В поисках королевы - Адриана Максимова

– Я хочу… Хочу сделать что-то хорошее, – вытирая губы, перепачканные в крови, прохрипел Оскар. – Спасти свою сестру.

– О чем ты? – растерялся Бальтазар, думая, что друг начал бредить.

– О том, что наш отец убил брата короля и согласился на плату за это преступление жизнью кого-то из своих детей, – то и дело останавливаясь, чтобы сделать вдох, проговорил Оскар. – И я хочу заменить ее.

– Ты с ума сошел! – воскликнул Бальтазар, с тревогой вглядываясь в лицо барона.

– Это может не сработать, – заметила Люси, продолжая готовить отвар. – А вернуть вас к жизни уже не получится.

– Я готов рискнуть, – прошептал Оскар. По его телу снова пошли судороги, а глаза закатились.

– Отец, сделай что-нибудь! – в отчаянье прокричал Бальтазар.

Сабола не ответил, приняв из рук Люси чашу, и начал вливать ее содержимое в рот Мариана. Тот по-прежнему был бездвижен, и со стороны было непонятно, включилось его сердце или нет.

– Все нормально, – выдохнул Оскар. – Помоги мне, дай мне кинжал… Не хочу, чтобы Августин победил и продолжил это проклятье родной крови.

– Так это он отравил вас! – ахнул Бальтазар. Сабола вздрогнул и бросил на сына короткий взгляд.

– Обещай мне, – голос Оскара прозвучал тверже. – Что не убьешь его, что, если решишь наказать, просто отдай стражам, пусть его судят.

– Но Оскар, это же…

– Обещай.

– Ладно, хорошо, – задыхаясь от безысходности, проговорил Бальтазар.

Мариан шумно вздохнул и закашлялся. Люси подложила ему под голову подушку и, прочитав короткое заклинание, села рядом.

– Сейчас умру, и отец опять скажет, что я все сделал неправильно, – глухо усмехнулся Оскар, и сердце Бальтазара ухнуло вниз. Он не хотел верить, что барон говорит это серьезно, что это просто бред отравленного ядом человека. Но похоже, он ошибся, и Оскар настроен решительно.

– Кордия вряд ли будет рада такому подарку, – заметил Бальт.

– Ты и сам бы умер за нее.

– Тут другое. Это мой долг.

– А это моя добрая воля, – прохрипел Оскар. – И давай не будем терять время… Сабола, какие слова надо сказать, что спасти мою сестру?

Сабола поднялся на ноги и пустым взглядом посмотрел на Оскара, а потом на своего сына. У него было восковое лицо, губы посинели, словно это он, а не Мариан вернулся с того света.

– Оскар, не надо, – попросил Бальтазар, понимая, что все его просьбы бесполезны – барон уже все решил.

– Я, Оскар де Блум, – медленно проговорил Сабола. – Добровольно занимаю место жертвы – Никандры Андреса, дабы справедливо восстановить долг украденной крови. Жизнь за жизнь, смерть за смерть. Я делаю это осознанно и добровольно, Боги жизни и смерти, примите мою жертву, исполните мою волю.

– Отец, ну зачем, – с мукой произнес Бальтазар, глядя, как Оскар пытается вытащить из ножен кинжал.

– Это его жизнь, и ему решать, какой в ней будет смысл, – ответил Сабола.

– Я, Оскар де Блум, – начал говорить Оскар, и Бальтазару захотелось заткнуть уши, чтобы не слышать этих слов, понимая, что они будут последними.

– Не оставляй меня, – одними губами прошептал Бальтазар.

Оскар достал из ножен кинжал и приставил острие к груди.

Мариан зашелся в кашле. Сабола запел гимн, слов в котором Бальтазар не смог понять. Его сердце бешено колотилось, руки стали ледяными, и, казалось, жизнь покидает его.

– Сабола присмотрит за тобой, – едва заметно улыбнувшись, сказал Оскар. – Встретимся когда-нибудь.

Сдавленный вздох, звук похожий на всхлип – и кинжал вошел в грудь Оскара до середины. Его руки обагрились кровью. Барон тихо выдохнул, и его голова завалилась набок. Белокурые волосы рассыпались по плечам. Черты его лица на миг исказились и тут же исполнились умиротворением.

– Оскар… – тихо произнес Бальтазар. Замер, ожидая ответа. Тишина. – Нет, нет, нет…

Осознание, что Оскара больше нет, оглушило его. Мир потух и его собственные чувства престали иметь значение. Он притянул мертвое тело барона к себе и, ощущая, как по рубашке растекается его еще теплая кровь, разрыдался.

* * *

Бальтазар смотрел, как в могилу Оскара падают комья земли. День похорон выдался пасмурным, но теплым. Моросил дождь. Одежда была влажной, волосы липли к шее и щекам. Рядом с ним стояли Сабола и Люси, больше никто не пришел проститься с бароном. Словно он стал призраком еще при жизни. Бальту не хотелось думать, каким одиноким он, наверное, чувствовал себя. Он был готов на все, чтобы исцелить его боль, заполнить ту душевную пустоту, которая пожирала барона. Жаль, что уже было поздно. А прежде, прежде об этом думать было некогда. Да и не хотелось.

Люси покинула их, сославшись на важные дела, и они остались вдвоем.

– Мариану становится лучше, – сказал Сабола, когда они шли по узкой тропинке к выходу с кладбища. – Утром мы немного поговорили.

– Рад за него, – сухо ответил Бальтазар. Он не верил, что когда-то сможет снова радоваться за кого-то или чему-то: душа была выжженной пустыней, и он не искал спасения от этого.

– Что ты собираешься делать?

– Найду Августина, – хмуро ответил Бальтазар.

– Ты ведь исполнишь волю Оскара? – спросил Сабола и остановился. Закрыл глаза и подставил лицо мелками каплям дождя.

– Посмотрим, – уклонился от прямого ответа Бальтазар. Ему хотелось стереть Августина с лица земли, превратить его в пыль. Заставить его пройти все муки за то, что он сделал.

– А потом? – продолжил допытываться Сабола. От влаги его светлые волосы потемнели.

Бальтазар пожал плечами. Ему ничего не хотелось. Поиск Августина – единственное, что не позволяло ему сидеть на кровати и смотреть в стену, создавало иллюзию смысла.

– Мы можем отправиться в путешествие, – предложил Сабола. – Посмотреть мир и заодно узнать друг друга.

Бальтазар снова пожал плечами. Он не понимал, зачем ему сейчас это нужно.

– Ладно, обсудим это, когда ты поймаешь Августина, – положив руку ему на плечо, мягко сказал Сабола. – И, если захочешь поговорить, я всегда рядом. И если будет нужна компания для молчания, тоже.

Бальтазар хотел еще раз кивнуть, но вместо этого подошел к Саболе, молча обнял его.

* * *

Через шесть дней Бальтазар вышел на след Августина. Он не сомневался, что сделал бы это быстрее, если бы не болезнь. Слабость не давала ему развернуться, жить так, как раньше. А еще у него больше не было его людей, которые всегда были готовы его поддержать и выполнить любое поручение. Теперь он был один. Большую часть времени он проводил в покоях Оскара. Ключи от них ему отдал Сабола, через пару дней после того, как барон умер.

– Я думаю, он был бы рад твоему присутствию, – сказал он.

Бывший