Ее душа - Харли Лару

будто парил над землей. Дом весь состоял из острых углов, бетона, стали, деревянных балок и огромных панорамных окон, сквозь которые доносились глухие ритмичные басы, слышные даже в машине. За стеклом виднелись танцующие люди.

Чем ближе подступал последний день октября, тем неспокойнее становилось у меня на душе. Весь университет только и говорил, что о легендарной вечеринке в доме Хэдли, и поскольку меня считали их близкой подругой, то люди постоянно спрашивали, могу ли я достать приглашение или вход открыт для всех желающих?

Я выбралась из машины, одетая как Велма из «Скуби-Ду»: в оранжевом свитере, короткой юбке и теплых цветных чулках. Тревога в груди сжалась в плотный комок. На душе было неспокойно. Более того, я знала: мне нельзя здесь находиться. Но что сделают Хэдли при таком скоплении народа? Принесут меня в жертву посреди толпы, замаскировав убийство под шуточный ритуал?

В довершение ко всему солнце опускалось все ниже. Последние лучи пробивались между деревьями, тени сгущались. Я знала, что в темноте прячутся монстры. Они следят за мной и ждут момента, чтобы схватить.

Черепа, висевшие возле дома и не подпускавшие ко мне тварей, практически истлели. Я перестала там появляться, перебравшись к Инайе. Трент до сих пор не вернулся из командировки, и ей было приятно мое общество. Вот только даже в городе по ночам слышался жуткий вой. Инайя говорила, это лисы, хотя я-то знала правду. В темноте охотились существа пострашнее.

Я не хотела напиваться, но для храбрости придется глотнуть. В доме наверняка найдется что-нибудь полезное: оружие или волшебный амулет, способный отвадить монстров. Или, может, даже заклинание, которое раз и навсегда отведет от меня внимание неизвестного бога.

Я и сама не знала, что именно буду искать. Однако найти это необходимо.

Можно было бы принять помощь Леона… но нет, я же гордая и все испортила.

Прикусив губу, я смотрела на особняк. Надежда на возвращение демона таяла с каждым днем, и я решила притвориться, будто Леона никогда и не было… словно мое тело позволит мне его забыть. Скорее всего, он вместе с гримуаром давно вернулся в Преисподнюю.

Ну и пусть. Сама справлюсь.

У входа выстроились машины. Стоило нам открыть дверь, как по ушам ударила музыка. Несмотря на холод снаружи, в доме было жарко. Воздух пропитался запахом травы и алкоголя. Разговоры сливались в единый гул, я даже не расслышала, что сказала Инайя, когда она вдруг улыбнулась и пошла куда-то в глубь дома.

Я последовала за ней, но не успела сделать и нескольких шагов, как позади раздался пронзительный вопль.

– Рэй! О боже, я так рада, что ты пришла!

Меня сгребли в охапку, и я сразу поняла, что это Виктория. От нее снова пахло ванилью. Виктория чмокнула меня в щеку, потом так же шумно поприветствовала Инайю. На хозяйке дома был обтягивающий черный комбинезон с красными шпильками и кожаная маска в виде кролика. Волосы собраны в высокий хвост.

Подхватив нас под руки, Виктория решительно рванула сквозь толпу.

– Надо выпить, девочки! Ах, эти чулочки, Рэй, просто прелесть!

Говорила она слегка заплетающимся языком. Мы с Инайей обменялись веселыми взглядами.

Виктория провела нас в огромную гостиную, где из мощных динамиков у дальней стены гремела музыка. Рядом, отделенная барной стойкой с голубыми светодиодами, располагалась кухня, где обнаружились бутылки с алкоголем, фрукты, лед… и Иеремия.

Он восседал на столешнице и лил текилу в разинутые рты двух девушек. Те давились, торопливо заедая алкоголь дольками лайма. Иеремия смеялся.

– Кто следующий? – прокричал он и обернулся. Завидев нас, поднял руку и махнул: – Эй! Рэй! Теперь твоя очередь!

– Нет уж, спасибо, – поспешила отказаться я, хотя Виктория уже рылась в бутылках, словно ведьма в своих зельях.

Нехорошее подозрение скрутило желудок судорогой. Как бы Виктория не подмешала мне чего-нибудь… Нет. Она ведь не станет. Правда?

Странное это ощущение – бояться, что твоя подруга может тебя убить. Почти паранойя. Разум цеплялся за привычную реальность, и где-то глубоко внутри голос твердил: «Виктория дурачится. Ты никому не нужна, не выдумывай».

Инайя покачала головой. Иеремия тем временем спрыгнул со стойки и подошел ближе, встав рядом с нами и сияя белозубой улыбкой. Он был без рубашки, в одних белых брюках с подтяжками и в котелке. Лицо разрисовано как у мима. Я раньше не видела его с голым торсом и теперь отметила, что все кубики на месте, а бицепсы, как им положено, бугрятся.

Иеремия протянул мне бутылку.

– Ну давай, – усмехнулся он. – Один маленький глоточек.

– Ты такого слова не знаешь – «маленький», – фыркнула Инайя.

Я, похоже, слишком внимательно его разглядывала, потому что Иеремия довольно ухмыльнулся и спросил:

– На что засмотрелась, красавица?

На миг перехватило дыхание – будто невидимые пальцы крепко и властно сдавили мне горло. Но спустя мгновение все исчезло. Я судорожно вдохнула, оглядывая толпу в поисках знакомого силуэта…

Иеремия же решил, что впечатлил меня своим голым торсом.

– Расслабься, Рэй, – протянул он. Скользкий взгляд вызвал чувство гадливости. – Вечерок будет жарким. Отдохни, развлекайся.

Он подмигнул и, к счастью, отошел раньше, чем меня передернуло. Иеремия и представить не мог, что веселиться я умею, как никто другой. Только не с ним.

Едва он исчез в толпе, как ощущение чужих пальцев пропало. Сердце все еще колотилось, но я слишком хорошо знала это чувство.

Неужели Леон где-то рядом?

– За самую безумную ночь года! – прокричала Виктория, вскидывая красный пластиковый стакан. Еще два вручили нам с Викторией. Свой она осушила залпом.

Несмотря на тревогу, я сделала глоток. Напиток оказался сладким, холодным, с легкой горчинкой, почти не выдающей, сколько в нем алкоголя. По телу разлилось тепло, оседая в желудке. Если Виктория и дальше будет наливать спиртное в таких дозах, нужно быть осторожнее.

Надо бы найти предлог, улизнуть и осмотреться. Только вот Виктория не отходила от нас с Инайей ни на шаг. Народ еще не успел как следует напиться, и мое исчезновение могли заметить. Стоит попробовать минут через сорок или через час…

– А где ваши родители? – спросила я, перекрикивая музыку.

Виктория покачивалась. Не прошло и десяти минут, как она допила первый стакан и взялась за второй.

– Уехали отдыхать, – ответила она. – У них коттедж на побережье. Иногда ездят туда «вспомнить молодость». – Она закатила глаза.

Значит, старших Хэдли нет дома. Это хорошо. Меньше проблем.

Виктория посмотрела на меня, и ее полуприкрытые глаза затуманились.

– А твои где?

– В Испании, – ответила я. Кажется, она уже спрашивала? – Вышли на пенсию и переехали в Европу. Звали меня