Темные клятвы - Ив Ньютон

тяжело сидит на моей голове, когда я смотрю в окно той же комнаты, хотя Блэкридж официально перевёл меня на третий курс. Во-первых, я должна оставаться рядом с притоком, но, кроме того, мы не хотим, чтобы кто-то ещё приближался к нему и манипулировал им.

Прошёл день с тех пор, как мы победили Дамадер, с тех пор как я получила Кровавую корону, и я ещё не до конца осознала тяжесть ответственности, которая ложится на меня.

Стук в дверь отвлекает меня от моих мыслей. Моё сердце сжимается.

Айзек. Я избегала этого момента, но его больше нельзя откладывать.

Я открываю дверь и вижу, что на пороге стоит мой близнец, на лице которого отражается буря эмоций. Он выглядит измученным, под глазами тёмные круги, его обычно идеальные волосы растрёпаны.

— Иззи, — выдыхает он, заключая меня в крепкие объятия, прежде чем я успеваю заговорить. — Нам нужно поговорить, прямо сейчас.

Я обнимаю его в ответ, и меня охватывает чувство вины. В этом хаосе я не дала брату того объяснения, которого он заслуживает.

— Входи, — говорю я, отступая назад. — Я знаю.

Его взгляд прикован к Кровавой короне, всё ещё находящейся на моей голове. Кажется, я не могу заставить себя снять её.

— Что это, чёрт возьми, за хрень? — спрашивает он, искоса поглядывая на неё.

Я жестом приглашаю его сесть, а сама присаживаюсь на край стола, так что макушка постоянно давит мне на голову.

— Она называется «Кровавая корона». И это часть очень длинной истории.

Я сглатываю, а затем рассказываю ему всё.

О своей роли защитницы Серебряных Врат. О своём двор, своих рыцарях, которые являются такой же частью этого, как и я. Об Элизе. Судьбе наших родителей в руках Дамадер.

Об истинном предназначении Крепости Теней — охранять один из притоков Серебряных Врат.

О многовековой роли нашей семьи как защитников. О пленении Уильяма и извлечении его сущности. Об оружии, выкованном кровью. О финальной битве.

Айзек слушает в ошеломлённом молчании, на его лице сменяются недоверие, ужас, горе и, наконец, полное смирение. Когда я заканчиваю, он встаёт и проходит через комнату, чтобы долго смотреть в окно.

— Они действительно умерли, — наконец говорит он ровным голосом. — Наши родители.

— Да, — мягко об этом не скажешь. — Дамадер убила их, чтобы получить доступ в Крепость Теней.

— И они никогда не рассказывали нам ничего из этого? О притоках и защитниках? — в его голосе слышится смесь гнева и боли.

— Они думали, что защищают нас. Защищали меня, — я кручу на пальце кольцо Корделии. — Сначала я тоже злилась из-за этого. Иногда я всё ещё злюсь.

— Мы заслуживали того, чтобы знать, Иззи. Мы могли бы подготовиться.

— Знаю. Но они поступили так, как считали правильным. И в конце концов мы всё равно во всём разобрались.

Он снова смотрит на корону, выражение его лица непроницаемо.

— Так ты что, теперь защитница Серебряных Врат? То есть официально?

— Похоже на то. Блэкридж и Элиза так считают.

Айзек смеётся, но в этом нет ничего смешного.

— А я просто… что? Запасной?

— Ты не запасной, Айзек, — твёрдо говорю я. — Ты мой брат. Мой близнец. Моя вторая половинка. То, что я была избрана для этого, не означает, что ты не более чем невероятно могущественный вампир со своей собственной судьбой.

Он снова замолкает, переваривая мои слова. Я даю ему время. Нужно многое переварить, особенно новости о наших родителях.

— Ты должен познакомиться с Элизой. Нашей прабабушкой. Она удивительная женщина.

— Я помню, что слышал о ней раз или два. Она была женщиной-близнецом, да?

— Да, как я.

Он кивает, когда я веду его по коридорам Серебряных Врат, теперь он знает, как быстрее всего добраться до комнаты, где жила Элиза, в помещении для персонала. Студенты и сотрудники расступаются, когда мы проходим, их взгляды задерживаются на короне. Айзек замечает это, и выражение его лица мрачнеет.

— Они боятся тебя, — замечает он.

— Не боятся, — поправляю я. — Уважают. Есть разница.

— Так ли это?

Я не отвечаю. Мы подходим к двери Элизы, и я стучу. Дверь открывается почти сразу, как будто она ждала нас.

Элиза стоит в дверном проёме, её сходство с нашей матерью и со мной настолько поразительно, что Айзек даже отступает на шаг. Её серебристо-голубые глаза, такие же, как у меня, переводятся с меня на моего брата, смягчаясь от волнения.

— Айзек, — говорит она тёплым голосом. — Ты так похож на своего отца.

Айзек смотрит на меня, потеряв дар речи. Я кладу руку ему на плечо, мягко направляя его в комнату.

Элиза подходит ближе и осторожно берёт руки Айзека в свои.

— Рада с тобой познакомиться.

— Почему мы не знали о тебе? — спрашивает Айзек хриплым голосом. — Я имею в виду, о том, что с тобой случилось?

На лице Элизы отражается боль.

— Так было безопаснее. После того, как меня схватили Коллекционеры, наша семья решила защитить всех, стерев из вашей жизни все сведения о моём захвате.

— Они часто так делали, — бормочет Айзек. — Хранили секреты, чтобы защитить нас.

— Да, — соглашается Элиза с грустной улыбкой. — Упрямство Морворенов. Боюсь, это у нас семейное.

Мы сидим втроём, и Элиза рассказывает нам об истории нашей семьи, заполняя пробелы, о существовании которых ни Айзек, ни я не подозревали. Морворены охраняли северо-западный приток на протяжении семнадцати поколений. Женщины в нашем роду всегда были сильнее связаны с магией притока, что объясняет, почему меня выбрали защитницей.

— А теперь ты возвращаешься в Крепость Теней, — говорю я, внимательно наблюдая за реакцией Элизы. В какой-то момент он принадлежал ей, так что теперь, когда она свободна, это имеет смысл.

Она кивает.

— Там моё место. Замку снова нужна защита. Теперь это моя обязанность.

— А как же мы? — спрашивает Айзек. — Крепость Теней — это и наш дом тоже.

— И так оно и останется, — заверяет его Элиза. — Тебе там всегда будут рады. Но Изольда теперь живёт здесь, в Серебряных Вратах. И я подозреваю, что и ты тоже, по крайней мере, на какое-то время.

Айзек вопросительно смотрит на меня. Я слегка киваю. Да, мы остаёмся вместе.

Я встаю, внезапно почувствовав себя опустошённой.

— Спасибо тебе, Элиза. За всё.

Она тоже встаёт и заключает меня в объятия.

— Ты молодец, Изольда. Твои родители гордились бы тобой.

— Надеюсь на это, — шепчу я, чувствуя, как корона становится тяжелее, чем когда-либо.

Когда мы покидаем комнату Элизы, Айзек молчит, погруженный в свои мысли. Мы молча идём по коридорам обратно к моей комнате.

— Ты в порядке? — наконец спрашиваю я, не в силах больше выносить