Между преданностью и предательством - Шейн Роуз

может постоять за себя, но без своей команды он был ничем. Трусливый квотербек, привыкший прятаться за линией нападения. Когда защита противника прорывалась, он чаще всего сдавался. Я не видел никого, кто бросал бы столько перехватов, лишь бы избежать захвата. Даже сейчас он не вышел из машины, чтобы открыть ей дверь или противостоять мне. Он что-то пробормотал и поцеловал ее в висок.

Этого хватило, чтобы заставить мою кровь бурлить от гнева. Хватило, чтобы понять: после сегодняшнего вечера его губы больше никогда не коснутся ее.

Я позабочусь об этом.

Она выскользнула из машины и прошла мимо меня, пока водитель Уэса разворачивался на моей улице. Попыталась обойти меня, пошатнулась, и я понял, что алкоголь действует сильнее, чем полчаса назад.

– Что ты пила в баре?

– Не твое дело. – Она гордо подняла подбородок, пытаясь вырвать руку из моей хватки.

Я усмехнулся.

– Не получится, Капелька. Я отпущу твою руку только в том случае, если снова закину тебя на свое плечо.

– Только попробуй. – Она развернулась ко мне, бросая вызов. Я закатил глаза и наклонился, чтобы подхватить ее за талию. Она думала, что я не подниму ее, что отступлю. Она ошибалась.

Но когда я наклонился, она обвила мою шею руками, обхватила бедрами и резко дернула вниз. Мы с грохотом упали на траву рядом с подъездной дорожкой.

– Черт возьми, Эверли.

Она перевернулась и оказалась сверху, победно улыбаясь. Темное облачное небо стало для нее фоном.

– Я же говорила, что в следующий раз, когда ты будешь мной командовать, я уложу тебя на лопатки. Хочешь попробовать еще раз?

Ее глаза сузились и сверкнули, словно два огонька в темноте. Небо загудело, предвещая грозу. Она тяжело дышала, сидя на мне, и я почувствовал, как твердеет мой член. Когда она качнула бедрами, я понял, что она играет. Если она хочет играть – я не мог ей отказать.

Я перевернул ее, и мы покатились по траве. Схватил за запястья, но она ловко вывернулась и ударила меня там, где моя хватка была слабее. Я перехватил ее за талию, а она, извиваясь, попыталась ногами захватить мою шею.

Мы кружились, как гладиаторы. Но я был вдвое больше, трезвее и выносливее – даже если она бы никогда в этом не призналась.

Ее последняя попытка вырваться оказалась тщетной. Когда она вскочила и побежала к гостевому дому, я поймал ее за ногу и потянул назад. Она вскрикнула и попыталась отбиться, но мой адреналин зашкаливал.

Я прижал ее к земле, зафиксировав запястья в траве над головой. Она уже устала и больше не сопротивлялась.

– Скажи свое стоп-слово, Эверли. Сдавайся.

Она медленно покачала головой.

– А если я не хочу? – голос был тихим, взгляд пронзительным. – Мне стоит, но я не сделаю этого. Так что бери, что хочешь, Дек. Ты хочешь свою жену здесь, посреди ночи? Возьми меня.

Я зарычал, собираясь отпустить ее и встать, но она застонала, прикусила губу и прижалась ко мне.

– Ты пьяна, Эверли.

– Да, и я вся мокрая от тебя. Я представляла, как ты входишь в меня, с той самой минуты, как твоя рука скользнула мне под юбку, в то время как рядом беззаботно сидел Уэс.

Смело. Эверли и алкоголь – опасная смесь.

– Значит, тебе нравится, когда я играю с тобой тайно?

Она снова качнула бедрами, и я стиснул зубы, подавляя рык.

– Твоя сводная сестра и ее подруга хотят тебя, даже когда ты делаешь со мной грязные вещи под столом.

Я наклонился, сжав ее запястья одной рукой, а другой скользнул вниз по ее телу. Лучший человек остановился бы. Но я не смог.

Отпущу ли я ее, если встреча с юристами обернется катастрофой? Или потеря ее тепла все равно разрушит меня?

Эта мысль скрутила живот, пока я смотрел на нее: на волны волос, рассыпанные по траве, мягко обрамляющие лицо в приглушенном свете, льющемся из нашего дома.

Наш дом.

А она еще ни разу не спала в моей постели.

– Деклан, – простонала она, в голубых глазах вспыхнул голод. Ее тело извивалось под моим. – Пожалуйста… мне это нужно.

Я зарычал, расстегнул брюки и высвободил член – отказать после этой мольбы было невозможно.

– Только один раз, Капелька. Потрись о мой член, – голос сорвался на хрип.

Она прижалась к моим бедрам, обхватив их ногами, а я сжал запястья над ее головой и кончиками пальцев ощутил бешеный пульс. Большим пальцем дразняще провел по клитору, наблюдая, как ее лицо захлестывает наслаждение. Я не собирался трахать ее сегодня, но и оставить без удовлетворения ее грязных фантазий не мог.

– Может, мне стоит почаще тебя связывать? Смотреть, как ты умоляешь? – прошептал я, наклонившись к самому уху.

– Ох… – Она уже не могла ответить связной фразой. Ее бедра двигались в рваном ритме, а глаза закрылись, словно она пыталась удержать накатывающее удовольствие.

Я сместился, прижался к ее шее, оставляя горячие поцелуи, и одним резким толчком вошел в нее. Она ахнула, а я стиснул зубы – так туго, словно ее тело скучало по мне.

Ее спина выгнулась, дыхание сбилось, но она не остановилась. Продолжала двигаться, гонимая жаждой разрядки. Я наблюдал с восхищением, борясь с желанием поддаться инстинкту и взять ее жестко прямо здесь, на мокрой траве.

Дождевые капли падали на ее горячую кожу, смешиваясь с потом, в то время как она насаживалась на мой член. Я скользнул рукой вниз и стал водить пальцем по ее клитору.

– Вот так, детка, – пробормотал, желая, чтобы оргазм поскорее накрыл ее.

– Деклан… – голос сорвался, челюсть сжалась, и она дернулась, попытавшись вырваться из моей хватки. – Да, черт возьми, двигайся!

Я усмехнулся, покачал головой и прижался губами к уголку ее губ.

– Нет. Хочешь? Тогда возьми. Возьми меня, как хорошая девочка. Оседлай его так, как тебе хочется.

Она рыкнула в ответ, с силой дернулась, но запястья крепко держала моя ладонь. Я снова ущипнул клитор, и ее тело тут же содрогнулось. Бедра двигались уже без всякого ритма, просто в отчаянной попытке достичь разрядки. И она ее достигла: вскрикнула, выгнулась дугой и задрожала на мне, пока волна оргазма не схлынула.

Я впился взглядом в ее лицо: щеки горят, губы приоткрыты, глаза наполовину закрыты, но в них еще тлеют угольки удовольствия.

– Черт, ты божественна, когда кончаешь, – выдохнул я.

– Трахни меня, Деклан… – шепот прозвучал слабо, тело почти обмякло.

– Тебе нужно выспаться, Капелька. – Я быстро вышел из нее, прежде чем неодолимое желание сорвало бы все мои остатки самообладания. Поцеловал ее в