Только моя - Лора Павлов

— Я там даже не живу, а ощущение, будто вижу их постоянно. И, должна сказать… они такие пышные.

— Это называется нагрубание. Они просто полны молока, потому что у этого парня волчий аппетит, весь в отца.

— Я все слышал, — прокричал на заднем плане Хоук. Они были в гостиничном номере в Далласе из-за игры.

Мы с Вольфом не ездили на все выездные матчи — обычно старались держать дела под контролем в офисе.

— Ну, ты сидишь рядом со мной, так что я предположила, что ты услышишь, — Эверли откинула голову, смеясь, и в кадре появилось лицо Хоука.

— Как дела, девчонки? Дилли, я слышал, ты уговорила Вольфа поехать на День благодарения в Хани-Маунтин. Все становится серьезно, да? — он откусил яблоко и каким-то образом умудрился одновременно жевать и улыбаться.

— Это не серьезно. Это временно. Но да, утром мы едем к нему домой на бранч, а потом летим обратно, чтобы успеть к ужину. Это называется компромисс. Я учусь ему. Для меня это новый навык, — я потянулась за бокалом и сделала глоток.

Меня удивило, что мы не хотим расставаться на День благодарения? Конечно. Проводила ли я когда-нибудь праздник с мужчиной? Нет.

Но мы оба решили, что в этом нет ничего особенного и что сейчас нам так хочется.

Пока что.

— Эм… я не знаю много временных отношений, которые проводят праздники вместе, — Эшлан пожала плечами и поднесла к губам кружку с оранжево-белым узором.

— Мы придумываем правила на ходу. Но уверяю тебя, кто-то из нас скоро от этого устанет.

— А какое у вас стоп-слово?

Я произнесла его по буквам, потому что у нас с Вольфом была договоренность никогда не использовать его мимоходом. Когда я кипела от злости из-за того, что Кресса заехала к нему, я не бросила его как угрозу, хотя очень хотелось — мы договорились. Стоп-слово было раз и навсегда. Мы используем его только тогда, когда один из нас хочет выйти, без вопросов. Так что мне даже неловко было его произносить.

— W. I. N. X. Пожалуйста, не говорите это слово при мне. Я суеверная.

— Ты в курсе, что стоп-слова обычно бывают у тех, кто любит эксперименты в постели? Я еще ни разу не встречала людей со стоп-словом для выхода из отношений, которые они даже не называют отношениями, при том что проводят вместе каждую минуту. Это все какое-то безумие, — Эверли отняла Джексона от груди и прикрылась, пока Хоук уносил его.

Все рассмеялись, потому что никто из них не понимал наше соглашение с Вольфом. И знаешь что? Им это и не нужно.

Это было наше, и правила устанавливали мы.

— Так встречаются люди, которые не хотят отношений. И поверьте, в постели мы достаточно смелые. Мне просто не нужно стоп-слово, потому что я бы никогда не сказала ему остановиться, — я поиграла бровями, и Эверли застонала.

— Тут вообще-то ребенок, — прошипела она.

— Он питается грудным молоком и вряд ли понимает, что такое хороший секс, — я приподняла бровь.

— Ладно, у вас есть стоп-слово на случай, если надоест. Но вы работаете вместе. Спите вместе. Путешествуете вместе. Знакомы с семьями друг друга. Проводите праздник вместе. Прости, Дилли, но это очень похоже на отношения, — сказала Вивиан.

— Согласна. И это лучшие отношения в твоей жизни, — Эшлан хлопнула в ладоши.

— Я не могу поверить, что он тебя не раздражает. Для тебя это неслыханно, — смеясь, сказала Шарлотта.

— Еще как раздражает. Просто мне это… нравится. Мне не по себе, когда он меня не раздражает, — я сделала еще глоток вина.

— Ну, я не вижу, чтобы кто-то в ближайшее время воспользовался стоп-словом, — сказала Эверли. — И не накручивай себя. Ты счастлива. Это не делает тебя менее независимой, менее целеустремленной или какой-то не такой. Ты можешь любить мужчину и при этом оставаться собой.

У меня приоткрылся рот, и я наклонилась вперед, чтобы прошептать:

— Не используй слово на «Л». Ради всего святого. Оно ничуть не лучше слова на «В».

Все, как обычно, смеялись, но мне было совсем не до смеха.

— Ты про слово В. И. Н. К. С? — Вивиан едва смогла выговорить буквы, захлебываясь смехом.

— Нет ничего плохого в том, чтобы испытывать чувства к человеку, — сказала Эшлан, и в ее глазах было сочувствие.

— Ладно. Все, я больше не хочу это обсуждать. Увидимся через два дня, на День благодарения. Я сейчас закажу еду навынос для себя и моего не-парня, которого я не люблю. Более того, каждый вечер перед сном я говорю ему, что ненавижу его. И он меня тоже. Нам так удобно.

Еще немного смеха и несколько закатываний глаз — и мы попрощались.

Люблю ли я Вольфа Уэйберна? Да.

Но знать об этом никому не нужно.

Ни моим сестрам, ни самому Вольфу.

Я все еще переваривала мысль о том, что влюблена в этого мужчину.

Теперь оставалось понять, что с этим делать.

* * *

Бранч на День благодарения у семьи Уэйбернов выглядел так, как я представляла себе праздники в Букингемском дворце. Они устраивали небольшой, камерный бранч на сорок человек. В моем мире это обычно называлось «каждый приносит что-то свое» или просто барбекю.

Но здесь раздвинули стол так, чтобы за ним поместились сорок гостей, а готовил все их личный повар.

Для этого времени года было холоднее обычного, и я надела новое кремовое платье-свитер, которое Вольф купил мне. Вчера он неожиданно подарил мне это красивое платье и высокие, роскошные коричневые кожаные сапоги — чуть ниже бедер, сразу под коленями, — чтобы носить их вместе. Жест оказался полной неожиданностью. Оказалось, он ходил за покупками с Сабиной и, по его словам, увидел платье и сапоги, подумал обо мне и решил, что я слишком много работаю и у меня не будет времени ходить по магазинам. А потом добавил, что это вообще не имеет значения.

Это ничего не значило.

Брентон, мужчина, работавший у Уэйбернов, с которым я познакомилась в прошлые выходные за ланчем, встречал гостей у двери и забрал наши пальто.

В прихожей стояла большая елка, украшенная белыми и серебряными шарами и мерцающими белыми огоньками.

Появилась Гвени с серебряным подносом, на котором стояли бокалы с чем-то похожим на шампанское с апельсиновым соком.

Вольф поцеловал ее в щеку, и она улыбнулась мне.

— Я так рада, что вы проводите праздники вместе.

— Ничего особенного. Всем же надо есть индейку, верно? — сказал Вольф ровным тоном, но на пару секунд сжал мой палец, пока произносил эти слова.

Он сбивал меня с толку,