Академия Хроноса - Екатерина Сергеевна Богданова

Когда мы вернулись в помещение архива и стена за нами с глухим скрежетом поднялась, встав на место, Кико недовольно сопела и с опаской косилась на нарая, а я была занята тем, что старалась сдержать слезы радости из-за подруги, которая снова была со мной.

— Полагаю, больше попыток бегства не будет? — поинтересовался Хронос.

— Нет, — неохотно ответила я.

— Разумно, хоть и с запозданием, — усмехнулся Амниос Хроно. — Вас проводят в ваши комнаты.

— Мы будем вместе, — выпалила я, притягивая подругу поближе к себе.

— Неожиданно, — задумчиво и немного брезгливо протянул нарай. — Не думал, что дочь Хаоса будет столь неразборчива в связях.

— Что⁈ — возмущенно воскликнула Кико — Да мы лучшие подруги и просто не доверяем вам, — выпалила она, но спохватилась, вспомнив, с кем разговаривает, и добавила: — Извините, нам просто вместе не так страшно.

— Как пожелаете, — безразлично пожал плечами Хронос и вышел из помещения.

— Это что сейчас такое было? — мгновенно набросилась на меня подруга. — Мы же могли сбежать отсюда!

Кико явно не помнила того, что четко отпечаталось в моей памяти. С ней, по всей видимости, этого и не происходило вовсе. Я же до сих пор чувствовала боль утраты и безысходность от осознания приближающейся гибели.

— Просто поверь мне: не стоило нам идти в тот коридор, — прошептала я, едва сдерживая рвущиеся наружу рыдания.

Потрясение и осознание того, что нам удалось избежать страшной участи, были слишком сильны, чтобы говорить о них. Возможно, я и объясню все подруге, но позже.

В помещение вошли двое мужчин в форменной одежде песочного цвета и приказали следовать за ними.

— Ловчие, — испуганно шепнула кикимора.

Покинув помещение архива, мы оказались сразу у выхода из башни. Каким образом нам удалось миновать длинную лестницу, я так и не поняла. Во дворце царили тишина и покой. По дороге к комнате, которая должна стать нашей камерой на неопределенный срок, мы не встретили ни одного человека. Сама же комната оказалась намного лучше, чем я ожидала: нас поселили во вполне комфортные апартаменты, разделенные на спальную, обеденную и гостиную зоны. Кровать здесь была всего одна, но такая огромная, что на ней вполне могли разместиться четыре человека без помех друг для друга.

— А я есть хочу, — заявила кикимора, как только нас заперли в комфортной темнице. — Надеюсь, нас не будут морить голодом?

— Если бы я знала, — ответила я, осматриваясь.

Мне было ведомо только, что ожидало бы нас в Хаосе. И сейчас я была уверена только в том, что здесь хуже точно не будет.

Голодом нас все же решили не морить, что продемонстрировало появление молчаливой женщины в строгом черном платье, принесшей ранний завтрак.

Кико с удовольствием приступила к еде, а мне кусок в горло не лез. Хаос, Хронос, вопросы и страхи — все перемешалось в голове, повергая меня в панику и отчаяние. И самым ужасным было осознание того, что я не могла дать нараю требуемое. Мне просто нечего было ему рассказывать.

— Послушай, а может быть, мы придумаем историю о том, какой план был у Хаоса, и расскажем ее Хроносу? — предложила я подруге, сидя напротив нее за столом.

Кико оторвалась от поглощения каких-то морских гадов в ароматном соусе и воззрилась на меня как на умалишенную.

— Ты что, предлагаешь оклеветать себя, чтобы выбраться отсюда? — поинтересовалась она. — Это же бред! Тогда он тебя точно не отпустит. А так — подержит нас здесь немного, убедится в том, что нам скрывать нечего, и отпустит. Лично мне здесь очень нравится, и кухня у них отличная, — жизнерадостно добавила она и вернулась к трапезе.

Я же только пригубила ароматный чайный напиток и отправилась в ванную, чувствуя на себе пыль Хаоса, хоть по факту и не была там. Со мной остались лишь воспоминания о другом пути. Но они были столь ярки, что кожа горела от горячих ветров и зыбучих песков Предела Хаоса, едва не поглотивших меня.

Смыв с себя призрачную грязь, я вернулась в комнату и обнаружила подругу спящей на огромной кровати, в одежде, прямо поверх покрывала. Да, Кико действительно сильная и неунывающая личность. Я уснуть так и не смогла. А спустя пару часов после рассвета пришел ловчий, один из тех, кто конвоировал нас из архива, и приказал идти за ним. Только проснувшейся и собравшейся идти вместе со мной подруге велели ждать в комнате.

— Удачи, — шепнула она мне и ободряюще улыбнулась, помахав рукой.

— Удачи, — повторила зачем-то я и на негнущихся ногах пошла за молчаливым ловчим.

Про ловчих я знала лишь то, что их боятся все, даже самые сильные маги. Эти суровые личные воины нарая Амниоса Хроно могли выследить и поймать кого угодно и где угодно в кратчайшие сроки. От них не было спасения, и они не знали пощады, беспрекословно выполняя любой приказ своего хозяина.

И вот сейчас один из этих жутких воинов вел меня по служебным коридорам неизвестно куда и зачем. Было ли мне страшно? Пожалуй, страх не покидал меня с того момента, как я вступила на территорию дворца, и вряд ли покинет, пока я не вырвусь отсюда.

Меня привели в большой светлый зал, бесцеремонно подтолкнули, чтобы входила, и закрыли дверь, отрезая путь к отступлению.

— И как вам наше гостеприимство? — поинтересовался пожилой мужчина, показавшийся мне смутно знакомым.

Не дождавшись ответа, мужчина вышел из-за стола, приблизился ко мне и, слегка поклонившись, проговорил вполне дружелюбным тоном:

— Позвольте представиться: военный министр Амнистании и доверенное лицо нарая, Малкор Громиро.

Так вот почему черты его лица показались мне знакомыми — это был отец Рэндома!

— Не стоит меня бояться, — продолжил одностороннюю беседу нар Громиро. — И не думайте, что вас причислили к военнопленным. Просто я являюсь доверенным лицом нарая, и он оказал мне честь, посвятив в подробности сложившейся ситуации. Со своей стороны хочу поблагодарить вас, юная нари, за благородство, проявленное вами в отношении моего в высшей степени вспыльчивого и несдержанного сына. Мало кто из полубогов добровольно отказывается от той власти, которую дарует божественная кровь. Вы же нашли в себе силы освободить оборотней академии от подчинения вам. И поступили весьма великодушно, отвергнув моего сына, чтобы дать ему возможность разорвать связь с вашей божественной сущностью.

Широко распахнув глаза, я слушала эту высокопарную хвалебную речь и задавалась вопросом — это он сейчас искренне говорит или тоже подвергся воздействию моей крови? Если второе, то это может оказаться весьма кстати. Да, было бы бесчестно воспользоваться чужой слабостью, однако в отношении меня не спешили