Кофе, кот и Воронцов - Лиля Брук

опытный турист. Умеет ставить палатки, ориентироваться на местности и не паниковать, когда что-то идёт не по плану. Для экспедиции это бесценно.

- А ты откуда знаешь?

- Секретари всё знают, - ответила она с загадочным видом. - Это наша суперсила. Мы читаем не только документы, но и людей.

***

Через двадцать минут выяснилось, что мы забыли Максима.

Не коробку с оборудованием. Не штативы. Не контейнер с образцами. Не ящик с кабелями, который Максим обычно забывал сам.

А Максима.

Целиком.

Автобус уже бодро вырулил со стоянки университета, весело перевалился через пару кварталов и теперь катил себе к выезду из города, даже не подозревая, что стал участником криминальной драмы. За окнами лениво проплывали серые дома, редкие прохожие, которые куда-то точно знали куда шли, и первые зелёные деревья, ещё не решившие, стоит ли доверять этому году.

Я листала маршрут, Данила с Захаром Ильичом спорили о наконечнике - местный или привозной, - Ольга яростно что то печатала, а Вяземский молча пил чай и, кажется, был счастлив.

Всё было настолько спокойно, что даже мухи в автобусе заскучали.

И поэтому первой насторожилась Ольга. Она оторвалась от ноутбука, обвела взглядом салон, задержалась на пустом кресле, потом на втором, потом на третьем и тихо, с затаённой надеждой на ошибку, спросила:

- А где Максим?

Тишина.

Все замерли. Даже Вяземский перестал глотать. Пустое кресло смотрело на нас с укором. Второе кресло поддакивало.

- Он... - неуверенно начал Данила. - Был. Я точно помню. Он даже шутил.

- Анекдот про археолога?

- И лопату.

- Значит, был, - авторитетно заключил Захар Ильич.

Все снова уставились на пустое место.

Я медленно закрыла папку.

- Подождите...

Автобус притих.

- Мы...

Я перевела взгляд на Вяземского, который сохранял ледяное спокойствие, будто так и надо.

- Мы забыли Максима?

Вяземский даже бровью не повёл.

- Угу.

- Как это вообще возможно?! - возмутилась я.

- Очень просто. Он вышел за кофе и потерялся.

- Там от кофейни до парковки сорок метров!

- Для Максима это серьёзная дистанция, - пожал плечами Вяземский. Автобус ожил.

- Подождите! - рассмеялась Ольга. - Мы сейчас обсуждаем мужика почти тридцати лет?

- Аспиранта, - поправил Вяземский.

- С двумя дипломами!

- Почти кандидата наук!

- Он сам археологические разведки проводит! Он в прошлом году древнюю стоянку нашёл!

- Да, - согласился Вяземский. - А палатку потерял.

Автобус захохотал.

Вяземский, не меняя позы, спокойно достал телефон. Прямо как экстрасенс, который знает, что сейчас позвонят.

Телефон зазвонил через три секунды.

- Максим, - прочитал Вяземский и нажал громкую связь.

В динамике раздался голос, исполненный такого трагизма, будто человек сообщал о конце света, а заодно и о том, что скидка на кофе закончилась.

- Георгий Александрович...

- Слушаю.

- А вы... вы далеко?

- Километров пять.

Повисла пауза. Максим явно переваривал масштаб катастрофы.

- Я, кажется... остался.

- Мы заметили.

Автобус взорвался таким хохотом, что водитель чуть не выпустил руль.

- Я просто кофе покупал! - голос Максима дрогнул. - Всем!

- Это была твоя стратегическая ошибка, - с абсолютной серьёзностью сказал Вяземский.

- Вы за мной вернётесь? - с надеждой спросил Максим.

Вяземский задумчиво посмотрел на нас, потом на водителя, потом опять на телефон.

- Ну, Министерство науки, конечно, разрешает проводить экспедиции без аспирантов...

В динамике послышался сдавленный всхлип.

- ...но я пошутил. Разворачиваемся.

Через десять минут автобус снова подкатил к парковке.

Максим стоял ровно там, где мы его оставили. Высокий, растрёпанный, с видом человека, которого предала вся вселенная. В руках он держал две картонные подставки с огромным количеством стаканчиков. Смотрелся он как последний выживший в зомби-апокалипсисе, который спас главное - кофе.

Завидев автобус, Максим гордо вскинул подбородок. Можно было подумать, что это не его забыли, а он специально устроил коллективный тест на человечность.

Двери открылись. Максим величественно поднялся, бережно поставил кофе на свободное сиденье, отряхнул куртку и с максимально оскорблённым достоинством произнёс:

- Я всё принёс.

Вяземский протянул руку, взял свой стакан и спросил с лёгкой улыбкой:

- Себя тоже?

- Это уже переходит все границы! - возмутился Максим.

- Нет, - парировала Ольга. - Это ещё даже не начало. Это только цветочки.

- Я, между прочим, думал о коллективе! - обиделся Максим.

- А коллектив в этот момент думал, что потерял аспиранта, - заметил Данила.

- Но справедливости ради, - улыбнулась Ольга и достала блокнот. - Предлагаю на следующем выезде проводить перекличку.

- Как в детском саду?

- Именно.

Она откашлялась.

- Максим?

- Здесь, - буркнул тот.

- Пока что, - шепнул Данила.

- Очень смешно!

- Нет, - парировала Ольга. - Очень предусмотрительно.

Автобус снова залился смехом. Даже Вяземский отвернулся к окну, пряча предательскую улыбку за чашкой.

А я поймала себя на том, что именно за такие моменты я люблю нашу команду. За то, что мы можем потерять в городе собственного аспиранта, найти его, устроить цирк с конями, обсудить все его прошлые косяки и в итоге поехать дальше - с кофе, с улыбками и чувством, что это был лучший старт экспедиции за последние годы.

Настоящие открытия случаются по-разному. Иногда они начинаются с того, что кто-то забывает на парковке аспиранта.

И это, чёрт возьми, запоминается лучше, чем любой наконечник.

***

Первые полчаса дороги прошли спокойно. Мы выехали за город, и пейзаж за окном начал меняться - городские многоэтажки сменились частными домами, потом начались поля, леса, и наконец, мы выехали на просёлочную дорогу, где автобус начал подпрыгивать на ухабах, заставляя всех пассажиров хвататься за сиденья.

Данила сидел на заднем ряду, рядом с Максимом, и что-то обсуждал с ним. Я слышала обрывки разговора - что-то про палатки, про то, как правильно ставить их в ветреную погоду, и про то, что Максим однажды чуть не заморозил свою группу, потому что не закрепил растяжки. Данила смеялся, и его смех - громкий, искренний, мальчишеский - разносился по автобусу, заражая всех вокруг.

Я сидела впереди, у окна, и смотрела на проплывающие мимо поля. Зелёные, бескрайние, они простирались до самого горизонта, и где-то там, вдали, виднелись тёмные пятна лесов. Майское солнце светило ярко, и его лучи проникали в окно, согревая мои руки, которые я сложила на коленях. Я чувствовала его присутствие - не как давление, не как напоминание о том, что между нами произошло, а просто как тёплую, спокойную уверенность. Он был здесь. И это делало день лучше.

Потом кто-то обнаружил Барсика.

Кот вылез из-под последнего ряда кресел медленно, с достоинством, как человек, который только что проснулся и теперь хочет понять, куда его занесло. Он потянулся - сначала передними лапами, потом задними, потом всем телом, выгнув спину дугой. Зевнул, демонстрируя острые белые клыки. И сел посреди прохода, оглядывая присутствующих с таким видом, будто это он был главным организатором этого мероприятия, а мы - просто незваные гости, которые всё испортили.

Автобус замолчал. Все взгляды