкие мужские. В спину впечатывается твёрдый и жаром стреляющий торс. К моему уху приникают горячие губы, заставляя все органы скакать в безумном темпе. Я будто законсервирована в объятиях Макара. Его прикосновения безбожно превращают внутренности в хлипкий кисель.

Дрожу и продышаться не в состоянии.

Сердечко моё несчастное крошится. Где его теперь искать? Оно падает и рассыпается Макару под ноги. Он проходится одним долгим, голодным, напористым поцелуем по шее, активируя во мне что-то такое, что не поддаётся разуму.

После его слов, вообще, собственным воздухом захлёбываюсь.

— Сдаюсь, Ромашка. Ты победила. Нокаут. Я влюбился, — хрипло. Густо. Без раздумий. На поражение.

.

= 42 =

— Ты специально это сказал, чтобы задурить мне голову окончательно? — с наивной простотой надеюсь, что Макар ответит честно, или распознаю фальшь открытыми порами. Настроенными на Резника фибрами уловлю.

На самом деле, мне никаких подтверждений не требуется. У Макара особая порода, когда он говорит по делу. Кратко, ёмко, не сглаживая неприглядное, если оно всё же есть.

Заявит и как хочешь это понимай.

Влюбился он. Неужели правда? Возникает закономерный вопрос, в меня ли он влюбился и вот как раз это за гранью фантастики, потому что так не бывает.

Он и я. Что между нами общего?

— Даже не собирался ничего пудрить. Я не такой, Вась, — смешок короткий и горячий, колышет волосы и вид из окон уже не привлекает. Закрутившийся внутри ураган, поглащает с макушки до пяток, — Об аборте я узнал, когда собирал шмотки, чтобы съехать от Влады. Наткнулся на её амбулаторную карту, и оттуда выпало её заключение. Вечером у меня был назначен подпольный бой, после которого я закрывал все долги перед одним …ммм… неприятным чуваком. Влада с ним трахалась. Я их застукал. С разводом тянет она, а не я. Связанным обязательствами