Смертельная жара - Патриция Бриггз

них. По крайней мере, когда Чарльз отдавал приказы. Это не считалось магией. Но Чарльз обычно был одним из самых доминирующих волков в мире среди альф. Даже у людей срабатывал инстинкт самосохранения, который отвечал за выживание. И услышав приказ, люди просто подчинялись.

Чарльз вышел из машины и быстро обошел ее спереди, пока чары его приказа не рассеялись. Он открыл водительскую дверь и сказал:

— Пора мне сесть за руль. — Когда это не подействовало на Марсдена, он снова посмотрел ему в глаза и добавил: — Выходите из машины, агент Марсден. Я поведу.

— Джим? — спросил Лидс.

Марсден отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, слишком медленно, по мнению Чарльза, но главное он сделал, как ему велели. Чарльз сел за руль и пристегнулся. Пока Марсден садился на пассажирское сиденье, Чарльз нажимал кнопки на GPS, закрепленном на приборной панели, пока тот не выдал карту. Он раньше не пользовался этой конкретной версией GPS, но мог справиться с любым компьютером.

Чарльз знал Феникс двадцатилетней давности, но новостройки и пригороды сильно изменились. Боль Анны эхом отдавалась в его голове, разрывая на части, и это было хуже, чем обычно. Он чувствовал тревогу ее волчицы, но с Анной все в порядке.

И поэтому он смог дождаться, пока Марсден сядет рядом с ним и пристегнется. Затем Чарльз нажал на газ, пересек четыре полосы движения и съехал на боковую дорогу для машин экстренных служб. В ближайшей полосе ехал автомобиль, и машина агента КНСО была недостаточно мощной по сравнению с ним.

На панели управления сиреной имелся переключатель с надписью «Огни без сирены». Чарльз нажал кнопку, пересек шоссе перед встречным автомобилем, а затем перестроился на соседнюю полосу, не обращая внимания на крики своих пассажиров.

Он нажал на педаль газа и пожалел, что у машины не было большей мощности. Чарльз ехал очень быстро, каждые несколько минут поглядывая на карту. Он не знал, где находится Анна, но чувствовал ее и ехал в том направлении так быстро, как только мог.

— Кажется, ты говорил, что не умеешь водить, — напряженно заметил Марсден.

На заднем сиденье Лидс горячо повторял:

— Я не умру сегодня, Господи. Я не умру сегодня.

Чарльз объехал четыре машины, съехав на обочину слева, которая оказалась недостаточно широкой, и ему пришлось хорошенько напрячься, чтобы мягкий песок не затянул их в кювет. Лидс бормотал свою молитву все быстрее и громче, пока машина снова не поехала по асфальту всеми четырьмя колесами.

— Я предпочитаю не садиться за руль, — ответил Чарльз Марсдену, перестраиваясь в другой ряд. — Но когда мой волк на охоте, лучше мне вести машину. — И он замолчал, нажав на газ, пока Анна завершала изменение, а ее боль не давала ему сосредоточиться.

Она не нуждалась в помощи Чарльза. Анна была оборотнем, и все время, что они вместе, он старался научить ее, как заботился о себе. Она была сильной и умной. Она сама могла разобраться с фейри.

Но он все равно собирался прийти ей на помощь.

Агенты КНСО неплохо справились с ситуацией, подумал он, учитывая, что они привыкли к человеческой скорости, а он не был человеком.

Он успел затормозить, когда они съехали с шоссе на городские улицы, потому что подвеска машины была никудышной. Ему пришлось немного сбросить скорость, но ненамного, пока они мчались на красный свет и по пешеходным переходам мимо детей и стариков.

Лидс замолчал, и Марсден закрыл глаза, держась одной рукой за ручку двери, а другой упираясь в приборную панель. Тишина в машине была приятной. Благодаря ей Чарльз мог уловить первые признаки того, что шины скользят по асфальту еще до того, как это почувствовал. Это дало ему время среагировать, и он немного ускорился.

Даже с картой он дважды объехал квартал, прежде чем нашел дорогу, которая вела к дому, возле которого была припаркована оранжевая машина. Чарльз подъехал сзади, глубоко вздохнул, открыл дверь машины, и тут паника Анны чуть не поставила его на колени.

Чарльз никогда еще не был так благодарен за свою способность сбрасывать человеческую кожу и превращаться в волка за считаные секунды вместо долгого и мучительного процесса, через который проходили его отец и другие волки. Это было очень больно, но Анна напугана, и боль не имела значения.

На четырех лапах он проскочил сквозь стеклянную дверь, стекло глубоко порезало его, но он не обратил на это внимания. Он исцелялся на бегу, проносясь через каменный дом, перепрыгивая через глупый маленький фонтанчик и выбегая через закрытые двери внутреннего дворика, разбрызгивая вокруг воду, кровь и стекло.

В дальнем конце двора изящная черная волчица пригнулась, поджав задние лапы и хвост. В человеческом обличье Анна лучше контролировала себя. Он видел ее испуганной в облике волчицы только один раз.

Чарльз ничего не видел перед собой, но что бы не привлекло внимание Анны, это ее по-настоящему напугало. А у его пары было храброе сердце.

Что бы ни напугало ее, ему нужно убить это и положить к ее ногам.

Дар любви, подумал он, пока братец волк вычислял, где должен находиться невидимый фейри.

Братец волк нашел свою цель, и Чарльз атаковал. Он вцепился в фейри изо всех сил, и они упали на землю. Когда его клыки вонзились в плоть, которая на вкус была как кора, смола и лимоны, произошло две вещи. Во-первых, он увидел фейри. Во-вторых, страх Анны рассеялся, и это походило на разрушение чар.

«Это не тот злодей, которого мы ищем. Он живет здесь уже давно. Возможно, он что-то знает о фейри, за которым мы охотимся. Кто может знать больше, чем другой фейри, который живет неподалеку? Он обещал ответить на наши вопросы. Если ты его убьешь, мы никогда не узнаем. Чарльз, ты не можешь его убить. Не раньше, чем мы найдем Аметист».

Анна не пострадала. Но братец волк хотел, чтобы фейри умер, оставлять врагов в живых неразумно. Любой фейри, напугавший Анну, был его врагом. Фейри использовали страх, чтобы защитить себя, обездвижить добычу и убить. И в отличие от Анны Чарльз знал это. И это оружие фейри использовал против Анны.

— Пожалуйста, — просила Анна, излучая немного спокойствия. Недостаточно, чтобы повлиять на Чарльза, и вряд ли она сделала это намеренно. Может, она пыталась сама успокоиться, и это отразилось на их связи.

Но куда бы она ни целилась своей силой, ей удалось заставить его задуматься. Анна не пострадала, а значит, ему не нужно было убивать этого фейри. И, учитывая, что он не причинил ей