Сломленная истинная - Ивина Кашмир

была против. Но кто её стал бы слушать? Никто. Вскоре её насильно выдали замуж. Когда я говорю — насильно, я это и имею в виду. В их браке было всё, и насилие, и побои, и бесконечные измены, которые Кларисса хоть и не терпела, но ничего не могла с ними поделать. Аластан хоть и был гулякой, который спал даже со слугами, но он был одержим женой. Одержим настолько, что запирал её на долгие дни в подвале, думая, что она может от него сбежать. Он прекрасно знал, что она его не любит, знал, что где-то там у неё есть истинный, к которому она рвётся, и это сводило его с ума. Когда Кларисса родила Эднанда, Аластан был на седьмом небе от счастья. Устроил пир в замке, и пока все вокруг веселились, у Клариссы появился шанс на побег. Она оставила сына, которому не было и месяца, лежать в колыбели, а сама выскользнула из замка. Честно? Её поступок был очень глупый. Но на что только не пойдёт отчаявшаяся женщина, не так ли? В общем, на границе её поймали. Аластан был в гневе. Хотя... «в гневе» — мягко сказано. Вернул, избил до потери сознания, но это были лишь цветочки. Самое страшное случилось через несколько часов. Он пригласил двух архимагов, специализирующихся на чёрных ритуалах, и те провели ритуал. Знаешь какой? Пропустили тьму через бедную Клариссу. Не описать словами, какие мучения она испытала. Она не умерла, а превратилась в живого мертвеца. Аластан, увидев супругу, ужаснулся, попросил вернуть всё обратно. Но разве способны светлые маги на созидание? Они могут лишь разрушать. В общем, у них ничего не получилось. Кларисса на долгие годы осталась тлеющей нежитью. Аластан приходил каждый день и горько плакал, вымаливая прощение. Как ни странно, прожил он долгую, яркую жизнь, правда, больше ни разу так и не женился...

Закончив рассказ, Тьма умолкла.

А я, чувствуя нарастающий шум в ушах, бросила потрясённый взгляд в сторону леди Агнард.

По её чёрным щекам текли слёзы.

— А что... — сипло произнесла я, — а что с её истинным? Почему он не пришёл за ней? Почему не спас?

— Ты задаёшь вопросы, ответы на которые я не знаю.

Повисла вязкая тишина, нарушаемая лишь стуком моего бешено колотящегося сердца.

Мне искренне жаль леди Агнард. Настолько чудовищную жизнь и врагу не пожелаешь. На фоне её проблем мои кажутся такими... никчёмными.

У меня есть руки и ноги. Я могу свободно передвигаться. У меня есть голова. У меня есть силы. И у меня есть Эш.

В своё время мне помогли, и я смогла сбежать от предателя. А вот Кларисса Агнард не смогла, за что и поплатилась вечными страданиями в виде горения заживо...

— В общем, заклятье снимешь в два счёта, — протянула Тьма. — С твоими силами это не проблема. Но тебе потребуется парочка людей. Нужна их жизненная энергия. Есть неугодные на примете?

— Есть, — выдавливаю, поднимаясь с пола.

— Держи, — склизкая культя протягивает скомканную бумажку, — тут ритуальные слова.

— Спасибо, — бормочу, шагая к Клариссе.

Дойдя до женщины, я дотрагиваюсь до её раскалённой ладони и тихо говорю:

— Я вас прямо сейчас забираю. Отправимся кое-куда, и там же я прочитаю заклинание. Если вы не против, конечно.

Потрескавшиеся губы растянулись в слабой улыбке.

— Матушка Тьма, — я обернулась к Тьме, которая уже начала сворачиваться кольцами, — прежде чем вы уйдёте, можете подсказать адресок моих бывших родственников? Любовница Артиана упоминала, что их замок где-то неподалёку.

— Конечно, дорогая.

Мне в руки упала ещё одна скомканная бумажка.

Я сняла браслеты и кулон, подаренные Рейнардом, отставив их лежать на полке.

— Эш... — позвала я друга, и когда тот материализовался на плече, добавила: — Поможешь перенести леди Агнард?

Через двадцать минут мы оказались у кованых ворот, отливающих золотом. За ними возвышался пятиэтажный особняк, больше похожий на дворец.

Глава 53

— Хорошо живут, — произнёс Эш, когда мы уложили Клариссу на траву. — Артиан своей постельной грелке дворец возвёл. Но... почему? Неужели влюбился?

— Не думаю, — хмуро сказала я, подкладывая под голову леди Агнард свой плащ. — Она просто умеет хорошо просить. Может, наговорила ему всякой чепухи — вроде того, что её родители растили его истинную, и прочее.

Эш скривился.

— Артиан узнал, что они к тебе плохо относились, и всё равно, — он кивнул в сторону ворот, — приобрёл для них этот роскошный домище. Где логика?

— Без понятия, — я пожала плечами. — Они построили своё счастье на моём несчастье, Эш. Люди, которые с детства меня били и унижали, получили своё «долго и счастливо».

— Хочешь сказать, что, не возьми ты их с собой в замок Артиана, всё могло сложиться иначе?

— Не взять их было невозможно, — я горько усмехнулась. — Они бы мне кости переломали, взбеленись я. Но Артиан всё равно бы мне изменил, — со вздохом произнесла я, выпрямляясь. — Не с Мирой, так с другой. Дело не в этом. Просто такие, как Дарла и Брок, закоренелые злодеи, не должны побеждать. А Мира хоть и не издевалась надо мной в детстве, но за предательство обязана ответить. Я ведь долгое время думала, что она самый близкий для меня человек. Но я жестоко ошибалась на её счёт. Она предала меня при первой же возможности.

Ворота подались без труда. Их скрип разрезал тишину, и не успели мы вступить во двор, как к нам выбежали около пяти головорезов.

— Он ещё и охрану им приставил! — прыснул Эш. — Неужто знал, что ты явишься?

— Может, и знал, — прошептала я, заметив, как тяжёлые золотистые двери распахнулись.

Брок и Дарла вышли одновременно.

На ней тёмно-фиолетовое платье, щедро расшитое камнями, будто она собралась не во двор, а на приём к императору.

На нём золотистый пиджак, сидящий с чужого плеча, и кольцо с огромным жёлтым камнем, больше похожим на застывший кусок янтаря.

Дарла задрала подбородок, изображая благородную даму, хотя походка у неё осталась прежней, тяжёлой и развалистой.

Брок же ухмылялся, как мясник, впервые надевший камзол. Когда он осклабился, я невольно дёрнулась — между жёлтыми зубами блеснуло золото.

Бугаи замерли и все, как один, повернули голову в сторону Брока.

— Какие люди... — протянул он, сделав шаг ближе. — Чем