Княжна-попаданка. Между Русью и Степью - Александра Каплунова

И стоило только о том мне подумать, как с холма, с дороги, что вела к нашему дому, показались конные. Добрый десяток.

Ну, уж теперь-то должны справиться.

— Госпожа? — Тимурчик тоже заметил.

— Погоди, посмотрим, что будет…

Мы замерли на середине озера.

Глава 67

Уж вглядывалась я до рези в глазах. Схватилась пальцами за край борта, что еще немного и точно бы в воду грохнулась. Вместе со мной в той же позе сидел Тимурчик.

— Наши? — С надеждою в голосе вопросил он.

Я боялась раньше времени обнадеживаться. Но когда конные налетели на наших преследователей, сомнений уже не осталось. Бились они рьяно, не на жизнь, а на смерть. Только сабли блестели, да крики доносились до нас по воде. Пусть бы примерно по числу и равны они были, но наши с конями, еще и в ярости дикой, быстро этих иродов к стенке прижали.

— Наши, — отозвалась я, когда уж совсем понятно стало.

Лучники теперь стояли на коленях, а конные спешивались. Один из них подошел к краю берега и замахал нам рукой.

Конечно, мелькнуло у меня сомнение. А что, если это все какой-то спектакль, чтобы нас выманить? Но тут Тимурчик меня успокоил:

— Это дядька Евсей! — воскликнул он и снова взялся за весла.

Евсея в страже я знала, хотя и не слишком близко, так что хорошо, что юный мой спаситель его разглядел.

Уже спустя десяток минут причаливали мы к бережку.

— Княжна! — Тут же меня обступили со всех сторон, вытащили из лодки, накинули на плечи то ли плащ, то ли телогрейку какую. Я и сама не заметила, как продрогла. Теперь же зуб на зуб не попадал, ноги тряслись, да и сама я вся ходила ходуном.

Натерпелась. Что тут скажешь? Только теперь волю страху дала, и то ненадолго.

— Дохар? — спросила я у того, что ближе прочих стоял.

— Жив, — кивнул коротко.

— Княжна, надобно возвращаться в подворье, — тут же меня повели к лошадям.

Вот так ночное приключение у нас выдалось.

Проходя ж мимо пленников, ощутила я на себе полный ненависти взгляд, даже обернулась, забыв о холоде. На меня смотрел тот самый “здравый будете”, который к нашим воротам подходил со своей этой шапкой аляпистой. Глаза его злым огнем горели. Точно хотел он меня взглядом испепелить, раз уж стрелою не вышло достать. Ничего он мне не сказал, только сплюнул на землю демонстративно, за что тут же получил пинок в плечо от одного из моих людей.

— Надобно обыскать место, где они на постой устроились, — повернулась я к одному из своих. — Соберите все. Письма, бумаги, какие найдете. И их самих тоже обыщите. Даже если что незначительным покажется, все приберите.

— Будет сделано, госпожа, — кивнул он мне, а после и одному из своих людей. Тот сразу взялся этого в шапке по одежде хлопать.

А господин хороший этот в улыбке оскалился, точно волк пасть ощерил. Сопротивляться вздумал, будто и правда мог связанным с мужиком взрослым бороться. Зарычал даже, что еще больше мой интерес подстегнуло. Я даже обождать решила, пока его осмотрят. Ведь коли бы при нем ничего не было, вряд ли бы стал так противиться.

— Глядите, — из-за пазухи у него вытащили печатку — узкий каменный стержень с резным знаком на конце.

Я протянула руку, и палочку мне отдали. Приглядевшись, я распознала на конце ее смутно знакомые символы.

— Не Темирова ли это тамга? — усмехнулась я. Печатка такая не украшением была. Ею приказ подтвердить можно, письмо заверить, доказать своим, от чьего имени явился.

Вот тебе еще одна ниточка. Не приговор пока, конечно, но ниточка уже такая толстая, что попробуй порви и выкрутись.

Разве что непонятным мне оставалось, на что они вовсе надеялись? Неужто думали, что взять нас будет так легко?

— Думаешь, раз нас одолела, то уже победила? Ничего у тебя не выйдет, русская шл… — Договорить ему не дали, новый пинок пришелся в челюсть, и охальник этот тут же заткнулся.

Я же, голову повыше задрав, отправилась до коней. Пусть злится, да хоть беснуется. Доказательства у меня при себе теперь были.

— Проследите, чтобы живы остались, — велела я уже из седла. — Думаю, Арслан по возвращении сам захочет им вопросы задать.

— Будет сделано, госпожа, — зло усмехнувшись, ответил дядька Евсей.

Объяснять то, что “живы” не значит “целы”, я уже не стала. Когда на твою жизнь раз за разом все покушаются, жесткость как-то сама в характер приходит.

Мне же пора было возвращаться домой и наконец-то дать себе отдыха. Тело мое уже вопило о том. Сначала поспать, поесть, а потом уже все остальное. Главное — всех кого надо, мы переловили.

Дальше уже нужно с умом подойти, чтобы все ценное из них вытянуть. А для ума голове и правда отдых надобен.

До подворья добрались уже без приключений. Сперва меня отвезли, а потом уже отправились снова к озеру пленников забирать. Половину из них, как оказалось, поперебили в схватке. Но и тех, кого захватить сумели, хватит, чтобы вытащить нужные сведения.

По приезду же меня ждала важная новость — Любава, едва я в покои зашла, явилась и сообщила, что Айгуль пришла в себя. Новость эта не могла меня не порадовать. И теперь уж совсем со спокойным сердцем я отправилась спать.

Утром пробудили меня еще одним важным известием — с юга показался отряд Арслана. Тут уж я и вовсе выдохнула от облегчения.

Глава 68

Конечно, хотелось мне встретить мужа при параде, красивой и свежей, но несмотря на сон, тени у меня под глазами уходить не собирались. Да и в целом, глянув на себя в зеркало, я обнаружила вид немного плачевный. После ночных купаний в озере волосы мне хоть и вычесали, да помыть не успели. Это ж не тот современный мир, из коего я пришла, где горячей воды всегда вдосталь.

Тут, чтобы себя в порядок привести, требовалось и баню натопить, хоть тут их и поддерживали почти всегда готовыми к приему. Но с вечера я так вымоталась, что ни на какое мытье ни сил, ни времени не осталось.

А теперь вот жалела. По женски было за себя