Пепел желания - Клара Рутт

Мираэль сняла защиту, и они вышли. Я сжала в руке миниатюрный слиток совершенного сплава — ключа к независимости и даже величию Талгаара. Что ж, Сейра Вельгарн, когда ты последний раз посещала ювелира?

* * *

«Думаю, я буду лишним», — писал Элион, когда я предложила ему собрать по праву правителей Талгаара наш совет Истины в Алтаре. Раз год мы могли без последствий признаться во всех интригах перед друг другом и далее продолжать их строить, но уже с чистой совестью. По очевидным причинам, мы никогда им не пользовались. Сейчас же у нас как будто бы не оставалось другого выхода: чтобы приготовить совершенный сплав, нужна была медь Даркхана и зеркальная пыльца со щеки Элиона — экстракты даров.

«Если дело касается моего дара, давай встретимся отдельно. Быть третьим лишним между вами с Даркханом я не хочу. Прости, Хрустальная Владычица. И считай это приглашением на ужин».

На этом письмо обрывалось. Я откинулась на спинку стула в моем кабинете: еще не хватало отказа Элиона! Я рассчитывала, что он с радостью согласится и сам пригласит Даркхана в Алтарь — не вышло: хранитель Теневого Утеса намекал на то, что нам вдвоем не мешало бы разобраться с личным.

А мне почему-то не хотелось. Чуть ли не впервые за год мне стало легко! Я не писала ему и не терзала себя от безмолвия, я была с Саррисом, который так же принимал, что он лишь временное спасение от усталости. И это время мне сейчас хотелось и растянуть, и замедлить.

— Я должна с ним встретиться, — выдохнула я и помассировала себе виски. Очередной рабочий день завершался слишком поздно. Саррис вынырнул из тени и сладко ужалил шею. Я запрокинула голову и закрыла глаза. Он прошептал в самое ухо:

— Знаю…

Он зарылся в мои волосы, и я провела по его волосам: как я посмотрю в глаза Даркхану? Как я признаюсь, что со мной рядом другой? Хотя мне ли переживать, когда с ним Велария?

— Напиши официально. Сухо, по фактам. Он не дурак и должен понимать суть твоего приглашения.

— Нельзя раскрываться в письме — его могут перехватить, даже зашифрованное. А пустые слова Даркхан воспримет как манипуляцию.

— Тогда подстрой вашу встречу, будто это случайность. Так даже шпионы Карнака не заподозрят подвоха.

Саррис потянулся с поцелуем, но я отстранилась. Посмотрела ему в глаза: правда он так думает? Или плетет свои интриги? Пусть я пустила змея в свою постель, но в сердце пропустить не могла. Хотя его предложение мне понравилось. Не привело бы только нас обоих в ловушку…

— Наша граница — это Искар и пристань Шарат, — проговорила я задумчиво и снова придвинулась к столу. Руки Сарриса легли мне на плечи и принялись разминать затекшие мышцы. — Сейчас там все мирно, он редко бывает на обходе постов. А с нашей стороны… берег заняла Лисандра.

— Храмы Шарат они не тронули. Особенно те, что на границе с Лазоревой Тишью: Луриан твой друг, а Лисандра собирает свои силы на юге. Попроси его быть гарантом твоей безопасности.

— Пусть он ему и напишет… — Теперь я подняла взгляд и сама потянулась губами к Саррису: — Спасибо… что принимаешь.

— В ответ на твое принятие, Сейра, — шепнул он мне в лицо и поймал мои губы. Поцелуй вышел кротким, но требовательным — явно настаивающим на продолжении, но я снова отстранилась:

— Иди в покои, мне надо еще поработать.

— Ты слишком себя изводишь, Хрустальным Рощам нужен сильный правитель, а правителю — крепкий сон.

— В твоих объятиях мне это не грозит, — сказала я мягко и улыбнулась. — Хотя не спорю, что ты меня расслабляешь.

Он посмотрел с упреком и покачал головой, явно не соглашаясь с моим решением, и я решила перевести тему. На то, что меня волновало последние дни:

— Ты видел Лиресс? У меня ощущение, что она меня избегает. Я, конечно, не искала с ней встречи, но когда мы пересекаемся случайно, она становится холодной.

— Я слышал, что она почти синтезировала улучшенные Очи Истины — благодаря своему открытию. — Саррис пожал плечами и, обойдя стол, с досадой сел напротив.

Я нахмурилась: мне она почему-то это не сказала. Всплыли в голове слова Элиона, что их следовало бы уничтожить. Я постучала пером по столу: если Карнак хотел провести некий ритуал для пробуждения Улдроша, то наверняка Очи Истины могли служить его злодейской цели. Но… зачем ему показывать прошлое?

— Все-таки она была привязана к Кассиану, — задумчиво проговорила я. — За ней могут наблюдать его агенты.

— Волнуешься за информацию или за ее жизнь? — Саррис посмотрел хитро, я нахмурилась:

— Я не могу ее потерять ни как союзника, ни как дорогого человека, — сказала я строго. — Присмотри за ней, пока прячешься внутри.

— На днях я замещал Мираэль, — пожал плечами Саррис. — Не хватает у тебя шпионов, Сейра. В Чешуйчатом Клане их была половина. Но и по нападению среди ночи ты тоже наверное поняла, как они действуют. Берут массовостью и незаметностью.

— Что ты предлагаешь? — сложила я руки на груди. — Завербовать твоих сородичей? Действовать, как Лисандра?

— Сейчас у нее неплохо получается…

— Она собирает силы… — выдохнула я и подошла к окну. Ночной Илмарис светился бликами хрусталя от холодного лунного света и редких огней в саду Разбитых Зеркал.

— Чтобы этого не случилось, нужно больше диверсий — если мы говорим про подпольную войну, — сказал Саррис строго и встал возле меня.

На какое-то время мы застыли рядом в задумчивости. Это было странно: стоять плечом к плечу с человеком, который меня предал. Лечь в постель казалось куда менее интимным, чем общее дело. Оно же правда было общим?

— Я поговорю с Мираэль, — наконец выдохнула я и повернулась к Саррису. — В ее арсенале наверняка есть ловушки пространства и изображения.

Саррис просто кивнул и ничего не ответил. Я решила спросить:

— Что-то слышно про Рианон? Ты наводил справки, как она? Где?

— Пытаю каждого шпиона, — глухо отозвался он. — Молчат. Либо правда не знают. Либо огрызаются и плетут, что Карнак насилует ее лично.

Его кулаки сжались, я провела по его руке:

— Мы вытащим ее, — прошептала я. — Я обещала это Торну, обещаю и тебе.

— Это только мое бремя, — опустив голову, он сказал в нос. — Ни ты, ни он не обязаны вмешиваться.

— Он любит ее, — тихо сказала я и осторожно коснулась его подбородка. В его изумрудных глазах проскользнула вина. — А я…

Я запнулась. Отчего-то стало неловко. У меня была власть