Под покровом темного неба - Риа Уайльд

Я думала, что, может быть, кофе с девочками и немного времени вне дома решили бы проблему, но это мучило меня весь день. Даже не вспоминая прошедшую неделю и то, насколько совершенной она была, я не могла облегчить то, что сейчас происходит.

— О'кей, мои дорогие, — Рути со стоном встает, закатывая глаза, когда мы все бросаемся помогать ей встать. — Это из-за холода, — говорит она, — у меня болят колени. Когда придет весна, я буду в полном порядке.

Мы отступаем:

— Мне пора, — Рути говорит нам: — В это же время на следующей неделе?

Это коллективное соглашение, и после того, как мы помогаем ей убрать кружки и поднос с печеньем, мы втроем выходим, забирая Харпер по дороге. Хотя всю неделю не было снега, было морозно, земля была промерзшей и ледяной, а ветер пронизывающе холодным.

— Увидимся позже, — говорю я, поворачиваясь и направляясь в противоположную от них сторону, обратно к дому.

— Э-э, Несс? — Майя зовет меня: — Разве ты не помнишь, что мы запланировали ужин на сегодня?

Боже, что, черт возьми, со мной не так?

— Ну да, конечно, — качаю я головой.

— Да, ты заставляешь меня волноваться, — говорит Аррен, беря меня за руку. — Что случилось?

— Честно говоря, — отвечаю я, — я не знаю. Сегодня я чувствую себя совершенно разбитой.

— Ну, и когда это началось? — Майя берет свою дочь за руку, а затем переплетает ее свободную руку с моей.

— Этим утром, — говорю я, прикусывая губу, когда мое дыхание вырывается белыми облачками перед моим лицом. — На самом деле я не знаю, почему я так волнуюсь, потому что ничего плохого не происходит.

— Может быть, в этом все дело, — предполагает Аррен.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, я думаю, последние два года были нелегкими, и держу пари, ты всегда беспокоилась о том, что произойдет, если Кольт снова появится.

— Ну, конечно, — соглашаюсь я.

— Держу пари, по-твоему, не все так здорово обернулось, — она приподнимает бровь.

— Нет, наверное, нет, — я ожидала, что аргументы будут честными.

— Я не очень хорошо знаю Кольта, — присоединяется Майя, — Но я знаю, что он не из тех, кто держит обиду, и я знаю, что он не винит тебя за Итана или за то, что ты держала это в секрете.

— Я это знаю, — я смотрю вперед. Отсюда я вижу воду и красный цвет грузовика Торина, резко контрастирующий с белыми и зелеными лесами, граничащими с городом. — Я просто чувствую, что что-то должно произойти.

— Что, например?

— Как будто ему станет скучно и он уйдет, — я шепчу признание. — Когда он вернулся, я пообещала себе, что не впущу его обратно, первые разы мы расставались достаточно болезненно, но теперь в дело вмешался Итан… Я просто не хотела, чтобы мне снова разбили сердце.

— Я думаю, это справедливо, — Аррен сжимает мою руку.

— Но он все равно вошел. И к тому же это было так просто.

— Эти братья Эйвери просто добиваются своего, — пожимает плечами Майя. — Они получают то, что хотят.

Аррен согласно хмыкает и издает смешок.

— Я обманывала себя, если когда-нибудь думала, что не смогу впустить этого мужчину, — я качаю головой, осуждая себя. — Я влюбилась в него так быстро, когда мы впервые встретились, что мне следовало знать, что это не займет много времени.

— Ты все еще любишь его? — тихо спрашивает Аррен.

— Каждой частичкой своего существа, — признаюсь я. — И это пугает меня.

— Я думаю, это нормально, — говорит Майя. — Тебе также нужно подумать об Итане, но ты увидишь, — она говорит с такой уверенностью, — эти люди здесь надолго. И я видела, как Кольт относится к тебе, он любит тебя так же сильно.

Я киваю, но беспокойство все равно свинцом лежит у меня в животе.

Мы быстро возвращаемся в дом и обнаруживаем братьев развалившимися в гостиной у ревущего камина, прогоняющего холод. Харпер немедленно подходит к Итану, который сидит, расставив ноги на полу, с открытой книгой с одной стороны и строительными кубиками с другой, и начинает играть с ним, а я нахожу Кольта на диване позади.

Он улыбается, когда замечает меня, выражение его лица смягчается, и взглядом показывает мне присоединиться к нему на месте рядом с ним. Снимая пальто и обувь у двери, я занимаю свое место рядом с ним, и его рука немедленно обнимает меня, притягивая ближе. Он продолжает свой разговор с братьями, но рассеянно гладит меня по руке, его пальцы так нежно касаются моей кожи, что мое сердце тает.

Это все нервы, говорю я себе. Как сказала Аррен, это справедливо, поскольку я так привыкла к одиночеству, а теперь все по-другому. Но Кольт замечает, что я не присутствую на сто процентов, и поворачивается ко мне:

— Ты в порядке, беда?

Сколько раз за один день вам могут задать один и тот же вопрос?

Я киваю:

— Буду.

Это не ложь, и, честно говоря, я не хотела обсуждать это здесь с ним, если вообще хотела. Это мое собственное внутреннее дерьмо, мне просто нужно разобраться в нем, а затем двигаться дальше.

Он хмурится, но кивает, и когда приносят ужин, его рука остается на моей ноге большую часть вечера. Это дает мне почву под ногами, удерживает меня в комнате, а не в моей голове, и он никогда не узнает, как я благодарна ему за это.

И я знаю, что это беспокойство пройдет, как только я пойму, что история больше не повторится.

Глава тридцать восьмая

Что-то здесь не так.

Спрашивать стало излишним, потому что она дала бы тот же ответ, и теперь, когда мы дома, она сидит, свернувшись калачиком, рядом со мной, пока на ее маленьком телевизоре невероятно тихо крутят фильм. Теперь я знаю, что это не потому, что по телевизору показывают фильм, мы много смотрели телевизор за последние несколько дней, и она рассказала обо всем.

Она задает вопросы, много вопросов, как будто я знаю сюжет и развязку фильмов, которые мы смотрим, когда я сам их не смотрел. Я находил это милым и немного очаровательным, но прямо сейчас она молчит, ее рука лежит на моем животе, большой палец мягко описывает круги.

— Что происходит, Несс? — я спрашиваю, кажется, в сотый раз.

— Я в порядке, — тот же чертов ответ. — Хотя я немного устала.

Итан сразу лег спать, когда мы вернулись с ужина с моими братьями, и с тех пор крепко спит.

— Ты можешь лечь со мной