Цвет Драконьей луны - Ксения Анвиль

Наконец солёные капли покатились из её глаз. Чем больше она думала о том, что теперь действительно придется всё отпустить, тем больше в ней кипело и требовало выхода горе. Родного села, где её так невзлюбили, больше не было. Не было матери и отца. Не осталось какой-то большой, существенной части её самой.

Глава 40

Дождь не прекращался уже три дня кряду. Клэр представляла, как Тонитрукс, грозовой дракон Дестана, летает среди туч, собирая их вместе, сбивая в одно целое иссиня-стальные облака, копит в переливчатом брюхе молнии и полосует ими небесную твердь, после чего по барабанным перепонкам били громовые раскаты. Косые холодные капли размазывались по оконному стеклу. Иногда Клэр даже могла заметить в вышине его казавшийся крошечным хвостатый силуэт с расправленными крыльями.

И хотя патрулирование никто не собирался отменять, вечерами, сдав пост, ведьма могла предаваться своей печали, укрывая её в тусклом ливне и тишине. Марша, будто ощущая личную ответственность за то, что не смогла спасти жителей родного села Клэр, почти не появлялась, поменявшись на ночные вылазки. Но ведьма и не думала винить подругу: она понимала, что Марша и Роан сделали всё, что от них зависело. Мортамеры являлись без предупреждения. Клэр собиралась поговорить с Маршей, чтобы снять тяжкий груз с сердца сестры, но пока не находила сил, снова и снова возвращаясь в мыслях к отдалённому пригорку, на котором захоронила отца и мать.

Поначалу Клэр не решалась увидеть всё своими глазами. Но, когда Дестан спросил, желает ли она, чтобы погребением занялся кто-то другой, она будто отрезвела: нет. Ей были безразличны традиции прихода бога Солиса, он и так забрал слишком много. Это была их история, их семья, и попрощаться они должны были все вместе – на этот раз так, как привыкла Клэр, по традициям цитаделей. Не зная толком, какими же родители были при жизни, храня лишь детские воспоминания, она выбрала для них тисовое дерево, укореняя в нём идею вечной жизни. Они навсегда останутся вместе с ней и очистятся в её памяти от всякого песка и ила, нанесённого воспоминаниями о детских годах. Теперь она могла любить в них тех, кем они так и не стали.

Когда Дестан вошёл в её комнату, Клэр готовила в настольном чугунном котелке очередное зелье. Её завораживало, как ароматные травы, высушенные ингредиенты, цветастые жидкости из колб в смешении рождали нечто новое, полное магического потенциала. Она постукивала по краям посудины длинной ложкой, равномерно распределяя измельчённый зверобой, сушёные ягоды рябины, соцветия бессмертника с коготками летучих мышей и обрывками полупрозрачных змеиных выползков в вареве цвета сиены. Это занятие оказывало на неё успокаивающее действие: отмеряя пропорции составляющих, она отвлекалась от всех посторонних мыслей.

— Что это должно быть? — Дестан осторожно подошёл к столу, недоверчиво покосившись на булькавшую жидкость, прогреваемую свечным огнём.

— Быстрое заживление, — сосредоточенно глядя на своё произведение и не останавливая движение руки, ответила Клэр.

— Нам нужно поговорить, — настойчиво произнёс капитан, но ведьма строго шикнула в ответ:

— Подожди. Сядь и подожди, мне надо закончить.

Удивлённый её тоном, Дестан опешил и покорно присел на край заправленной постели. Спустя долгих десять минут молчания ведьма наконец накрыла котелок крышкой и развернулась на стуле, вопросительно глядя на своего гостя.

— Клэр, я тебя почти не вижу. Ты либо в разведке, либо не выходишь из комнаты.

— Соскучился? — в вопросе ведьмы не прозвучало даже привычного сарказма, он был абсолютно равнодушным.

— Ты не выходишь ни к завтраку, ни к ужину. Так нельзя. Ты хотя бы спишь?

Под глазами Клэр и правда залегли глубокие тени, и выглядела она истощённой. Щёки запали, кожа выглядела тусклой и тонкой, как бумага.

— Да. Нет… Какая разница? Я в порядке, — отрезала она.

— «В порядке» так не выглядит, — опершись руками в колени, Дестан поднялся и подошёл к колдунье. Он провёл рукой по её растрёпанным волосам и продолжил: — Я понимаю твоё горе. Но ты хоронишь себя заживо.

— Ничего подобного, я просто пытаюсь заняться делом.

— Нет, ты загоняешь боль внутрь. А должна столкнуться с ней и принять то, что случилось. Иначе ты не сможешь двигаться дальше.

— Прошло слишком мало времени… — голос Клэр треснул, и она подняла взгляд на капитана. Её серые глаза влажно блестели.

— Я не говорю, что ты должна всё забыть. А вот жить дальше – да. Ты нужна в этом мире, а не в царстве теней. Нужна мне, — он аккуратно взял ведьму за подбородок, чтобы она не могла отвернуться.

— Можно вопрос?

— Да?

— Этот ливень…

— Я подумал, что тебе будет легче, если небо поплачет вместе с тобой.

— Дестан, — только и прошептала Клэр, и, вскочив с места, порывисто обняла его, разрыдавшись – в голос, некрасиво, почти стыдно, жадно вылавливая воздух между всхлипами. Он обнимал её содрогающиеся плечи, поглаживал по спине, успокаивая в ней не женщину, но потерявшееся в огромном мире дитя. Дестан не требовал от неё во мгновение ока стать той, какой он её знал, и это было для Клэр ценнее всего.

Впервые за несколько дней ей удалось вдохнуть полной грудью. Боль перестала душить её каждую секунду.

Так они и стояли в обнимку, без лишних слов, пока Клэр не отошла, растирая опухшие от слёз глаза. Она словно выплакала разом всё, что могла, и теперь чувствовала себя неловко, какой-то уязвленной и маленькой. Хотелось спрятаться.

— Выйди, пожалуйста, — попросила Клэр, уже представляя со стороны своё покрывшееся багровыми пятнами лицо.

— Ты уверена?

— Да. Всё хорошо, я скоро приду в себя.

— Если ты вдруг решишь об этом задуматься, я не возьму своих слов назад.

Клэр поняла, что он имеет в виду, но сейчас у неё не было сил ответить что-либо вразумительное.

— Надеюсь, — прошелестела она ему вслед, и дверь за Дестаном захлопнулась.

Она почувствовала разрастающуюся после душевных излияний головную боль и рухнула на постель, забывшись долгим, крепким сном без мучивших её в последние дни кошмаров до самого возвращения Марши.

Наутро между ними состоялся тёплый, глубокий разговор, в результате которого подруги наконец перестали избегать друг друга. Перед тем, как отправиться в очередную вылазку, Клэр появилась за завтраком и плотно поела, только теперь поняв, насколько была голодной.

— Как ты? — прошипел Шиайха, когда они с Клэр обходили деревушку