Призванная на замену или "Многорукая" попаданка - Анна Кривенко

закончена. Нас ждал приятный, лёгкий ужин. На стол подали простые блюда: тушёную утку, овощи с травами, тёплый ароматный хлеб и много свежих ягод. Нас поздравляли негромко, но искренне и с улыбками — безо всякой торжественности, по-домашнему и очень-очень приятно.

Я всё время чувствовала тёплую руку любимого на своей. Андрей Власович не отпускал меня ни на миг. Временами он поглядывал на меня, будто боясь, что я исчезну, что всё это — мираж, который может раствориться в воздухе.

Честно говоря, я и сама не верила в происходящее. Но на самом деле это были глупые страхи. Нас ждала прекрасная, новая жизнь — вместе. Без всякого колдовства, без потусторонних существ. А если и придётся с чем-то встретиться — я уверена, мне удастся всех победить…

* * *

В нашей новой спальне приятно пахло мылом, лавандой и, кажется, даже духами. Слуги постарались на славу, приготовив опочивальню для первой брачной ночи. За окном сгустились сумерки, дом погрузился в тишину. На столе тлели три свечи, отбрасывающие приглушённый свет на светлые стены.

Андрей Власович прикрыл дверь и повернулся ко мне. В полутьме его глаза поблёскивали. При этом он выглядел таким зажатым… впрочем, как всегда. Он был забавен — и это очень возбуждало.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я решила взять инициативу в свои руки. Просто подошла к нему и начала медленно расстёгивать его камзол. Андрей Власович замер, наблюдая за мной с каким-то странным выражением на лице. Похоже, он готовился к другому, думал, что активно действовать придётся ему. Так ведь положено.

Я улыбалась, сверкая белоснежными зубами. Стянула с него камзол, принялась за рубашку. Когда он оказался обнажён до пояса, потянулась к застёжке на его штанах. И вот тут-то Андрей Власович остановил меня. Громко сглотнул, а потом произнёс:

— Можно теперь я?

Я рассмеялась.

— Отныне, муж мой, вам можно всё.

Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Он бросился обниматься, целовать меня с такой страстью, что у меня тут же закружилась голова. Очень ловко он расшнуровал завязки на моём платье, и то стремительно сползло на пол. Ещё мгновение — и большая крепкая ладонь обхватила мою грудь.

— Да вы не такой уж и неопытный, — пробормотала я, отстраняясь.

Андрей Власович неожиданно смутился.

— Я просто… — начал он, и замолчал.

Я же рассмеялась и повлекла его в кровать.

— Ну что же вы так? Не волнуйтесь, это всё не страшно.

— Я знаю, — начал Андрей Власович, смущаясь ещё сильнее.

А я поняла, что обожаю его. Не было слов, чтобы выразить наполнившие меня чувства…

А потом нас обоих будто прорвало. Мы сплелись в кровати, больше ни о чём не думая. Он шептал моё имя, вновь и вновь обещал счастливую жизнь. Я зарывалась пальцами в его волосы и мечтала о том, чтобы мы жили вечно. Чтобы вечно находиться с ним рядом, слышать этот голос, чувствовать кожей его прикосновения.

Думала ли я, что однажды попаду в другой мир и в лице своего лютого врага найду великую любовь? Нет, конечно. Такое и в голову не могло прийти. Но жизнь, как всегда, устроила мне невероятный сюрприз. Спасибо ей за это.

* * *

Я проснулась от того, что кто-то прикасался к моим волосам. Аккуратно и нежно. Медленно открыла глаза и увидела своего любимого супруга. Андрей Власович лежал рядом, поддерживая голову рукой, и улыбался с такой любовью, что моё сердце снова начало петь. Его рука, опустившись, начала чертить круги на моём плече.

В его глазах отражалась вселенная, и мне неистово захотелось прижаться к его губам. Мы долго смотрели друг на друга и вдруг начали смеяться — просто о радости и от того, что мы вместе. Я коснулась его щеки пальцами, он поцеловал меня в лоб, потом в нос. Мы лениво переговаривались ни о чём, обнимались и, на самом деле, до конца не верили, что теперь всё — по-настоящему.

И тут распахнулась дверь, и в комнату влетела Лера — вихрь с золотыми волосами, в ночной рубашке до пят и босиком.

— Мама! — выкрикнула она, едва не запрыгнув к нам в кровать. — Мама! Одна из новеньких служанок сказала, что скоро у меня может родиться брат. Скажи, это правда?

Я задохнулась от неожиданности. Щёки мгновенно вспыхнули. Андрей Власович оторопел, и лицо у него тоже порозовело.

— А служанка тебе больше ничего не рассказала? — осторожно уточнила я, намереваясь обязательно узнать, кто ей такого наговорил.

— В том-то и дело, что ничего! — возмущённо выкрикнула Лера. — Я её просила объяснить, откуда она это знает, а она ничего не сказала.

В этот момент в дверь осторожно заглянула Валя. Её взгляд скользнул по нам и по сестре, и она побледнела.

— Ой, простите, — прошептала она, а потом крикнула: — Лера, немедленно выходи! Это невежливо — тревожить родителей так рано.

Лера недовольно обернулась к ней и что-то пробурчала, но, увидев, как Валя серьёзна, нехотя поплелась к ней. Когда за ними закрылась дверь, мы с Андреем Власовичем переглянулись, а потом долго смеялись — и от смущения, и от того, насколько всё вышло странно и забавно.

— Извини, — прошептал он мне на ухо. — Я, кажется, забыл запереть дверь.

— Ничего, — ответила я. — Теперь это станет нашей обязательной традицией.

— А насчёт того, что сказала Лера… — вдруг продолжил Андрей Власович, — я считаю, что наша дочь права. Ей срочно нужен младший брат!

Улыбка на его лице стала лукавой. Я поняла: мой любимый очень быстро учится. И от прежнего смущённого парня вот-вот не останется и следа…

* * *

Андрей Власович осторожно вложил мне в ладонь кожаный кошель — тяжёлый, туго набитый.

— Выбери шторы, ковры и всё, что ты захочешь, Пелагея, для нашего дома. Я хочу, чтобы в нём тебе было максимально уютно. Не экономь, выбирай лучшее!

Я благодарно кивнула, зажала кошель в ладонях, пообещала справиться как можно быстрее — и уже через час с двумя слугами выехала в город.

Тот встретил нас суетой и пылью. Повозки мчались по улицам с приличной скоростью. Торговцы всячески пытались продвинуть свой разнообразный товар. Дети, бегающие между лотков, шумели так, что у прохожих наверняка болела голова.

Я уже успела выбрать пару отрезов ткани, несколько метров бархата для обивки дивана и кружева — это для штор, как вдруг кто-то коснулся моего локтя. Я резко обернулась и изумлённо уставилась на знакомого молодого человека. Он смотрел на меня с прищуром и с насмешкой.

Дмитрий. Бывший любовник Пелагеи. И всё та же гадкая ухмылка на смазливом лице.

— Ну,