Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

знаю. Сегодня весь день говорили о том, как важен добровольный выбор дракона. А про выбор человека почти не говорили.

Он задумался.

— Когда Тарн выбрал меня, мне было шестнадцать. Я хотел этого столько лет, сколько себя помню. Все мужчины в моей семье служили. Отец был всадником, дед тоже. Я даже не рассматривал другую жизнь.

— Значит, выбор был.

— Был. Просто очень предсказуемый.

— А потом сожалели?

Роэн провел ладонью по чешуе Тарна.

— О нем — никогда. О некоторых вещах, которые приходили вместе со службой, да.

— Война?

— В том числе.

Я впервые говорила с ним о чем-то, что не касалось непосредственно Теона.

Не о правилах.

Не о безопасности.

Не о ребенке.

И он, кажется, заметил это тоже.

— А вы? — спросил он.

— Что я?

— Всегда хотели работать воспитательницей?

— Нет. В детстве я собиралась открыть книжную лавку.

— Почему передумали?

Я улыбнулась.

— Потому что в четырнадцать лет помогала соседской девочке учиться читать. Оказалось, мне нравится момент, когда человек вдруг понимает то, что еще вчера казалось ему невозможным. Потом была другая семья. Потом еще. В какой-то момент я решила, что лучше буду учить детей, чем продавать книги их родителям.

— А школа?

Я посмотрела на него.

— Норен рассказал?

— Вы сами упоминали в первые дни. Просто тогда я думал, что это далекий план.

Он запомнил.

Почему-то именно это оказалось приятно.

— Не настолько далекий, как был раньше. Если я когда-нибудь перестану работать у богатых семей, хочу открыть небольшую школу. Не для знати. Для детей торговцев, ремесленников, служащих. Людей, у которых достаточно денег на еду и дом, но не на частного учителя.

— В столице?

— Возможно. Там проще найти учеников. Но аренда дорогая.

— Поэтому согласились на предложение Норена.

— В том числе.

Роэн посмотрел на меня.

— А я думал, вы приехали исключительно ради возможности спорить со мной.

— Это оказалось приятным дополнением.

Он рассмеялся.

Тихо, чтобы не потревожить Тарна.

Я тоже улыбнулась.

— Если серьезно, жалованье было одной из главных причин согласиться на собеседование. Я не собираюсь притворяться, что меня привлекли загадочные условия и закрытое поместье неизвестного мужчины.

— Очень романтично.

Слово прозвучало неожиданно.

И между нами на секунду появилось что-то неловкое.

Не неприятное.

Просто новое.

Я отвела взгляд к дракону.

— Вы сами назначили сумму.

— Потому что понимал, чего прошу.

— Тогда почему столько предыдущих учителей уходили?

— Большинство не знало правды о Теоне. Они приезжали на короткие занятия. Мне не нравилось, что каждый новый человек увеличивает риск.

— Значит, вы увольняли их до того, как ребенок успевал привыкнуть.

— Да.

— Теперь понимаете, почему он в первый день спросил, могу ли я уйти когда хочу?

Роэн медленно выдохнул.

— Теперь да.

— Тогда почему со мной решили иначе?

Он не ответил сразу.

Я почти пожалела, что спросила.

Но Роэн все-таки сказал:

— Норен настоял на постоянной воспитательнице. Я согласился дать месяц. Потом увидел, что Теон за несколько дней начал делать вещи, которых раньше избегал.

— Писать?

— Не только. Он стал просить меня завтракать вместе. Раньше просто принимал, что меня нет. Начал спорить о прогулках не потому, что хотел нарушить приказ, а потому, что понял, что может сказать, чего хочет. Стал приносить мне свои задания. Рассказывать о кухне, конюшнях, ваших странных уроках с мешками муки.

— Они не странные.

— Теон рассчитывал, сколько свечей можно сэкономить, если я буду работать на час меньше по вечерам.

Я рассмеялась.

— Я не давала такого задания.

— Знаю. Он придумал сам.

— Значит, обучение работает.

— К сожалению.

Мы снова замолчали.

Тарн открыл глаз, посмотрел на нас и снова закрыл.

— Вы хороший отец, — сказала я.

Роэн повернул голову.

Похоже, такого он не ожидал.

— Вы говорили мне обратное почти с первого дня.

— Нет. Я говорила, что вы иногда делаете плохие выводы из хорошего желания защитить сына. Это не одно и то же.

Он смотрел на меня слишком внимательно.

Я продолжила, потому что теперь уже отступать было странно:

— Вы любите Теона. Слушаете, даже если не сразу. Меняете решения, когда понимаете, что ошиблись. Для человека, привыкшего командовать, это вообще серьезное достижение.

— Сейчас должна быть часть, где вы добавляете недостатки.

— Их слишком много. Уже поздно перечислять.

Он улыбнулся.

Потом вдруг стал серьезным.

— А вы очень хорошо с ним обращаетесь.

— Это моя работа.

— Мы оба знаем, что дело уже не только в работе.

Я почувствовала, как пальцы сами сжались на краю рукава.

Не потому, что слова были признанием.

Не были.

Просто он сказал вслух то, чего я старалась пока не формулировать.

Я привязалась к Теону.

Слишком быстро.

Наверное, этого и следовало ожидать от человека, который каждый день проводит с ребенком.

Но здесь все ощущалось сильнее из-за того, что Теон доверял мне вещи, которых не говорил другим.

Из-за могилы.

Из-за ночного нападения.

Из-за того, что именно мою руку он искал, когда рядом оказывалось слишком много чужой боли.

— Да, — ответила я. — Уже не только.

Роэн кивнул.

Больше ничего не сказал.

И я была ему благодарна.

Некоторые разговоры не нужно сразу превращать во что-то большее.

Мы постояли рядом еще несколько минут.

Потом Тарн поднял голову.

Роэн тоже мгновенно посмотрел на восток.

— Что?

— Дикий дракон проснулся.

— Вы чувствуете?

— Через Тарна. Он услышал.

Я улыбнулась.

— А я просто слышу, как там кто-то разбивает миску.

Из-за стены действительно донесся металлический грохот.

Роэн рассмеялся.

— Видимо, у каждого свои способности.

— Моя значительно практичнее.

Мы пошли обратно к дому.

У лестницы Роэн остановился.

— Элина.

Я повернулась.

— Если станет слишком опасно, я отправлю вас из Ранвеля.

Спокойствие исчезло мгновенно.

— Нет.

— Я не спрашивал.

— А зря. Мы только что провели приятный разговор, не портите достижение.

— Я серьезно.

— Я тоже.

Он нахмурился.

— В мой дом уже проникли вооруженные люди. Вы не обязаны оставаться рядом с Теоном, если ситуация станет хуже.

— Именно я вывела Теона, когда они проникли. Значит, мое присутствие оказалось полезнее отсутствия.

— В следующий раз вам может не повезти.

— В следующий раз охрана будет подготовлена лучше.

— Это не аргумент.

— А ваш аргумент состоит в