Сатанинские тени - Ли Риверс

Она колеблется, потом пожимает плечами. — Это же Дейн.

При мысли о том, что он с кем-то еще, в груди у меня пронзает укол ревности. Я бросаю гневный взгляд на кровать с балдахином, а потом снова на подругу.

— Приятно знать.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Дейн сказал, что нашел тебя в лесу. Ты ранена? Мы пытались тебя искать, но было такое ощущение, будто ты исчезла с острова.

— Я невредима, но у меня нет памяти. Нам нужно пойти к директрисе — она не должна знать, что Дейн был задержан.

— Она знает. Новость о том, что студента нашли расчлененным, разлетелась по всей школе. Они разыскивали убийцу, и когда нашли улики, Дейн признался в содеянном. Его мать дала ему несколько часов, чтобы поговорить с тобой, прежде чем за ним пришли.

Наверное, именно тогда он и зашел, сказав, что я его головная боль. Он провел последние часы на свободе со мной?

Дейн меня ненавидит. Какого черта он это сделал?

И кого, черт возьми, он убил и почему?

Я застилаю ему постель, разглаживая складки на одеялах.

— Поговорить со мной о чем? — спрашиваю я, взбивая его подушки.

— Он ничего не упомянул, когда вернулся?

Я качаю головой, и она хмыкает, оглядывая меня с ног до головы.

— От тебя пахнет им. Пожалуйста, скажи мне, что ты не трахалась с Дейном, пока он был весь в чужой крови.

— Мы не занимались сексом, — говорю я, выпячивая бедро и скрещивая руки. — Ты знаешь, кого он убил?

— Студента. Он был из Огненного Царства — это все, что я знаю.

Я киваю. — Мне стоит испугаться? То есть, я не привыкла ко всему этому, но чувствую себя спокойной?

Она указывает на мои руки.

— Возможно, это проклятие, которое Дейн пытается извлечь. Мы с Поппи провели исследование и обнаружили, что оно пытается направлять тьму, словно охотится за злом в душе человека. В результате твои эмоции будут частично приглушены, а твои тормоза ослаблены, и у тебя будут довольно хаотичные сны.

Я поднимаю руки: щупальца едва заметны, так как Дейн убирает большую часть. Потом будет еще хуже, но пока с этим можно справиться.

— Тогда хорошо, что я человек. Самое темное, что может быть в моей душе, — это уклонение от уплаты налогов.

Она моргает, глядя на меня.

— Нам пора. Нельзя находиться на этой стороне замка, особенно в башне наследников.

Я фыркаю. — Могут ли наследники быть еще более избалованными?

— Ну, Орсену действительно предложили новую форму и даже добавили, что он сможет обедать с профессорами, но он отказался, потому что тогда не сможет видеться со мной.

Я следую за ней из комнаты, закрывая дверь с щелчком.

— Это довольно мило.

Глядя на подругу и замечая, что она больше не возвышается надо мной, как раньше, я хмурюсь.

— Я стала выше?

Моя рука задевает ее, и она вдыхает запах своей кожи, игнорируя мой вопрос.

— Пожалуйста, прими душ, когда дойдешь до своей комнаты. Я чувствую запах Дейна на тебе. Почему он так сильно пахнет, если вы не занимались сексом?

Я стараюсь как можно более неопределенно описать последние несколько часов, пока мы спускаемся по башне. Кажется, что винтовая лестница тянется бесконечно.

Поппи присоединяется к нам, когда мы добираемся до низа, и мы заходим в ближайшую пустую комнату, чтобы я могла переодеться в одежду, которая не кричит: «Я трахалась с кем-то прошлой ночью!»

Я много раз совершала неловкий путь домой из квартиры Грейсона, но это не похоже на те разы. Мы не занимались сексом, но я кончила с такой силой, что это до сих пор отзывается эхом в моих нервах.

Это был не такой, как все остальные оргазмы. Каждый раз, когда я расслаблялась, это отскакивало от Дейна, а потом его оргазм посылал мурашки по всему моему телу. Это было, как будто мы были соединены, мост удовольствия, бесконечный цикл, когда моя киска сжималась вокруг его пальцев, а его член пульсировал в моей руке.

Если наши оргазмы от прелюдии были похожи на игру в пинг-понг, то каким, черт возьми, это будет, когда станет более интимно?

Близнецы отводят меня к медику, и она осматривает меня, пристально глядя на проклятие, распространяющееся по моим рукам, но ее главная забота — сильные следы Дейна по всему моему телу.

Я говорю ей, что дала согласие, тем более что сейчас все считают его убийцей.

Она начинает чувствовать себя неловко и спрашивает, принимаю ли я противозачаточные, когда понимает, что сперма Дейна внутри меня, но когда я пытаюсь объяснить, что у нас не было секса, это вызывает еще больше вопросов, на которые я отказываюсь отвечать.

После того как она делает мне укол противозачаточного, от которого у меня подступает рвота при одном только виде огромной иглы, она дает мне больше тампонов, чем нужно. Поппи тоже просит несколько, чтобы изучить их. Затем медсестра говорит мне уйти и отдохнуть, отправляя всем моим учителям записки о том, что я не буду ходить в школу несколько дней.

Поппи снова спрашивает меня, что я помню о Валине, но у меня ничего не выходит. Вместо этого в голове всплывает та же цепочка событий, которую он запечатлел в моей памяти.

Может, он случайно стер из памяти и то, как выглядела моя прежняя приемная семья? Если подумать, я даже не могу вспомнить их имена. Я пытаюсь представить их всех, но все как в тумане, словно на меня смотрит чистый холст.

— Так ты ничего не помнишь из того, что говорил или делал Валин?

Я качаю головой. — Я даже не помню, чтобы видела его.

Мел глубоко вздыхает. — Пойдем к Валину и прямо спросим его, что он сделал. Не могу обещать, что не убью его, но обещаю подождать, пока не получим ответы.

Если бы я была могущественной бессмертной с жестокой, смертоносной жилкой, я бы тоже попыталась его убить. Но если бы я даже попыталась, он, скорее всего, снова похитил бы меня.

Я благодарю друзей за то, что они проводили меня до общежития, затем закрываю дверь, прислоняюсь к ней спиной и закрываю глаза. Вдыхаю чистый воздух, запах моей комнаты, дым от свечей.

Ты меня слышишь?

Шансы невелики, но, может быть, он сможет подсказать мне, как самостоятельно избавиться от этого проклятия.

— Не торопилась. — Его голос заставляет меня открыть глаза. Дейн сидит на моей кровати, скрестив ноги в коленях, и читает учебник из Огненного